Хотя если тело не моё, то и память, возможно, сохранилась. Это сильно облегчило бы мне жизнь. Я действительно выполнила все, что он говорил, но результата не было, только замутило. Доктор уверил, что и это нормально.
— Попробуем еще завтра. А пока вам стоит принять ванну и покушать. Отдыхайте.
Он поднялся и просто вышел. И как он предлагает мне принять ванну, если я еле смогла сесть на кровати? Юморист.
— Я помогу вам, миледи, — подскочила ко мне девушка, про которую я и забыла. О как умеет не отсвечивать.
— Как тебя зовут? Ты моя горничная?
— Нет, что вы. Меня приставили к вам, пока не выздоровеете. Ваша личная горничная приходила с утра, позвать ее?
— Не стоит. А почему не она за мной ухаживает? Разве это не её обязанности? — нахмурилась я.
— Этого я не знаю. Давайте руки, я вас подниму. — Она протянулась ко мне.
— Ты так и не сказала, как тебя зовут, — хмыкнула я, оставив разговор с горничной на потом.
— Ююка, Ваше Величество, — слегка улыбнулась она, опять ко мне потянувшись.
— Подожди, сначала надо ноги спустить. И не зови меня величеством, — поморщилась я.
— А как же? По-другому нельзя. Меня накажут, — сжалась девочка.
— Просто леди хотя бы.
— Но вы не просто леди, — говорила она, подтягивая мои ноги. Повернуть-то я их смогла, а вот попу по кровати передвинуть не получалось. Жуть. Я никогда такой немощной не была. Я чувствовала, как мышцы напрягаются, трясутся, но толку мало.
— Ну хоть как-то по-другому же можно?
Ура, моё тельце оказалось на краю кровати в сидячем пока положении.
— Миледи.
— О. Вот так и никак иначе. Кстати, а как меня все-таки зовут?
— Элен Саноза Юбера Дюрах, урожденная Монтеро, королева Шамбуры, супруга Его Величества Фроста Синор Дюрах, Его Величества Бабена Уван Дюрах и Его Величества Милона Касит Дюрах.
Она так торжественно все это произнесла, а мне стало плохо. Она назвала имена ТРЕХ величеств.
— Подожди, — у меня аж в горле пересохло, — чьей женой я являюсь? Просто ты троих назвала.
— Все троих, миледи. У вас три мужа, — недоуменно смотрела она на меня. И по лицу было понятно, что для нее ничего сверхъестественного в этом нет.
«Дыши, Лена», — говорила я про себя, пытаясь успокоиться и не паниковать.
— Миледи, вам опять плохо? Может быть, не пойдем в ванную? Я оботру вас, как и до этого.
— Нет-нет. В ванную мы пойдем, а ты мне расскажешь все, что знаешь, — протянула я вновь к ней руки. Ююка подтянула меня на себя. Я покачнулась, но устояла.
— Прямо все?
— Прямо все. Слышала же, что памяти у меня ноль. Что-то мне подсказывает, что она и не вернется, придется учиться заново. И ты будешь моим первым учителем, — улыбнулась я, вполне неплохо, к своему удивлению, передвигая ногами. А вот и ванная.
«Ничего себе, — хотелось воскликнуть. — Это ванная?»
— Миледи?
Конечно, Ююка удивилась. Я встала как вкопанная на пороге. И было отчего.
Огромное квадратное помещение, не меньше семи метров длиной. Посередине бассейн, в дальнем правом углу что-то напоминающее душ, потому что слив есть, квадратное сито на потолке тоже есть, а вот никакого ограждения не наблюдается. В дальнем левом углу в кадке стоит растение с разноцветными большими листьями, вьющееся по стенам и создающее ощущение тропиков. Слева от двери скромненько примостился унитаз, похожий на стул с овальной дырой. Справа от меня был большой шкаф, полагаю, что там находились банные принадлежности. И все это в помещении, отделанном каким-то камнем матового кофейного цвета. Даже бассейн был того же оттенка, так что, если бы не вода, есть вероятность его не заметить.
Я немного отошла от шока, хотя чего я ожидала, если здесь я королева? И двинулась к бассейну, который здесь ошибочно ванной зовут. В нем оказались ступеньки и скругленные края. Ююка помогла раздеться, что было для меня неловко, и посадила меня на ступеньку, попросив откинуть голову на край. Я все сделала.
— Ты рассказывай давай. Я тебя очень внимательно слушаю, — проговорила я девушке, которая пошла к шкафу.
— Что именно вы хотите узнать, миледи?
— Все. Но для начала про мужей. Здесь принято многоженство?
— Что вы, — всплеснула она руками, — многомужество, миледи. В очень редких случаях есть семьи, где всего один мужчина, но чаще всего просто второй погиб. Чтобы было несколько жен, я никогда не слышала. При нашей рождаемости это было бы нечестно.
— Вот отсюда поподробнее. Что там с рождаемостью?
— Еще тысячелетие назад в нашем мире таких браков не было. В каждой семье был только один муж и одна жена. Но потом несколько магов возомнили, что, если у них больше силы и возможностей, чем у других, они могут брать и несколько жен. Женщины были не согласны, мужчины тоже. Но против магии простым жителям очень сложно что-то сделать. Какое-то время так продолжалось. А потом одна из девушек, которую насильно взял кто-то из магов, убив перед этим всю ее семью, пробралась в храм нашей Богини и убила себя, попросив заступницу отомстить за ее боль. Богиня услышала ее, прокляла магов. Все маги, что имели нескольких жен, умерли в страшных муках. С тех пор магия медленно, но верно уходит из нашего мира. Уже сейчас на всю страну магов и тысячи не наберется. А ведь мы очень крупная и богатая страна. У нас жителей около семидесяти миллионов.
— Откуда ты знаешь точные цифры? — удивилась я. Ну положим, легенды знают все жители, но информация о населении…
— Так я на занятия хожу тайком. Чтобы матушка не заругала. Не наказывайте, пожалуйста, — так жалостливо произнесла она, замерев. Все это время она что-то втирала мне в волосы, было очень приятно.
