Читаем без скачивания Татарские сказки - Сборник

Сыновья-то старшие отца поддержали, поняли, что скоро самим есть нечего будет, коли так дело дальше пойдёт. А вот дурачок ничего слышать не хочет: полюбилась ему белая кобылица, не желает он с ней расставаться. Но раз уж он был дурачок, то братья его и спрашивать не стали – объявили по всей округе, что продаётся чудесная кобыла. Много людей на неё глазеть приходило, а вот купить никто не мог: и стоит кобылица дорого, и ест с утра до ночи, – у кого ж из простых людей такие средства найдутся, чтобы такую кобылицу содержать? Не нашли покупателя и среди баев. Решил тогда крестьянин, что такая красивая лошадь может принадлежать только самому падишаху. Ведь и кобыла хороша, и падишах богат. Стал крестьянин со старшими сыновьями в столицу собираться. Зовут дурачка, а тот, знай себе на печи полёживает, и ухом не ведёт. Отец его торопит:

– Сынок, седлай свою кобылицу, поедем продавать её самому падишаху.

Дурачку же лошадь продавать неохота, вот он на печи и лежит: понимает, что кроме него никто её из стойла вывести да оседлать не сможет. Отвечает дурачок отцу:

– Сами седлайте, да сами поезжайте, моё дело сторона, я лучше на печке погреюсь.

Отец взял кнут и пригрозил дурачку:

– Сам не пойдёшь, силой поведём.

Понял младший сын, что никак ему не отвертеться, и говорит:

– Хорошо, батюшка, будь, по-вашему. Только вы езжайте вперёд, а я кобылу оседлаю, да за вами поеду.

Старшие братья решили, что дурачок их перехитрить хочет, посулили ему тумаков, ежели он ехать передумает, да и двинулись в путь. Дурачок же, как лежал на печи, так и остался лежать. Семь дней лежал, бока грел, а на восьмой слез с печи, оседлал свою Белогривку, и помчался на ней вперёд быстрее ветра. Белая кобылица под хозяином летит, словно на крыльях. В один миг дурачок догнал своих братьев и отца, а те только диву даются: они целую неделю скакали, а младший в один миг их догнал.

А дурачок дальше несётся, ветер обгоняет, по сторонам смотреть едва успевает. Вдруг увидел он яркий-преяркий свет впереди на пути, осадил свою Белогривку, чтобы получше разглядеть, что это там так сверкает. Оказалось, это птица Семруг-кош ужинает: когтями добычу терзает и в клюв отправляет. Дурачок-то был не глуп: схватил птицу Семруг за хвост, что прямо перед ним сверкал. Семруг-кош взлетела выше, распростёрла свои огромные крылья по всему небу, а перо из её длинного хвоста у дурачка в руке и осталось. Красивое оказалось пёрышко – так и сияло на солнышке. Положил младший крестьянский сын перышко за ворот, да и пустил снова кобылицу свою вперёд. Едва успел глазом моргнуть, как домчала его Белогривка в столицу, где высился дворец падишаха. Обомлел дурачок, глядя на дома красивые, базары богатые, площади многолюдные – никогда в жизни ему такое и не снилось даже. Так дурачок засмотрелся по сторонам, что видеть не видит, какая за ним толпа собралась – на его белую кобылицу полюбоваться. Все, кто был в городе, сбежались поглядеть на красавицу-лошадь: и богатые баи и заморские купцы и босоногая детвора, – всем охота на такой кобылице поездить-пощеголять, себе на конюшню пригнать.

Дурачок с кобылицы слез, и сидит, ждёт, когда братья и батюшка до столицы доберутся. Не умел Дурачок считать, и не заметил, сколько дней прошло, когда, наконец, родные его в городе объявились.

Падишаху к тому времени уже рассказали про кобылицу – Белогривку. Послал он своих слуг узнать, не продаст ли ему дурак свою лошадь. Заезжие ханы тоже своих послов отправили спросить, за сколько юноша свою кобылицу торгует: все хотят её себе заполучить. Только дурачок не захотел иноземцам Белогривку продавать, привёл её к самому падишаху. А тот, как увидел белоснежную лошадь, красивую, быструю да игривую, и торговаться не стал. Спросил только крестьянина:

– Сколько хочешь золота за свою кобылицу?

Попросил крестьянин три тысячи золотых монет у падишаха – большое богатство для крестьянского сына. Падишах тут же и согласился: принесли отцу дурачка мешок золота. Правителю такую удивительную кобылу сам Аллах послал – разве же он её упустит. Да и три тысячи золотых монет для падишаха не так уж и много, а простому человеку в те времена – жизнь безбедная до конца своих дней.

Крестьянин-то золото получил, а белая кобылица в конюшни падишаха идти не желает. Чужих людей кобыла дичится – лягается да брыкается, вырывается и кусается. Велел падишах крестьянину оставить кого-нибудь из сыновей присматривать за Белой Кобылой.

Отец тогда и говорит дурачку:

– Оставайся, сынок, здесь нашему падишаху служить, будешь за кобылой своей ухаживать, может, ещё и в люди выбьешься.

