как тысяча людей одетые кто в куртку, кто в пальто, быстро шагали по улице, спеша по своим делам. Эх, а погодка славная сегодня. Несмотря на то, что по календарю уже была середина октября, день выдался довольно теплым. Солнце, уходящее ввысь на пронзительно голубом небе, позолотило верхушки деревьев, раскрасив листья в пёстрые, яркие, красивые цвета. И только внезапный порыв холодного ветра, безжалостно срывавшего осеннюю красу, разрушал всю прелесть такой чудесной погоды.
Вновь посмотрев на свои карманные часы, которые показывали половину двенадцатого, девушка недовольно цокнула языком. Да, когда уже придет этот индюк! Сколько можно его ждать! Неужели он вообще не явится сюда?!
Но вскоре, заприметив знакомую фигуру среди толпы, русская смогла спокойно вздохнуть.
Никакой пунктуальности! Еще как назло двигается со скоростью улитки. Ответственности ноль.
Наконец-то, парень в поношенной красно-белой толстовке с надписью NATO на спине, темно-синих рваных штанах и черных солнцезащитных очках, которые он никогда не снимал, толкнул стеклянную дверь заведения и вошел вовнутрь.
— Wow*, я смотрю, ты тут как тут. — С ноткой сарказма сказал США даже не удосужившись поздороваться с Россией.
— Ты опоздал. — Холодно упрекнула его та. — Я просила прийти ровно в одиннадцать.
— Да, да. Перестань меня отчитывать. — Раздраженно ответил он и, схватив со стола меню, открыл первую попавшуюся страницу.
Как же это выводило из себя русскую. Американец совсем ее не слушал! Словно со стенкой общаться.
Пока она пыталась подавить в себе бурю негативных эмоций, Штаты в это время подозвал к столику официантку и, немного пококетничав с ней, сделал заказ.
— А мне, пожалуйста, только кофе без сахара. — Сказала Россия, наслаждаясь скривившимся от злобы лицом парня. Нечего отвлекать людей своей болтовней от работы.
Записав все в блокнот, женщина произнесла, что заказ скоро будет готов и, подмигнув американцу, направилась на кухню.
— Думаю теперь, мы можем начать разговор. — Холодно произнесла девушка, когда им принесли еду. — Ты знаешь, что мой отец очень серьезный человек. И если мы будем вести себя перед ним, так как сейчас, то весь план пойдет коту под хвост.
— And*, что ты предлагаешь? — спросил Штаты, пережевывая большой кусок сэндвича.
— Ну, для начала, перестать спорить и ругаться. Хотя бы перед ним. — Ответила русская, поднеся чашку ко рту. — Еще не помешает узнать побольше друг о друге. Любимое занятие, цвет, музыка, фильмы и все в таком духе. И надо придумать историю нашей “любви”.
От произнесенных ею слов, Россия недовольно скривилась.
— Ты могла бы это и сама сделать. — Лениво сказал парень, скрестив руки на груди.
Пропустив его слова мимо ушей, девушка достала из кармана белый листок бумаги и ручку и протянула их США.
— Напиши о себе как можно больше. — Строго произнесла она и протянула ему еще один лист. — А это информация обо мне. Тебе надо все это выучить перед встречей с отцом.
— What*! Мне надо еще и встретиться с ним?! Какого черта! — Возмутился американец.
— А ты думал, что будет все просто? Тогда ты слишком наивен.
Тихо выругавшись себе под нос, Штаты продолжил кривым почерком что-то писать на бумаге.
— И давай быстрее. У меня самолет меньше чем через два часа, а тебе еще кольцо мне покупать. — Холодно сказала Россия, смотря в шокированное лицо парня.
Стоя перед дверью кабинета СССР и слушая, как бьется в бешеном темпе ее собственное сердце, Россия нервно крутила купленное американцем кольцо на безымянном пальце правой руки. Никогда в жизни она так сильно не волновалась. Вдруг ничего не получится? Тогда будет не только война, но и отец потеряет к ней доверие. Нет, нельзя думать о плохом.
Молясь всему чему только можно, девушка тихо постучала в дверь.
— Войдите! — услышала она, грубый голос Союза.
Сделав глубокий вдох, русская дернула за ручку и неуверенно вошла в помещение.
— Пап, сильно занят? — Спросила она, не узнавая свой писклявый голос.
— Россия! Как ты можешь такое спрашивать? Садись скорее и рассказывай, что было на саммите. — Затараторил СССР, указав своей дочери на кресло.
— В принципе, ничего нового. Подведение итогов прошлого месяца и обсуждение войны между тобой и США. — Скрывая дрожь в руках, ответила девушка.
— Ха! Небось, все дрожат от страха. — Громко засмеялся Союз. — Я даже уверен, что этот америкос уже в штаны наложил! Надо было ему раньше думать своим воспаленным мозгом! Ведь слово не воробей — вылетит, не поймаешь!
— Это еще не все. — Остановила его Россия, мысленно готовясь к неизбежному. — Я кое-что скрывала от тебя, боясь, что ты будешь зол на меня. Но теперь уже просто нет смысла этого делать. Отец, один парень мне сделал предложение и…
— Дочка, что же ты сразу с этого не начала! — радовался СССР, отложив важные документы в сторону.
— Пап, но…
— Наконец-то моя старшенькая нашла себе достойного мужчину. — Не слушая русскую, продолжил Союз. — А я давно заметил, что ты как-то странно себя стала вести. Ну, так кто же он? Германия? Польша?
— Пап, это США. — Выпалила та, наблюдая, как улыбка на лице СССР постепенно исчезает.
— Чего?! — Подскочил тот со стула. — Этот молокосос! Никогда в жизни. Он тебе совершенно не подходит!
— Отец успокойся. — Попыталась остановить его девушка, но от этого стало только хуже.
— Какое тут спокойствие, когда твоя родная дочка выходит замуж за идиота! Что же ты в нем такого особенного нашла?! — Кричал Союз, нервно шагая по комнате из стороны в сторону. — Учти, если ты решила мне такое сказать, только для того, чтобы остановить войну, то у тебя ничего не выйдет.
— Нет, пап! Это правда! Вот смотри. — Россия протянула ему руку, показывая небольшое золотое колечко, украшенное фианитами. — Я знаю, что для тебя эта новость вызывает огромное негодование, но пожалуйста, пойми, что я и США настроены серьезно.
— Господь Бог, за что мне это! — Завыл СССР, обессиленно упав в кресло и обхватив руками голову. — Когда вы хоть начали встречаться?
— После небольшой конференции в Америке. Ты тогда не смог поехать и отправил меня, помнишь? — Тихо ответила русская, стараясь не смотреть на своего отца.
В комнате повисла мертвая тишина.
— Ну и что мне с вами делать. — Тяжело вздохнул Союз и жестом подозвал к себе свою дочь. — Видимо, я тебя не смогу остановить. Ну и бог с этим. Только учти, если этот америкос хоть как-нибудь посмеет тебя обидеть, я разбомблю его Нью-Йорк, что он даже пикнуть не успеет.
Крепко обняв своего отца, девушка смогла лишь грустно улыбнуться. Неужели все получилось и не будет никакой войны?!
— Ура! Россия, у тебя получилось! — Кричала Беларусь, прыгая
