ты уже проехал, дальше только несколько имений, но там вся земля распахана. Есть, конечно, несколько рощ… но я сам много раз бывал в каждой из них и скажу тебе прямо – никакие они не заповедные.
– Н-да, – на скулах киммерийца вспухли желваки. – Ну ладно, монета все равно твоя – за правдивость.
Рука трактирщика метнулась к увесистому желтому кружку быстрее бросающейся на добычу гремучей змеи.
– Послушай, Конан, – вдруг произнес хозяин шепотом, несколько раз украдкой оглянувшись по сторонам. – Я благодарен тебе по гроб жизни и хочу помочь тебе всем, чем только смогу. Ответь мне – не наняла ли тебя эта черноволосая особа, с которой ты приехал?
Киммериец оторопел.
– Послушай меня, я желаю тебе добра, – продолжал горячо шептать трактирщик. – Я вспомнил ее! Год назад, именно в это время, она проезжала здесь и останавливалась на моем дворе. С ней еще был некто Гатадес, бывший капитан гвардии Тиридата, причем не придворный холуй, а рубака из настоящих! Так вот, туда он с ней проехал… а обратно уже не вернулся.
– Гатадес! – глаза Конана сверкнули. – Ты точно помнишь это?!
– Как перед Истинным Богом! – ударил себя кулаками в грудь хозяин.
– Я слыхал об этой истории, – медленно произнес Конан. – Об этом судачили какое-то время в Шадизаре… Гатадес и впрямь исчез, и никто не видел его с тех пор – ни живым, ни мертвым…
– Это какая-то западня, Конан, – трактирщик облизнул пересохшие от страха губы. – Мой тебе совет – садись на коня и скачи назад! А уж эту я как-нибудь да спроважу… куда подальше.
– Ну вот уж нет, – с расстановкой произнес киммериец. – Уж теперь-то я точно поеду с ней! Позор мне отступать там, где не струсил южанин!
– Не струсить-то он не струсил… да только это глупость, а не храбрость! – решился возразить помрачневшему киммерийцу хозяин. – Назад-то он не вернулся!
– Но и трупа его тоже не нашли, – ответил Конан, прекращая разговор, и отправился в снятую им для них с Айаной комнату. По пути он подцепил за ухо тащившего целый поднос яств поваренка и притащил с собой еще и обильный завтрак.
– Давай-ка подкрепимся. Еще целый день спину ломать…
Они ели в молчании. Айана не поднимала глаз на внимательно разглядывавшего ее киммерийца.
– Послушай, женщина, а от кого мне все-таки придется охранять твою рощу? – вновь спросил Конан. – Это будут люди? Или звери? Или… ни те и ни другие?
– Мои уста должны оставаться запертыми до тех пор, пока мы не очутимся в моей роще, – лицо Айаны выражало крайнее отчаяние. – Я понимаю, что тебе мое поведение должно показаться весьма подозрительным…
– Оно мне и кажется подозрительным! – жестко ответил Конан.
– Но я и впрямь ничего не могу сказать тебе! – умоляюще продолжала Айана. – Ведь рассуди сам: будь это ловушка – разве не имела бы я сотни самых что ни на есть убедительных историй на все случаи жизни?
Конан в замешательстве пожал плечами. Он уже был достаточно искушен в искусстве обмана, коим столь виртуозно владели люди Юга, в отличие от его жестоких, но куда более прямодушных сородичей. Слова тут не значили ничего. За самой искренней, самой горячей речью могла скрываться гнусная и предательская западня. Однако этой Айане ему отчего-то хотелось верить… хотя он и гнал, как мог, от себя подобные мысли.
Киммерийца так и подмывало спросить Айану о Гатадесе; однако не следовало раньше времени выдавать, что знаешь несколько больше, чем предполагает эта красивая и загадочная черноволосая девица…
– Ладно. Тогда все обсудим на месте, – как можно более спокойно и беспечно сказал он, вплотную занявшись завтраком.
Весь день после этого путь их протекал безо всяких происшествий. Земли здесь, между Шадизаром и Аренджуном, в самом сердце королевства Заморы, были густо заселены, и, как ни старался горький пьяница Тиридат вконец разорить страну из рук вон плохим управлением и непомерными налогами, ему это пока не удалось, и попадавшиеся Конану деревни имели довольно-таки зажиточный вид. Двигались купеческие караваны; крестьяне на ослах спешили по своим делам; мир казался прочным, привычным и понятным, где уже не может быть места ничему волшебному или чудесному…
Но уж кто-кто, а Конан знал, что это совсем не так.
Наступил вечер, а они по-прежнему ехали по широкому торговому тракту.
– Не пора ли появиться твоей роще? – не выдержал наконец киммериец.
– Видишь вон те пальмы на холме? – вместо ответа вытянула руку Айана. – Нам с тобой туда.
– Туда? – удивился Конан. – Да ведь это всего лишь три пальмы, за ними ложбина, а там вряд ли что-нибудь растет, кроме верблюжьей колючки!
– Погоди, нам осталось совсем немного… – Айана положила руку на предплечье Конана. Киммериец хмыкнул и промолчал.
Девушка повернула коня и действительно направила его к трем стоявшим отдельно пальмам. Киммериец следовал за ней, и меч его был до половины вытащен из ножен.
– Мы приехали, – чуть торжественно произнесла Айана, оборачиваясь к Конану.
Северянин настороженно огляделся. Они стояли на вершине невысокого холма, на котором одиноко торчали три старые пальмы. За холмом, как и сказал Конан, тянулась унылая серая ложбина, лишь кое-где покрытая редкой пустынной растительностью.
– Что-то не вижу я тут никакой рощи, – прорычал киммериец. Засады здесь устроить было явно негде, и у него мелькнула мысль, что он имеет дело с умалишенной.
– Оглянись, – прозвенел голос Айаны, и киммериец ощутил затылком поток влажного воздуха. Инстинкт, однако, заставил его сперва отъехать на несколько шагов в сторону от Айаны и только потом повернуться.
Дорога куда-то исчезла. Прямо перед собой Конан увидел край глухого, девственного леса, чем-то напомнившего ему горные чащобы его родной Киммерии. Он мгновенно взглянул в другую сторону – там расстилалась ровная степь, вся покрытая густой травой почти в половину человеческого роста. Справа и слева тянулись высокие гряды поросших лесом холмов, а еще дальше, прямо перед ним, вздымались уходящие в поднебесье горные вершины, поблескивая белоснежными коронами.
– Эт-то что такое?!.. – только и смог выдавить из себя киммериец.
– Мы на краю моей рощи, которую ты взялся охранять тридцать три дня, – спокойно сказала Айана.
– Где мы?! Что это за колдовство?! Ты напустила мне в глаза чародейского тумана, и ты поплатишься за это! – взревел варвар, выхватывая меч.
– Погоди! – взмолилась Айана. Она поспешно соскочила с коня и шагнула к Конану, поднимая вверх безоружные руки. – Выслушай меня! Я одна, и я в твоей власти, но, умоляю, выслушай меня, прежде чем судить! Я не человек, Конан из Киммерии. Я дриада, хранительница и хозяйка этой рощи – священной Рощи свайолей. Это последнее место на нашей земле,
