– Вот. Пока Луиза еще спит – там, где ты ее уложила. Но скоро встанет, пойдет завтракать, потом подбирать наряды, делать макияж…
Я в изумлении разглядывала огороженный пластиковой изгородью загончик. Вчера я его не заметила – рассмотрела только сейчас.
Действительно, целая квартира – только в миниатюре. Кроватка, диван, кухонька. Дочкина любимица Луиза лежит в постели и заботливо укрыта одеялом.
– Но туфельки ты с нее не сняла, – с упреком взглянула на меня Маришка. – Пришлось моей бедной девочке в обуви спать, как какому-то алкоголику.
– Но… – начала я и мгновенно осеклась.
Я совершенно точно помнила, что собиралась уложить Луизу спать. Но в этот момент в дверь позвонили, и я бросилась открывать. Встретила Манола, выслушала его лекцию. Потом смотрела на море из рубки-гостиной, дальше – выпила кампари и рухнула в постель. А про куклу просто забыла.
Может быть, Маришка уложила Луизу сама? У дочки иногда бывает – не лунатизм, конечно, но делает что-то в полусне, а потом забывает. Или опять чудо-дом постарался? Некий робот взял куклу со стула и перенес в игрушечную постель? Как-то немного зловеще. И слишком фантастично. Или это не робот, а человек? Который преодолел все препоны сигнализаций и проник внутрь? А может – мне стало совсем страшно, – этот человек все время здесь, в доме? Наблюдает за нами, слушает разговоры?!
– Мам! Ты чего вдруг зеленая стала? – забеспокоилась Маришка.
И я, конечно, не стала пугать ребенка. Беспечно пожала плечами:
– Просто кофе давно не пила. Пошли, пошли скорее завтракать!
* * *
После завтрака Маришка попросила полчаса – поиграть в своем потрясающем кукольном царстве.
А я вышла во двор.
Здесь, конечно, тоже имелись датчики движения: едва я спустилась с крыльца, заработал фонтан. Сами собой раскрылись полотняные зонтики над лавочками. Крыша над бассейном начала подниматься.
Я вновь ахнула от восторга. И велела невидимому хозяину:
– Еще, пожалуйста, включите птиц. И чтобы цветы пахли.
Но, конечно, никаких райских колибри не увидела – только чайки волновались, галдели.
Я наклонилась, понюхала розу. Земля, мне показалось, довольно сухая.
– Почему система полива не работает? – пробормотала я.
В ту же секунду – я подпрыгнула от неожиданности – вокруг брызнули десятки маленьких фонтанчиков.
Вода весело искрила в лучах солнца, брызги летели на дорожку, попадали на меня. Я побежала по территории, пригибаясь, – словно в Петергофе сквозь знаменитую «Шутиху». И система полива явно взялась со мной играть. То замирала, то вдруг окатывала с ног до головы – причем вода была приятной, теплой.
Возле одной из дорожек я отчетливо увидела: из-под земли что-то пробирается. Именно вылезает, раскидывая комья по сторонам. Сначала перепугалась, потом увидела: обычный гриб. Аппетитный боровичок – только пластмассовый.
Да, в этом доме раньше, несомненно, жили дети. Что с ними, где они сейчас?
Я замедлила шаг – и система полива сразу успокоилась, вода капала теперь не на меня, – только на растения.
А я продолжила прогулку.
Все в саду оказалось ухожено, аккуратно. Скамеечки, беседка, смотровая площадка, барбекю. И только у забора я обнаружила: аккуратная, вымощенная плиткой дорожка вдруг прервалась – на небольшой, размером с тетрадный лист, участок бетона.
На нем – еще не застывшем – кто-то уверенной рукой написал: «Счастливы вместе».
Далее, другим почерком, следовало: «К+М».
А ниже – отпечаток детской ладошки.
Кто вы, К., М. и малыш? Что с вами стало?
* * *
Покайся перед ней Максим – Лариса бы простила.
Но муж и не думал оправдываться. Заявил презрительно:
– А ты что? Считала, я тебе верность храню?
Лара опешила. Залепетала – тоном, будто сама оправдывается:
– Не считала, конечно. Думала: бывают иногда случайные связи. В командировке там, в сауне. А у тебя, оказывается, дочь!
Вздохнула:
– Я ведь тебе предлагала: давай еще девочку родим. Ты сам не захотел.
– Послушай, Лариса, – раздраженно молвил супруг. – Что тебе от меня надо?
