— Мне всё ясно с теми, кто пойдёт с тобой, а те, кто останутся — они зачем? — поинтересовался Хохо.
— Будут контролировать капитана, будут проверять изменение, будут страховать нас, — ответил я. — Мне что-то неспокойно.
— Мне тоже не очень нравится этот ску, — Хохо кивнул. — Но деньги, Шрам!
— Сам знаю, — я вздохнул и указал на вошедшего чиновника. — А этому тут что надо?
— Я пригласил, — признался Хохо. — Он стряпчий, составил нам договор.
— Тогда хорошо, — кивнул я.
Переговоры со ску затянулись. Харато увидел стряпчего и попросил «лишних» людей покинуть нас. Пришлось объяснять ему, что стряпчий — не «лишний» и вообще занимается договором. Потом ску отказывались надевать плащи для Диких Земель и мазаться «тошнилкой». И только пока Харато не объяснили, что их носят даже ааори при вылазках, он ни в какую не соглашался носить «порченые» вещи и мазаться «порченой» мазью. Следующий пункт, который ему не понравился — это была оплата в Форте. И тут ску настоял на своём. «Я не собираюсь прибывать в форт с реликвией! — объяснил он. — Я повезу её сразу домой». После нескольких минут препирательств пришлось соглашаться на оплату на месте — сразу по возвращении в лагерь, где будут дожидаться корабли.
После этого ску попытался снизить аванс. Он, конечно, не знал, за сколько мы сторговались с капитаном, но, видимо, Воас был прав — «ску обманут». Именно это он и пытался сделать. Когда же аванс был согласован, Харато решил снизить общую сумму вознаграждения — но, к счастью, не слишком настаивал. Потом были споры о том, кто командует. Ску считали, что это их поход, а мы — только проводники. Я объяснял, что командование на мне — а они слушаются, если хотят выйти живыми из Диких Земель.
К концу переговоров я вымотался настолько, что сразу заказал себе кувшин с вином, понимая, что сил пока нет даже на то, чтобы встать. Как оказалось, стряпчий и Хохо чувствовали себя не лучше.
— Ненавижу их, — пробормотал стряпчий, которого звали Ли-наром.
— Кого? — не понял Хохо.
— Ску, кого же ещё? — удивился Ли-нар. — Каждый раз одно и то же, одно и то же! Договариваются об одном, а потом всё пытаются поменять. Легче с моранки договор заключить, чем с этими.
— Они же вроде на одном континенте жили? Наверно, много общего имели? — удивился я.
— Они ненавидят друг друга, — пояснил мне стряпчий. — Лютой ненавистью. Даже в дораскольные времена, говорят, постоянно воевали. Им легче с нами договориться, чем между собой.
— Да уж, — подвёл я итог.
— Вы там аккуратнее с ними, — заметил Ли-нар. — Странные они.
Утром мы уже договаривались с Ка-ра наедине. Тот согласился на стандартный договор, получил деньги вперёд и сказал, что будет ждать нас в порту, на своём корабле «Сагламад» через два дня — которые мы взяли на подготовку. Потом началась обычная предпоходная суета. Закупалась провизия и припасы, ремонтировалось вооружение, утрясался план.
А план был такой: после прибытия я с бойцами и ску отправляюсь вверх по течению Ра-ва-лы. Если уровень воды позволяет, то на лодках. Если нет — пешком. Получалось, что от лагеря, который мы собирались разбить в руинах крепости на острове, плыть примерно три дня — если ничего не случится по дороге. Дальше находим храмовый комплекс, прячем лодки на берегу и там уже действуем по обстоятельствам. Если всё удачно, то доставляем богиню и ску назад, опять же на лодках. Оставался вопрос, какого размера статуя — и сможем ли мы её вывезти. Но сначала требовалось вообще эту самую статую найти.
Так или иначе, но через два дня, рано утром, мой отряд прибыл в Порт с телегой припасов. Припасы загрузили на корабль, телегу отослали и стали ждать ску. Их корабль стоял у пирса, но на палубе никого не было. Ску появились ближе к полудню. В ответ на претензии, что договаривались на утро, Харато просто отмахнулся — зато издалека оглядел наше судно и приказал выдвигаться к цели. При этом чувство было такое, что спокойствие и наглость у него напускные: Харато нервничал, хоть и держался.