Юноша в душе рад-радёхонек, что сможет присматривать за Белогривкой, но никому своей радости не показывает. Отвечал он отцу:

– Твоя воля, отец. Пусть только падишах мне новые чоботы и красную рубаху подарит.

Согласился падишах подарить юноше чоботы и рубаху. Старшие братья с отцом вернулись домой, а дурачок стал за Белогривкой ухаживать. Даром что дурак, а животину свою любил, как родную – разве что пылинки с неё не сдувал, а заботился о ней, как о малом ребёнке. Хвост и гриву белоснежную дурачок волосок к волоску причёсывал, спину начищал серебряным перышком Семруг-кош, что за пазухой держал. С каждым днём становилась белая кобылица всё краше и краше: раз проведёт дурачок перышком по лошадиному боку, шкура у неё белее снега становится, аж сверкает. Превратилась Белогривка из белой кобылицы в серебряную. А все остальные конюшие дурачку завидуют чёрной завистью, ведь падишах на других коней теперь даже не смотрит, только Белогривкой любуется, да их, конюхов, за нерадение ругает.

– Посмотрите, как Дурачок за своей кобылой ходит, – учит их падишах. – Если ваши кони не такие красивые, кто виноват? Получше за ними ухаживайте, а не то я вас всех казнить прикажу.

Падишаху так нравилась Белая Кобыла, что стал он её выводить на площадь перед дворцом, чтобы люди посмотрели и порадовались красоте такой. Правда, сесть верхом на неё падишах не мог, потому что Белогривка продолжала подчиняться одному дурачку.

Начали другие конюхи у юноши выспрашивать, как ему удаётся сделать так, чтобы Белая Кобыла серебром сверкала: хочется им тоже заслужить милость падишаха.

Дурачок им всю правду по доброте душевной и рассказал:

– Помогает мне в этом перышко из хвоста птицы Семруг: когда я им Белогривку по спине глажу, сверкает у неё шкура, словно серебряная.

В тот же день конюхи передали это падишаху. Вызвал к себе правитель дурачка, и спрашивает:

– Отвечай, конюх, откуда у тебя перо Семруг-кош?

Юноша падишаху врать не стал:

– Когда я к тебе на Белой Кобыле скакал, на пути моём оказалась птица Семруг, которая посреди поля добычу терзала. Ухватил я птицу за хвост, но она взлетела в небо, оставив мне только одно перышко из своего хвоста.

Выслушал падишах дурачка, и приказал ему изловить Семруг-кош и доставить её во дворец.

Не хотелось дурачку за птицей ехать, начал он падишаху жаловаться:

– Ты, повелитель, так и не подарил мне обещанные чоботы и красную рубаху, не могу я в лохмотьях птицу Семруг ловить. Да и ни к чему она мне.

– Ладно, будет тебе и рубаха и чоботы, – обещает дурачку падишах.

Только дурачок всё равно отказывается за страшной птицей ехать. Разгневался тогда падишах, пригрозил дурачку.

Пришлось юноше соглашаться на трудное дело. Пошёл он на конюшню, и стал у своей Белогривки совета спрашивать:

– Ну, где мне найти птицу Семруг, да и поймаешь её разве?

Отвечает ему Белогривка:

– Задание твоё не такое уж и сложное. Сделай, как я тебе скажу, и без труда поймаешь ты Семруг-кош. Испроси разрешения взять себе коня в дорогу, да поезжай туда, где чудесная птица тебе в прошлый раз повстречалась. Там заколешь коня, шкуру с него снимешь, мясо посреди поля положишь, а сам в шкуре схоронишься. Почует Семругкош мертвечину, сразу прилетит пировать. А ты не зевай: лови её да вези сюда.

Всё дурачок сделал так, как рассказала ему Белогривка: попросил коня, поскакал на нем в поле, где Семруг видел. На простом-то коне он три дня и три ночи ехал, не то, что на Белогривке. Добравшись до поля, зарезал юноша коня, содрал с него шкуру, и сам в неё завернулся. Долго ждал Дурачок, уже и ночь настала, и рассвет приближался, когда появилась Семругкош: молнии сверкали у неё под крыльями, ветер гудел над хвостом, земля дрожала, когда она села, гром загремел, когда пировать начала. Не заметила птица дурачка, стала конину рвать. А тот вылез потихоньку из-под шкуры, да как схватит её за ноги. Стала птица Семруг метаться, крыльями по земле бить, но из рук Дурачка вырываться, только не смогла – очень уж крепко он её за ноги держал. А когда выбилась птица из сил, юноша понёс её во дворец падишаху. Почти две недели пешком пришлось идти ему обратно в столицу. Обрадовался правитель, от счастья чуть не прыгает. Начал падишах перед чужеземными ханами птицей хвастаться: глядите, мол, есть у вас такая птица или нет? На радостях позабыл падишах про своё обещание купить Дурачку рубаху да чоботы. Но зато вспомнилось падишаху, как однажды встретил он в дальних краях табун волшебных лошадей. Не получилось в тот раз у падишаха изловить дивных лошадей, так он задумал теперь послать дурачка, чтобы тот их поймал.