— Ну что ты, Настенька, не злись, сделаем, как ты хочешь, — и уже чётко дал указания:
— Планы и расчёты к вечеру ко мне. Все свободны.
И с удовольствием, до отключения конференции, наблюдал её закипающий яростью взгляд.
На обеденный перерыв к Насте снова собрался женский состав соседних отделов. Это ведь не войдёт у них в привычку?
«Девочки, мне надо побыть одной» не срабатывает. Получаешь кучу сочувствия и сопереживания, но не одиночество. Дружный, тёплый женский коллектив. Мужчины коллеги держатся сухо и по-деловому, простые рабочие отношения. Женщины же — ну просто лучшие подруги. И худшие враги. Причём — одни и те же люди. Если у тебя беда, они поддержат, посочувствуют, помогут, решат проблемы дружно. Но — при случае подсидят, и глазом не моргнут.
В женском коллективе всегда найдёшь того, кто подставит надёжное плечо.
Но никогда нельзя подставлять им спину.
— Настя, а тебя точно Немирский не интересует?
Настя вздрогнула, отвлекаясь от мыслей.
— То есть, интересует?
— Ну ты против такого внимания, или всё-таки он сподвиг тебя закончить жизнь вдовы?
Мгновенно всплыло воспоминание о его поцелуе. Леонид никогда ничего подобного себе не позволял. Он лучше десять раз спросит, в настроении ли она.
— Ты думаешь, мне нужен мужчина, который всегда делает всё по-своему, не считаясь с моим мнением?
— Ну на совещании он же учёл твоё мнение?
Невинно распахнутые глаза. Откуда? Откуда она знает? Кто рассказал ей про совещание?
— Ничего подобного. Моё предложение рациональней. Он просто мгновенно взвесил все аргументы, принял решение, а преподнёс это в таком виде, чтобы меня позлить, — резко отозвалась Настя.
— Почему ты уверена, что он всё делает ради тебя? — Альбина сказала это мягко и немного грустно, но — всё равно задело. — То есть мы-то тебя знаем, любим, а он — первый раз увидел два дня назад.
— Может, он влюбился в меня заочно. По рассказам и псевдоскульптурам Лёни. Поэтому и пристаёт.
О-ой! Ну кто её дёрнул за язык?
Десяток глаз, подведённых стереотушью, зажглись любопытством.
— Так всё-таки ты в курсе, что Немирский в тебя влюбился? — озвучила Любава одна за всех.
— Я не хочу это обсуждать.
— А я хочу! — капризно возразила Альбина. — Ты как собака на сене! Если тебе он не нужен, скажи сразу.
— Говорю сразу — не нужен, — недовольно нахмурилась Настя. Неужели всё ещё не понятно? — Что вы пристали?
— Тогда я попытаю счастья, — пожала плечиком инженер. — С таким мужчиной — грех не попробовать.
Настя от удивления проглотила слова. Но, кажется, никто больше не удивлён.
— А чего это сразу ты?
— У всех равные права!
— Альбина, ты что, абонемент купила?
— Девочки, вы что? — Настя не отошла от шока, но такое надо остановить. — У нас приличная компания, а вы хотите устроить секс-охоту?
— Он красавчик, — протянула Любава. — Будь я свободна, я бы присоединилась.
Настя чуть было не сказала, что ей бы и сейчас неплохо присоединиться, любой, даже Немирский, лучше, чем её муж.
— Это разрушит рабочую атмосферу. Кроме того, помешает новому директору адаптироваться, — сказала она строго.
— И размер… — протянула Альбина.
— Что?
— Его размер. Ты хоть в область штанов посмотри.
— Я не считаю приличной мужскую одежду, если ты об этом, — Настя нахмурилась, попыталась взять себя в руки и не краснеть. В последнее время модные вещи всё более обтягивали, особенно старались мужчины, мол, им так удобно. Но она уже очень давно не смотрела на других мужчин.
— Я не об этом, — проворковала коллега. — А о том, что эта самая одежда наглядно показывает, чем мужчины друг от друга отличаются. Ты что же, не обратила внимания?
Настя долгое время была прижата вплотную к этому самому размеру. Настя ещё как обратила внимание.
Щекам уже очень жарко. Равнодушие строить не получается.