Глава 3
На мой — пусть и не слишком сведущий взгляд — Ка-ра слегка поскромничал, описывая свои навыки капитана, умения команды и корабль. Потом что «Сагламад» был прекрасен. В команде, помимо капитана, было ещё десять матросов, юнга и боцман. И они совершенно спокойно справлялись с управлением, следуя впереди корабля ску. При этом места хватило и на наши пожитки, и на запасы провианта почти на месяц, и можно было бы еще немало товара загрузить. Нас разместили с комфортом, выделив кубрик для бойцов и небольшие каютки для меня и десятников.
Корабль ску внешне напоминал стол, у которого вместо ножек — два корабля, связанные огромной столешницей. Ка-ра объяснил, что такие суда называют катамаранами. При этом капитан отзывался об их ходовых качествах очень высоко. Неудобство у них было только одно — очень широкие.
— Сделаешь такой длинным — так лучше, как у нас, с одним корпусом, — объяснил он мне. — А если все делать квадратными, то неудобно швартовать. Но вообще-то они быстрые и устойчивые. Много груза на борт берут.
На корме у нашего «Сагламада» располагались два маленьких балкончика, которыми нельзя было воспользоваться из-за погоды, но они — были! А погода была отвратительная, особенно для путешествий в море. Огромные валы то поднимали, то опускали «Сагламад», обдавая палубу потоками брызг. Выйти на воздух без непромокаемого плаща было невозможно — за несколько мгновений пропитаешься водой и солью. Ливень не утихал уже который день, и мне с бойцами пришлось безвылазно сидеть в трюме. Одна радость была: северо-западный ветер гнал нас вперёд с такой скоростью, что через два дня мы обогнули южную оконечность полуострова и направились на восток. И хотя скорость уменьшилась, Ка-ра обещал добраться за три дня.
На следующий день ливень утих, волнение на море стало меньше — и я наконец смог выйти из трюма. Ка-ра приветливо кивнул мне и сообщил:
— Ночью сбились немного с курса, но меньше, чем я рассчитывал. Послезавтра должны быть на месте, если ветер не поменяется.
— А где наши наниматели? — поинтересовался я.
— Да вон, за кормой ползут, — махнул рукой капитан. — Догнали нас совсем недавно. Тоже их сильно на юг снесло.
— Ка-ра, как они вообще? Что делают?
— Да мутные они, — признался капитан. — Ты их подозреваешь в чём-то?
— Сам не знаю, — пояснил я. — Вот как ты сказал «мутные», так и я того же мнения. А почему да как — ни одной догадки.
— Ску — ребята себе на уме, — капитан усмехнулся. — Как лагерь разобьём, могу послушать, что они между собой трут.
— А ты их язык знаешь? — удивился я.
— А как же? — Ка-ра рассмеялся. — Нет приятнее добычи, чем торговые тримараны. Ску — они мореходы знатные, да и на суше — воины хоть куда. Но вот не поверишь!..
— Я попробую.
— В абордаже вообще ничего не смыслят, — засмеялся капитан. — Поэтому как пирата видят, сразу пытаются уйти. Но у них всегда есть точка сбора. И если хоть один расколется — берёшь тёпленьким весь караван.
— Ясно. А мне этот, главный их, затирал, что они небогатый народ.
— Так потому и небогатый, что пираты уже третье столетие их остров в осаде держат, — Ка-ра снова рассмеялся. — Раньше у них всё получше было. Только народ там всё равно бедный. Одни вожди их жируют…
— Не пойму… Неужели на их континенте было так же?
— А кто их знает, проклятых, — засмеялся Ка-ра. — Давно всё это было. Они уже и сами не вспомнят. Это ты, Шрам, у мудрецов спроси. Может, те ещё и не забыли.
За следующий день все наши бойцы побывали на палубе, надышавшись свежим воздухом. Долго никто старался не отсвечивать, чтобы не мешать команде, но после трёх дней в душном трюме — на воздух нужно было всем. Особенно тем, кого с непривычки разбирало от морской болезни.
Ветер не поменялся ни за день, ни за ночь — и с утра уже можно было разглядеть тёмный остров и далёкие берега континента. Остров стремительно приближался, и корабль начал сбавлять ход, убрав часть парусов.
