съехидничала она.
- Да нет, - весело отозвался англичанин, которому нравилось бесить девчонку. – У меня же под боком каждую ночь будет грелка.
- Грелка? – переспросила она, не понимая, но увидев веселый блеск его глаз, сообразила, о чем идет речь. Она сразу покраснела от праведного гнева и выпалила: - Забудь об этом думать! Ясно?
- Вполне, – миролюбиво согласился он. – Но ночи здесь холодные. Сама прибежишь, когда замерзнешь.
- Мне не привыкать, - надменно задрала она нос. – Я выросла в этом диком месте. Мерзнуть тебе, а не мне, англичанин!
- Посмотрим, - не влез в спор мужчина, приступая к обеду и не обращая внимания на девушку, но на самом деле он наблюдал за ней из-под опущенных ресниц. Он не мог понять, чем привлекает его эта ершистая девчонка, которая еще была абсолютно не воспитана. Острым языком? Симпатичной фигуркой? Копной кудряшек или серо-голубыми глазами? Он не знал ответа, но появившееся чувство не нравилось ему. Она его враг, а не девушка, за которой можно поухаживать и приятно провести время.
Осень окрасила деревья в ярко-красный, желтый и оранжевый цвета, и на фоне голубого неба они выглядели сказочно красивыми. По склонам гор стекали сверкающие водопады. По пути им встречалось множество маленьких журчащих речушек. Вода в них была такой прозрачной, что не составило труда рассмотреть каждый камушек на дне. Осенние и летние цветы пестрели у дороги, у подножия холмов пышные заросли вереска радовали глаз розовым и пурпурным великолепием. Окрестные деревушки были крошечными и казались почти безлюдными.
Мужчина и девушка находились в дороге уже несколько дней, но Мегги не отчаивалась, что все еще едет в сопровождении Эдварда. Ее плед видели крестьяне, и есть шанс, что отец уже пустился в погоню за ее похитителем. Маргарет приходилось ехать за спиной Эдварда и крепко держаться за его пояс. Она не пыталась спрыгнуть с коня и пуститься наутек. Она точно знала, что не выиграет у мощного и длинноногого коня, а призывать на свою голову гнев Эда раньше времени не хотелось.
Почти полдня они ехали без остановок, и Мегги надоело трястись на лошади. Конечно, она любила прокатиться с ветерком так, чтобы растрепались волосы и раскраснелись щеки, но быть пленницей – такое было не по душе.
- Как насчет ужина? – поинтересовалась она. – Я хочу есть. И не мешало бы уже сделать остановку, хотя бы для того, чтобы отдохнуть от седла. Нельзя же все время находиться в пути? Какая необходимость двигаться вперед с такой скоростью? Ты куда-то спешишь? Где конец нашего пути? Ты мне ничего не говоришь!
- Тебе, конечно, нет никакой необходимости спешить, Мегги, - ответил он. – Твои родственники тебя обнимут, а меня не погладят по головке. Через час привал.
- Собираешься покинуть Шотландию?
- Да.
- Но я не хочу, - жарко ответила девушка. – И не сделаю этого!
- Дорогая моя, боюсь, что у тебя нет выбора, - медленно проговорил он, прищуриваясь.
- Нет, есть!
- О? В самом деле? – усмехнулся Чилтон. – Какой же?
- Убить тебя, - выпалила она, - и убежать.
- Интересно, - не рассердился англичанин. – И как ты собираешься сделать это без оружия?
- Что-нибудь придумаю, - с угрозой пообещала она и сжала кулаки.
- Ну, в этом я нисколько не сомневаюсь, - со снисходительной усмешкой бросил он. Остаток пути они проделали молча. На ночлег они снова остановились под кронами деревьев. Мегги часто задавала себе вопрос – спит ли когда-нибудь ее похититель? Он чувствовал ее малейшее движение и не оставлял никакого шанса на побег, но каждое утро он выглядел бодрым и отдохнувшим, готовым к тяготам пути.
Глава 4
Гленнарис
Мощеная булыжником улица шла вдоль деревеньки. По обе стороны извилистой дороги фасадами друг к другу стояли дома. На дальнем конце деревни виднелась маленькая церквушка с низкими воротами и небольшим кладбищем. Долина постепенно сужалась, в то время как холмы, которые уместнее было назвать низкими горами, становились все круче и подступали все ближе. На самом краю долины неожиданно вырос древний замок со сторожевыми башнями и контрфорсами[1], опиравшимися на края крутого утеса. Массивные оборонительные стены были прорезаны узкими щелями бойниц.
Красота арочных входов, резных карнизов, симметрично расположенных лестниц и бесчисленных башенок – все было укрыто за неказистыми внешними стенами. В главном зале замка собрались все мужчины клана Дугласов. В углу сидела расстроенная девушка и мальчик-подросток, с тревогой наблюдающие за взрослыми.
- Прошла неделя! – бушевал лаэрд клана. – Неделя! А мы так и не нашли Мегги.
- Мы ее найдем, брат, - твердо сказал Ангус. – Скоро должен вернуться гонец от МакГрегора. Может, что-нибудь проясниться.
- Наши люди обыскали все реки и холмы, ее нигде нет, - продолжил Джейми. – Гонцы от МакГрегоров, МакЛинов, Мейсгрейвов и Дунбаров вернулись ни с чем. Никто не видел Мегги.
- Дунбар не стал бы похищать мою дочь, - чуть успокоился Малькольм. – Он слаб для такого рискованного поступка. Здесь замешан кто-то другой!
- Кто?
- Не знаю, Ангус, но обязательно выясню. И, когда я доберусь до этого негодяя, я его просто разорву на куски, - серые глаза отца сузились, в них полыхнула ярость, которую он пока сумел погасить.
Малькольм был главой клана последние тридцать лет. В восемнадцать он потерял отца и взвалил на себя огромную ответственность на еще слабые плечи. Ему помог младший брат-погодка Ангус. Затем Малькольм женился на дочери Арчибальда МакАррена, которому был нужен сильный союзник в борьбе с МакКинли. Когда их сыну исполнился год, лаэрд овдовел: Валентина умерла от простуды, оставив ему троих детей, которых он любил. И вот сейчас его дочь, дочь Валентины, исчезла. А он обещал жене заботиться о них! У него плохо вышло. Обо всех заботилась Мегги. Его Мегги… Что с ней могло случиться?
- Надо было выдать Мег за МакЛина или Мейсгрейва, - проворчал Гэвин. – Тогда бы ее не похитили.
- Сейчас поздно об этом говорить, - поморщился Ангус, кладя руку на плечо брата. – Успокойся, Мак. Ты знаешь, она мне как дочь. У нас с Мэри четверо сыновей, но ни одной дочери. Я люблю эту девочку.
Изабелла, которая сидела у окна, встала и выглядела на улицу:
- Отец, - взволнованно повернулась она к нему. – Дункан вернулся. Скоро он будет здесь.
