поговорить. Взглянуть ему с глаза. Они не спрячут правду. Я знаю, что у него была, а может и есть, другая. Но игр со мной мне не понять. Я надеялась, он сделал свой выбор. А на деле — то мы чужие люди, то он без меня не может.
Помимо меня у Андрея была другая девушка из Новосибирска. Понятия не имею, как они сошлись. Но точно уверена, в момент нашего с ним знакомства в баре, у него на горизонте никого не было. Она появилась позже. Очевидны измены физические, душевные. Очень горько от этого. Узнала я уже после переезда. Как и о том, что с семьёй Кристину он уже давно познакомил (в отличие от меня!), она приезжала к нему, он — к ней. Последний раз был совсем недавно — осенью. Социальные сети наше все.
Мдааа. Как распутать весь этот комок? Сам ведь ничего не расскажет. Если он испытывает к ней чувства до сих пор… К чему весь этот цирк? Почему он так отстранён? Раздражителен? Я рядом всего несколько дней, а разговаривать спокойно не получается. Он раздражается по любому поводу. Так ведь нельзя. Сегодня будет сложный разговор…
Все эти мысли пронеслись в моей голове, пока такси добиралось до аэропорта.
Да уж, сложный получился разговор, ничего не скажешь.
— Скажи хоть, что ты сейчас чувствуешь?
— Ничего.
НИЧЕГО… НИЧЕГО? Совсем НИЧЕГО??
Ну все! С меня хватит! Еще чуть-чуть, и я устрою катастрофу вселенского масштаба, а несчастная машинка утонет в моих слезах.
По прилету при первой же возможности поменяю номер. Запишусь в автошколу. Да, и ещё в салон схожу волосы покрасить! А что? Если женщина хочет изменить свою жизнь, перво-наперво она меняет прическу. Гулять, так гулять! Ни слезинки больше! Сколько можно заниматься самообманом! Это же надо такой размазней заделаться! Все, пора снимать эту дурацкую лапшу, я вообще не люблю макаронные изделия, а уж тем более на ушах!
Расплатилась с таксистом, и, вопреки настрою, уныло потащилась в здание аэропорта. Прошла регистрацию, выпила чай в кафе, встала в длинную очередь к нужному выходу, дождавшись объявления на рейс.
В самолёте грустные мысли вновь догнали меня. Почему так получилось. Ведь изначально он был таким милым, необычным. Зацепил, гаденыш. Но с другой стороны, я ведь сама ждала от него чего-то большего, сама придумала себе сладкую историю любви. Он сразу сказал, что для него работа в приоритете. Так бывает, приходит безответное чувство. Он не виноват, что я осталась для него никем. И не за чем его обвинять и жалеть себя.
Когда-то я хотела испытать такие сильные эмоции, полюбить по-настоящему, искренне, и чтобы каждый раз бабочки в животе… глупости это все. Детские мечты. Нужно реально смотреть на вещи.
Нет, я больше не желаю влюбляться, терять голову. Хочу ясно мыслить. Не нужны мне эти чувства, накрывающие с головой. В такие моменты я теряю способность адекватно думать.
Глава 4
На работу после новогодних праздников вышла с радостью. Нужно разгребать завалы, это поможет не думать о посторонних вещах. У меня почти получается. Ура!
Через пару дней, руководство сделало объявление, которое всех работников повергло в шок, и меня в том числе, так что посторонние мысли напрочь вылетели из головы. Грядет изменение состава учредителей компании, из которого следует смена как топовых, так и руководителей среднего звена. В ближайшее время. А я как-никак теперь тоже отношусь к руководству. Что делать? Можно уже искать новую работу?
Времени распускать сопли теперь совершенно не осталось, впереди закрытие квартала. У меня есть две недели, чтобы подготовить отчёты.
Ушла в работу с головой до вечера. Глазом не успела моргнуть, как часы показали 20:30. Ого! Сколько?! И кушать уже хочется… Быстро засобиралась, но проходя мимо кабинета гендиректора, заметила приоткрытую дверь. Была — не была, задам пару вопросов.
Максим Ярославович сидел в своём роскошном кожаном кресле, положив локти на стол и взявшись за голову. Человек он тучный, лысый, на работе бывал нечасто, не любил он разгребать производственные завалы, большую часть обязанностей спихнул на зама. Раньше я никогда об этом задумывалась. Интересно, как он вообще получил свою должность, если не трудами и устремлениями. Сроду он так долго не засиживался.
— Извините, не помешаю?
— А, Николаева. Заходи, — я всегда считала этого мужчину странноватым. — Что тоже по свою душу пришла узнать? — кивнула в ответ; послушаю сначала, что он расскажет.
— Ты десятая за сегодняшний день. Нет у меня информации. Я думаю, всех нас вышвырнут отсюда. А поставят своих людей. Не знаешь что ли, как это делается? Присматривай пока новую работу, да не торопись сильно. Пока суть да дело, квартал закрыть надо, а там и до закрытия года в марте рукой подать. Новый человек пока вольётся во все тонкости. Думаю, у тебя в запасе 3 месяца есть точно, но запасной вариант советую поискать, — проговорил скороговоркой нынешний руководитель. Просто прекрасно!
— А что произошло?
— Я что тебе баба базарная? — я даже отшатнулась, настолько неприятным был его тон. Обычно он сдержанный, спокойный. — Ты уж прости за резкость, никаких нервов не хватает. Много чего говорят, да только где правда — неизвестно.
— Понятно, — протянула я на выдохе, значит, и правда лучше работу новую присмотреть. — Я пойду, Максим Ярославович.
— Иди-иди, Николаева. Может и не свидимся уже, я завтра передаю свои полномочия.
— Как! Уже?
— На моем месте отныне будет сидеть новый директор. Его сюда наша «верхушка» передвинула. Я с ним никогда не встречался, но поговаривают, что человек он не совсем адекватный, жёсткий, спуску никому не даст. Надеются, что он поднимет финансовые показатели.
— Да уж. А Вы куда теперь?
— Меня сместили в областную «дочку» в начальники отдела. Как только дела передам.
Домой доехала в расстроенных чувствах. Уставшая, голодная. Сегодня среда — середина недели. В выходные позволю себе отдохнуть, потому что потом начнутся ударные сверхурочные будни с такими же сверхурочными выходными. Ещё и новое неадекватное начальство вот-вот приземлится на мою голову.