И снова она растерянно захлопала глазами. Пробормотала:
– Да ничего не надо. Просто я тебе верила. Самым близким человеком считала. А ты, оказывается…
Не договорила. Залилась слезами, ушла плакать в кухню.
Муж за ней не пошел. Дождался, пока успокоится, выйдет в гостиную. Равнодушно предложил:
– Хочешь – давай разведемся.
Она с испугом взглянула в его отстраненное лицо:
– Ты что, меня совсем не любишь?
Макс расхохотался:
– Лара, сколько тебе лет?
– Подумаешь, на пять лет старше, – огрызнулась она. – Главное, я жила только для тебя. И всегда тебя любила.
– А чего бы меня не любить? – с легким презрением молвил муж. – Деньги в семью приношу, тебе не докучаю.
– Ну, и я: всех кормлю, обо всех забочусь!
– А в зеркало ты на себя давно смотрела?! – взорвался он.
Лариса насупилась. Сама знала: да, располнела. Уголки рта обвисли, глаза очертили морщинки. В волосах полно седины, но она упорно цеплялась за «натуральный цвет» и не красилась.
А муж решительно молвил:
– Давай мы тему любви отставим. Хочешь развода – не вопрос. Но денег моих не получишь. Плюс сыновьям навредишь. Сама знаешь: подростков лучше не травмировать. Поэтому предлагаю все оставить по-старому. Веди свое хозяйство, развлекайся как хочешь, а в мои дела не лезь.
И лицо – абсолютно самодовольное. Не сомневается: жена-клуша, конечно, выберет вариант номер два.
– Хорошо, Макс, – ледяным тоном сказала она. – Я подумаю над твоим предложением.
Ушла в спальню, бросилась на кровать. Больше не плакала. Но кляла себя, что пятнадцать лет прожила доверчивой дурой. Обхаживала супруга, заботилась, чтоб ему всегда было комфортно и вкусно, старательно выбирала подарки. А он ел ее пироги, надевал ею глаженные рубашки – и крутил роман с молодайкой!
Негодяй, сволочь! Два варианта он ей предлагает: или развод без копейки, или смирись. Нет, Максушка, извини. Я, конечно, клуша, но не совсем ноль без палочки.
Спасибо, кстати, сыновьям.
Те очень рано стали увлекаться компьютерами. Лара пробовала все, что положено, чтобы их от вредного занятия отвадить. Пыталась переключать внимание, регулировать время на использование гаджетов, даже запрещать.
Толку не вышло. И тогда она стала играть вместе с ними. Начинали со всяких жучков-букашек, дальше пошли стрелялки, аркады, «Майнкрафт». И тема для бесед появилась, и попутно все трое стали очень даже продвинутыми пользователями. Особенно она – все-таки математический факультет за плечами.
Макс и не подозревал, что она теперь умеет. Ему было неинтересно. А если Лариса оставляла свой компьютер включенным, то всегда – на всякий случай! – на какой-нибудь кулинарной страничке.
…На следующее утро Лара поднялась рано.
Она знала: ее супруг в технике дилетант, на его смартфоне даже антивируса нет. Поэтому получилось очень быстро: внедрить программку переадресации всех его сообщений на ее аппарат.
Макс ушел на работу, и Лариса сразу взялась за дело.
Ее личный лэптоп – как у всех продвинутых компьютерщиков – с виду был неказист. Зато скоростью обладал почти космической.
Лариса давно подглядела мужнин логин для мобильного банка. Тот его и не скрывал – подумаешь, секрет.
Откуда наивному было знать, что клуша-жена оказалась достаточно компетентна для того, чтобы взломать его персональные данные и узнать восьмизначный пароль.
Сейчас Лара отправилась – под именем супруга – на страничку банка.
Идентификацию прошла успешно.
Секретный пароль – переадресованный с мужниного телефона – явился в считаные секунды.
И вот она в личном кабинете супруга – твори что хочешь.
Жаль, много денег выгрести не удалось – основные сбережения супруг держал в акциях. Но на сто тысяч долларов его счет она облегчила.
Плюс имелись собственные сбережения. Макс и не догадывался, что если вести хозяйство экономно, то можно каждый месяц откладывать. Лариса вообще-то копила не для себя лично. А на их с мужем старость: мало ли что случится у Макса, бизнес в России – штука ненадежная.
Но теперь муж – ее враг. И воевать против него честно – после того как любимый столько лет ее обманывал – она не станет.
Дальше Лара открыла сейф. Забрала оттуда немногочисленные свои украшения. Мужнины дорогие часы, платиновые запонки. Пачку евро.
