не знает.
Она фыркнула.
— А тебя прямо каждая собака знает.
Эйнар усмехнулся:
— Может и так.
Они помолчали. Сирша принялась заплетать волосы в косу, чтобы не приходилось постоянно поправлять их под капюшоном.
— Что ж, — парень хлопнул себя по колену. — Пора и на боковую. Завтра двинемся в столицу, идти чуть меньше ста верст, за пару дней должны управиться.
— Сто верст — это очень много! — удивлённо воскликнула девушка. — Может, удастся отыскать лошадь? С твоими-то связями, — она хитро подмигнула.
Рыбак задумался.
— Хорошая лошадь стоит статеров семьдесят, если не больше, а нам надо две. Где деньги брать будем?
— Можем попробовать продать мой пояс.
Сирша показала на полоску кожи у себя на талии, скреплявшей вместе три серебряных пластины.
— Не думаю, что на это можно купить лошадь. Серебро настоящее?
— Обижаешь, — она гордо вскинула подбородок. — Впрочем, а что у тебя в свёртке? Может, это тоже можно продать?
Эйнар прижал куль к груди и выставил вперед руку в оборонительном жесте:
— Ни в коем случае! Это моё единственное оружие против жестокого мира.
Он бережно развернул плотную ткань, оказавшуюся старым плащом непонятного болотного цвета.
Загадочным продолговатым предметом оказался изогнутый серпом меч.
— Ого! Где ты его достал?
Парень ухмыльнулся.
— Много будешь знать, скоро состаришься. А теперь, — он вновь заботливо укутал оружие и засунул под кровать. — Давай спать. Завтра решим, что дальше делать.
Сирша вздохнула и поднялась со своего места. Рыбак благородно вызвался спать на ковре, подложив под голову вторую подушку и накрывшись своим плащом, так что кровать была полностью в распоряжении путешественницы.
Не успела она удобно устроиться и поблагодарить Эйнара за помощь, как услышала мерный глухой храп.
Девушка улыбнулась сама себе и задула свечу.
ГЛАВА 3. Ягоды
Наутро они сразу же направились на рынок, чтобы продать пояс.
После нудных торгов Эйнару удалось выбить за него сорок статеров. Сирша долго ворчала, потому что сама оценивала пояс дороже — это был подарок Госпожи, о чём рыбаку она, конечно, не сказала.
Следующим этапом был поиск лошади. Эйнар справедливо решил, что в городе им за такие деньги ничего не светит, поэтому путешественники отправились к небольшой деревушке, раскинувшейся чуть выше Бароса. Население состояло из одних крестьян, земледельцев да рыбаков.
Основным промыслом для жителей этого района было море, так что найти лошадь оказалось очень трудно.
Наконец, им удалось выкупить старую клячу местного бондаря. Та казалась столь плоха на вид, а старик был так рад от нее избавиться, что продал лошадь вместе с телегой, на которой раньше ездил в столицу, продавать бочки.
— У меня годы уже не те, а вам точно как-никак да сгодится.
Отойдя на приличное расстояние от бондарского двора, Эйнар принялся с чувством ругать судьбу — за отсутствие денег — и кобылу — за её никчёмность.
— Так мы и в три дня до города не доберёмся, — причитал он, осматривая потрёпанное животное, в то время как лошадь равнодушно пялилась на них слезящимися глазами.
— Всё лучше, чем ноги топтать, — отрезала Сирша. — Давай решим, кто поведёт.
Рыбак вскинул бровь:
— Что значит, кто? Я, конечно.
Она пожала плечами и влезла в телегу. Нет смысла спорить, пусть продолжает думать, что она так же не приспособлена к жизни, как местные барышни.
Эйнар уселся на покосившиеся скрепы и, засунув свёрток с мечом себе под ноги, взялся за вожжи:
— Ну, в путь!
Ехать предстояло через два достаточно крупных поселения: Лехту и Платт; в одном промышляли скотоводством, в другом — выращиванием хлопка.
Рыбак полушутя предупредил, что хороших знакомых у него больше не осталось, так что нужно быть готовым ночевать в поле.
«Хотя люди у нас в общем гостеприимные, не то, что на Белинде, у них там грабежи просто процветают…», но Сиршу это особо не успокоило. Она надеялась сохранить свою личность в тайне и не вызвать никаких подозрений.
Судя по тому, что она уже узнала об Эйнаре, с ним лучше всегда оставаться настороже. Парень, очевидно, не тот, кем пытается казаться. Не хотелось бы нарваться на неприятности, гнев Госпожи и без того будет достаточных масштабов.
Хотя, стоит признать, Эйнар ей даже нравился. Его откровенная развязность порой раздражала, но он не задавал лишних вопросов и был готов помочь, зная Сиршу всего несколько часов. Это подкупало. Да и непринужденность рыбака во всем оказалась невероятно заразительной.
Вот и теперь, глядя на него, жующего травинку и насвистывающего простенький мотивчик, девушка не могла не расслабиться. В конце концов он крепко сложен и держит под каблуком острый меч, да и она не лыком шита, — чего им опасаться? Вряд ли за два дня успеет что-то случиться.
Они неспеша ехали по большаку, так что Сирша, удобно устроившись на куче сена, разглядывала окрестности.
Климат Ниметона приятно её удивил: девушка рассчитывала столкнуться с невыносимой жарой, ведь это было самое южное из королевств. Однако, несмотря на высоко стоящее солнце, погода мало чем отличалась от летних дней в Крэннесте.
Природа, правда, здесь была другая, и многие растения Сирша видела впервые. Она знала, что климат на архипелаге особый: высокие горы и тёплое море создали такие условия, что на Ниметоне сосуществовало сразу несколько поясов, и хвойные деревья росли рядом с фагусом и хлопком.
На мгновение девушке пришло в голову, что выдать их королеву за Ансгара — не такая уж и плохая идея, ведь этот союз откроет для Крэннеста огромные ресурсы Ниметона, который славился своими приисками. Но она тут же устыдилась таких мыслей: отдать леди Альву грубияну-островитянину, который только и делает, что пирует да охотится, как такое вообще могло прийти ей в голову?
Если и жертвовать чьей-то молодостью ради процветания царства, то лучше уж своей-собственной…
Из раздумий девушку вывел окрик рыбака:
— Эй, красавица! Не хочешь научиться править?
Сирша удивлённо обернулась:
— Править? Телегой что ли?
— Ну да, — будто смутившись её недоверчивого взгляда, он неловко взъерошил волосы. — А что, никогда не знаешь ведь, что в жизни пригодится!
Девушка недовольно вздохнула и перебралась с насиженного места на скрепу рядом с Эйнаром.
— Не то чтобы я не умела, — пробормотала она себе под нос.
— Что-что?
— Хорошая идея, говорю.
Усевшись поудобнее, она с деланным испугом посмотрела на лошадь:
— Я как-то даже не знаю, вдруг мы из-за меня врежемся в дерево…
Эйнар рассмеялся от такой глупости:
— Тут очень сложно куда-то врезаться, только если ты очень постараешься. Мы же по пустой дороге едем, до ближайшего дерева — минимум десять ярдов.
Сирша скривилась, но всё же
