камня?
— Да. Мне твои родственники понравились, такие гостеприимные. Калебу тоже там понравилось, он уже со всеми подружился. Но у вас холодно. Хочешь есть?
— Да, — не думая ответил я.
Хотя теперь стоит быть осторожнее с тем, что я ем. Но я же теперь могу позволить себе отдельного повара.
— Я быстро сбегаю, принесу. Только не хочется тебя одного оставлять.
— Я посижу с ним, — раздался голос Инжи. — Как раз есть один разговор.
— Спасибо, Инжи.
Мари убежала, а Инжи сел рядом и тревожно посмотрел на меня.
— Как ты, Громов?
— Получше, — сказал я. — Что ты мне влил?
Инжи достал синюю коробочку с золотой гравировкой. Пузырьки внутри тихо звякнули.
— Это Эссенция, — произнёс он. — Она увеличивает силу Небожителя. Её делают алхимики Таргина Великого из…
— Давай без подробностей.
— Хорошо, — Инжи потёр коробочку. — Небожителя отравить очень сложно. Яд, которым тебя отравили, сделан из…
— Инжи, к сути!
— Ладно, — он смутился. — В общем, если бы ты был обычным человеком, ты бы умер мгновенно. А так я успел влить в тебя эту штуку. Она тебе помогла, но с непривычки твой организм справился с трудом.
— Теперь надо следить за тем, что я ем, — сказал я.
— Мой повар в академии остался без работы. Найми его, он хороший.
— Это твой дядя меня траванул?
— Не знаю, честно. Сразу после разговора с Таргином? Рискованно. Руссо говорил, что, возможно, кто-то другой. Спроси его сам, он на корабле.
Я присмотрелся к синей коробочке Инжи с пузырьками. А ведь именно такую жижу, давали Павлу Громову, когда он был маленьким. Воспоминание было таким ярким, что оно сохранилось даже до сих пор, хотя сам парень умер.
— Больше эту гадость не пробуй, — сказал Инжи. — Это был первый и последний раз. Иначе… если привыкнешь к ней, то… будет плохо, честно.
Я присмотрелся к нему внимательнее.
— У тебя зависимость от этого? — спросил я.
Он выдохнул и посмотрел на свои задрожавшие руки.
— Небожителем была моя тётя, — сказал он. — А мой отец, её брат-близнец, им не был. И её ребёнок или внук должен был стать новым Небожителем. Но тётя погибла, и стали готовить меня. С помощью этого… и чего-то ещё… я не помню. И без Эссенции… ладно, что мы только обо мне…
— Постой, — перебил его я. — Значит, Таргин подсадил тебя на эту штуку?
— Да, — тихо ответил Инжи.
— И если ты не будешь это принимать?
— Умру, — сказал он. — А у меня осталось всего три штуки. Три месяца.
Он совсем невесело улыбнулся.
— И у тебя больше нет? Знаешь, где взять?
— Раньше мне присылали из столицы, но теперь взять негде.
— И ты отдал мне свою? — спросил я. — У тебя же их мало.
Он промолчал.
Этот Таргин — хитрожопый сукин сын. Подсадил парня на какую-то хрень. И да, теперь я понял, почему Таргин не стал казнить Инжи, хотя был им недоволен. Инжи умрёт сам.
Три месяца. Это мало.
— Но у других Небожителей были такие штуки, — сказал я. — У того, кого я прикончил, точно были.
— Вряд ли они поделятся, — Инжи поднялся. — Но спасибо, что беспокоишься. Хочешь встать?
— Хочу на воздух.
Я скинул колючее одеяло и начал одеваться. Успел до того, как вернулась Мари, держа металлическую миску с парящим бульоном. В супе была лапша и кусочки мяса с овощами.
— Поешь. Сама сварила, — похвасталась Мари. — На корабле есть кухня, меня пустили, когда их Варг попросил.
— Умеешь готовить? Ты же дочь хидара. У тебя были повара и служанки.
— А в твоём клане немного научили. Попробуй.
— Снаружи. Хочу подышать.
В этих краях холода ещё не настали. Я вышел на палубу, держа в руке миску, и ложкой вычерпывал гущу. Много соли, но неплохо. Главное, что горячее.
Кто-то из клановой молодёжи уступил мне дорогу. Стоящий на палубе капитан приложил руку к белой фуражке. Матросы же вообще слиняли от меня подальше.
Я подошёл к поручням и взглянул на реку, доедая суп. Здоровенный корабль шёл быстро, вода вдоль борта пенилась. На оживлённой дороге, идущей вдоль реки, с рёвом проносились мотоповозки.
— Когда мы встретились первый раз, — Мари взялась за поручень и чуть свесилась вниз. — Я была дочерью хидара, а ты простым главой клана. А теперь ты Наблюдатель. Это аристократия. Даже сложно поверить, правда.
— Такое бывало и раньше, — сказал Инжи, следовавший за нами. — Как с Хитровыми. Фёдор Хитров — лендар клана, которого мой отец сделал хидаром, а потом и Наблюдателем Малого Дома.
— Его сын учится в академии, — сказала Мари.
— С ним стоит познакомиться, Громов. Степан — твой ровесник, и он не выделывается. Приятный парень. Что отец, что сын хорошие ребята, с ними ты найдёшь общий язык.
— Хорошо, — сказал я, выловив последний кусочек из миски. — Мари, очень вкусно.
— Я рада, — она улыбнулась. — Ещё принести?
— Конечно.
Мари ушла, а я повернулся к Инжи.
— Теперь насчёт остального. Варг на корабле?
— Да.
— Позови его.
Не стоило так сразу командовать. Но бывший Наблюдатель, Небожитель и кто-то там ещё без всяких возражений пошёл выполнять моё поручение. Будто так оно и надо.
А пока я удивлялся, за своей спиной я услышал щелчок. А следом мой нос учуял сигарный дым.
— Инспектор Руссо, — сказал я и повернулся.
— Собственной персоной, Громов, — седеющий мужчина в мятом плаще засмеялся. — Рад, что ты оклемался. А то не хватало бы ещё, чтобы тебя отравили.
— Меня так просто не взять. Дерайга-старший не на того напал.
— А вот я не уверен, что это виноват дядя нашего Инжи. — Руссо взмахнул сигарой. — Я немного разузнал о том, кто подал тебе роковой пирог. Один из наёмников крутился на кухне, его узнали.
— Взяли живым?
— Не. Молодой Варг в порыве чувств случайно его пристрелил, когда на отравителя указали слуги. Но не обвиняй юношу, он был сильно расстроен. Если, конечно, ты его не подозреваешь, — Руссо посмотрел на меня, сощурив глаза.
— Не подозреваю. Я ему верю.
— Мне он тоже