— Девочки, перерыв кончился. Новый директор ещё и строгий начальник, вы не забыли? Продолжаем работать.
Ах, да. Ещё одно.
— И вы если всё-таки собрались открывать охоту, не делайте это навязчиво. Не надо на него бросаться, неизвестно пока, как он относится к такому.
Собственнические инстинкты здесь не при чём. Их вообще не может быть у Насти по отношению к Немирскому. Просто будет стыдно за коллектив.
Первая волна любопытных коллег схлынула.
Пошла вторая.
Теперь совершенно случайно и, конечно же, по делам рядом с Деймосом оказывались представительницы прекрасного пола. Поначалу он успокаивал себя тем, что женщины куда любопытнее мужчин, поэтому до сих пор разнюхивают.
Но долго иллюзии строить смысла не было. Он не был так глуп, чтобы принять флирт за простое любопытство.
Оно и понятно: молодой, холостой шеф. С прежним такое было бесполезно — глубоко и надёжно женатый, Леонид не обращал внимания на других женщин вообще.
Собственно, Деймосу тоже нужна была только Настя — но этого ещё не поняли.
Уже вторая симпатичная сотрудница зашла спросить совершенную ерунду, которая вообще не касалась высших руководящих должностей, и директор, постыдно бросив свой АРМ, сбежал работать в серверную.
Только к концу третьего дня Деймос добрался до конкурентов. Последний месяц до вступления в должность он проверил и изучил все дела компании, до которых смог добраться, а вот до дел других компаний руки не дошли.
Вообще-то этим занимаются исследователи отдела маркетинга. Не то, чтобы они плохо занимались — но конкуренты почему-то обходят «Эфир».
Торговая группа «Логистик» предлагает куда менее надёжные модули связи, но гораздо дешевле.
Компания «Вероз» обходит их из-за государственных контрактов.
«Молния-связь» первая запатентовала и начала использовать нейтринное преобразование тахионов.
А так же искусственную гравитацию в связи.
А так же…
Стоп.
Деймос ещё раз внимательно оглядел патенты. Глобальные полные. То есть никто, кроме патентообладателя, не может больше использовать эти технологии. Очень дорого обходятся запреты — и по первым взносам, и для поддержания в действии. Зачем? Обычно такое делают для одного изобретения, на котором основана работа компании, а у «Молнии-связь» таких два… три… шесть.
В принципе, окупается: они буквально топят «Эфир», и компания Веряевых вынуждена использовать устаревшие методы.
Но откуда они знают?
Напрашивается неприятный ответ.
Деймос ещё раз просмотрел патенты, название и краткое описание.
Неприятный ответ не просто напрашивался, он был очевиден.
Кто-то сливает информацию.
Включил общий коммуникатор и объявил по внутренней связи:
— Главного инженера, ведущего инженера отдела разработок и Настеньку прошу пройти в центральный АРМ.
— Насть!
— Да? — рассеянно отозвалась та. Она изучала предложение одного из сотрудников и не хотела отвлекаться.
— Тебя, кажется, звали.
Пожала плечами:
— У нас три Насти. И, кстати, ни одной Настеньки, насколько мне известно.
— Оставь её в покое, Мить, — вступился другой коллега. — Я, например, тоже считаю, что не стоит поощрять нового директора. Если бойкотировать рабочий процесс в ответ на его хамство, рано или поздно он отстанет от Насти, он же тоже заинтересован в том, чтобы работа шла.
Настя замерла. Сжала кулачки. Зло фыркнула. Резко встала и направилась к выходу.
Николай Сергеевич и Райса из отдела разработок подошли сразу, а вот Настя задержалась. Пришла, конечно же, недовольная. Настороженная, колючая. Настроенная на скандал. Извини, Настенька, снова придётся не оправдывать твоих ожиданий.
Деймос быстро перекинул материалы на мультяшки подчинённых и вывел два общих экрана.
— Вот, ознакомьтесь, пожалуйста. Суть я выделил. Обратите внимание на правый экран.
Над столом зажглись шесть стереоизображений.
— Модели сделаны по патентам «Молнии-связь». А вот теперь — на левый. Здесь — модели, которые незадолго до патентования правых моделей разрабатывались «Эфиром».
