В воздухе поселилась влажность, небо над головой быстро темнело, и звезд уже не было видно. Я пересекла узкую улицу и ногой открыла ворота в невысоком ковано заборчике, окружавшем небольшой клочок травы. Я вздрогнула от скрипа, когда они распахнулись, скребя по бордюру из песчаника.
Я остановилась перед дверью, глядя наверх и начала искать ключ в сумочке.
- Дерьмо, - пробормотала я, в то время как мой взгляд скользил по маленькому балконному садику. Цветы и травы росли как сумасшедшие, вываливаясь из своих керамических горшков и взбираясь по ржавой ограде. Пустые урны, которые я несколько недель сложила в стопу, теперь тоже были погребены под зеленой массой. Предполагалось, что сегодня днем я наведу порядок на балконе.
Утром мама будет вне себя по нескольким причинам.
Вздохнув, я вытащила ключ и сунула его в замок. Я наполовину открыла дверь, благодарная за то, что она не скрипела и не стонала, в отличие от остальных дверей в доме, когда я почувствовала почти незнакомое ощущение.
Ледяные пальцы пробежали вверх и вниз по моему позвоночнику. Все маленькие волоски на теле встали дыбом, когда безошибочное чувство того, что за мной наблюдают, охватило меня.
Глава 4
Я быстро обернулась, и мой взгляд метнулся по маленькому двору и за ограду. Улицы были пусты, но ощущение только нарастало. Нехорошее предчувствие камнем давило на мой желудок, когда я отступила на шаг, обхватив пальцами кромку двери. Там никого не было, но..
- Я теряю рассудок, - побормотала я. - Я становлюсь параноиком, как мама. Отлично.
Я зашла внутрь, заперев за собой дверь. Жуткое ощущение медленно прошло, и я на цыпочках прошла по тихому дому. Я вдохнула и меня почти стошнило от пряного аромата, наполнявшего гостиную.
Простонав, я выключила лампу рядом с потрепанной, видавшей виды кушеткой и украдкой посмотрела в угол комнаты. Апполон стоял рядом с нашим телевизором и подставкой для журналов, полной «US weekly». Свежий лавровый венок обвивался вокруг его мраморного лба. Из всех вещей, которые мама забыла упаковать во время наших многократных переездов, она никогда не забывала его.
Я ненавидела статую Аполлона и его вонючий лавровый венок, который мама меняла каждый божий день моей жизни. Не потому, что мне чем-то не нравился Аполлон. Я думала, что он был достаточно хорошим богом, потому что он был богом гармонии, порядка и здравого смысла. Это была просто самая безвкусная вещь, которую я видела в своей жизни.
Это был только бюст, изображавший его грудь и голову, но на его груди были выгравированы лира, дельфин, и, если кому-то показалось бы, что символов мало, была еще дюжина маленьких цикад, сидящих на его плече. Какого черта хотя бы значили эти надоедливые, жужжащие насекомые, которые путаются у людей в волосах? Очевидно, они символизировали музыку и пение моей розовой правой ягодицы.
Я никогда не понимала, почему мама так заворожена Аполлоном, или любым другим богом. Они отсутствовали с тех пор, как смертные решили, что жертвовать им девственниц совершенно отвратительная привычка. Я ни знала ни души, которая хоть раз видела бы бога. Они бегали вокруг и породили сотню или около того полубогов, позволили им завести детей - чистокровных - но они никогда не приходили на дни рождения и не приносили подарков.
Приложив руку к носу, я подошла к свече, окруженной лавром, и задула её. Будучи богом предсказаний, я гадала, предвидел ли это Аполлон. Оставив безвкусицу в стороне, его мраморная грудь была вполне неплохой.
Лучше, чем грудь Мэтта.
Но я никогда больше её не увижу, и не прикоснусь к ней. С этой мыслью, я взяла двойную упаковку шоколадного пломбира из морозилки и большую ложку. Не обсепокоившись миской, я залезла наверх по неровным ступеням.
Мягкий свет проникал через щелку между полом и дверью в спальню моей мамы. Остановившись перед её дверью, я взглянула на свою комнату и затем на мороженое. Я прикусила нижнюю губу и задумалась, стоит ли вламываться в её комнату. Она возможно уже знала, что я сбежала, и если даже нет, то песок, покрывавший половину моего тела, выдал бы меня с головой. Но мне не нравилось, что мама была одна-одинешенька в пятницу вечером. Снова.
- Лекси? - мягкий сладкий голос позвал из-за двери. - Что ты делаешь?
Я подтолкнула дверь и заглянула внутрь. Она сидела в изголовье кровати, читая один из вульгарных романов с полуголым мужчиной на обложке. Я таскала их у неё, когда она отворачивалась. Рядом с ней на маленьком прикроватном столике стоял горшок с гибискусом. Это был её любимый цветок. Пурпурные лепестки были прекрасны, но единственный запах исходил от ванильного масла, которое она любила брызгать на цветы.
Она подняла глаза с легкой улыбкой на лице.
- Здравствуй, милая. Добро пожаловать домой.
Я подняла вверх упаковку с мороженым, съежившись:
- Я по крайней мере дома до полуночи.
- Предполагается, что от этого будет лучше? - она сверлила меня взглядом, её изумрудные глаза блестели в тусклом свете.
- Нет?
Мама вздохнула, откладывая роман.
- Я знаю, что ты хочешь выходить и проводить время с друзьями, особенно учитывая, что ты начала встречаться с этим мальчиком. как его зовут? Майк?
- Мэтт, - мои плечи поникли и я с вожделением смотрела на мороженое. - Его зовут Мэтт.
- Мэтт. Точно, - она послала мне быструю улыбку. - Он действительно хороший мальчик, и я понимаю, что ты хочешь быть с ним, но я не хочу, чтобы ты бегала по Майами ночью. Это не безопасно.
- Я знаю.
- Мне никогда не приходилось... как это называется? Когда ограничивают свободу?
- Домашний арест, - я пыталась не улыбаться. - Это называется домашним арестом.
- Ах, да. Мне никогда не приходилось "арестовывать" тебя, Лекси. И я действительно не хочу сейчас начинать, - она отбросила густые, волнистые каштановые волосы с лица и её взгляд скользнул по мне. - Почему, во имя богов, ты вся покрыта песком?
Я потихоньку зашла в комнату:
- Это длинная история.
Если бы она заподозрила, что я каталась по песку с мальчиком, имя которого она постоянно забывала, а потом играла в кунг-фу с другими двумя парнями, она бы вышла из себя.
- Хочешь поговорить об этом?
Я пожала плечами.
Она похлопала по кровати:
- Иди сюда, малышка.
Чувствуя себя немного расстроенной, я села и подобрала под себя ноги.
- Извини, что сбежала.
Её яркие глаза остановились на мороженом.
- Я думаю, ты пожалела о том, что не осталась дома?
- Да, - я вздохнула, открыла крышку и вгрызлась в мороженое. С полным ртом я сказала - Мы с Мэттом больше не вместе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
