Читаем без скачивания Почти искусство - Брайан Олдисс

Скафандр Дерека Энде снова зашевелился под воздействием внешней воли, осторожно полез назад, вышел из Утеса и замер.

Замер и Дерек. Сознание едва теплилось.

Все еще ошеломленный, он пытался понять, что сейчас произошло.

Утес установил е ним контакт; если он и сомневался в этом, доказательство было зажато в сгибе левой руки.

— Но ведь он не… он не мог общаться со мной! — пробормотал Дерек. Но Утес с ним общался. Разум отказывался это принимать.

У Утеса не было ничего похожего на мозг. Он не «распознал» мозг Дерека. Вместо этого Утес обратился к той части его организма, которую смог узнать напрямую — к клеткам тела, в частности к структурам цитоплазмы, митохондриям,[1] источникам энергии клеток. Клетки приняли предложенную информацию, минуя мозг.

Дерек сознавал, как ослаб. Утес выкачал из него силу. Но даже он не смог выкачать ощущение триумфа. Ибо Утес не только дал информацию, но и принял ее. Он узнал, что другая жизнь существует и в других частях вселенной.

Без колебаний Утес отдал кусок самого себя — для передачи в эти другие части вселенной. Миссия Дерека была выполнена.

В поступке Утеса Дерек увидел одно из сильнейших побуждений живых существ: стремление произвести впечатление на другое живое существо. Иронически улыбнувшись, он с трудом поднялся.

Он был один в Огненном Краю. Редкие скорбные огни еще противостояли тьме, но Утес исчез; Дерек пролежал без сознания дольше; чем ему казалось. Он посмотрел на хронометр. Уже давно пора было двигаться к точке рандеву со светолетом. Усилив обогрев скафандра для защиты от начавшего пробирать до костей холода, он увеличил обороты парагравов и взлетел. Мерзкие тучи приблизились и поглотили его; Фести исчезла из виду. Вскоре он вышел за пределы туч и атмосферы.

Управляемый Йоном космический корабль вышел на радиомаяк Дерека. Через несколько трудных минут они сравняли скорости, и Дерек поднялся на борт.

— Как вы себя чувствуете? — спросил партен, когда хозяин рухнул в полетное кресло.

— Превосходно, просто ослабел. Расскажу тебе все, когда буду наговаривать на катушку рапорт для Пирилина. Они будут нами довольны.

Он достал желтовато-серый комок вещества, увеличившийся до размеров большого индюка, и отдал Йону.

— Не дотрагивайся голыми руками. Положи в морозильную камеру при четырех «же». Маленький сувенир с Фести-XV.

4

В Яркоок в Пиннати, одну из столиц Пирилина, приезжают, чтобы насладиться всевозможными излишествами. Туда-то хозяева и отвезли Дерека Энде — в сопровождений верного Йона.

Они возлежали на удобных ложах, которые медленно вращались по кругу, давая возможность разглядывать танцующих или беседующих людей. Само помещение двигалось, скользя по огромному металлическому каркасу Яркоока, и сквозь прозрачные стены можно было любоваться постоянно меняющимися пейзажами. Сначала зал плыл по внешней стороне, и яркие ночные огни Пиннати подмигивали, словно участвовали в этом удовольствии вместе с людьми. Потом он скользнул внутрь по покатой округлости здания и оказался в окружении комнат радости, полных участников этого вечного празднества.

Но Дерека на его ложе не отпускало напряжение. Ему виделось лицо Госпожи; он представлял, как бы она отнеслась ко всем этим безобидным развлечениям: с холодным презрением. И его собственное удовольствие сгорало в пепел.

— Полагаю, вы как можно скорее вернетесь на Землю? Что? — пробормотал Дерек.

— Я спросил: вы, наверное, скоро соберетесь домой? Это произнес Беликс Икс Саппоуз, Главный администратор Отдела исследований высокой гравитации на Звезде-1; сегодня Дерек был его гостем и потому лежал рядом.

— Простите, Беликс, да… я скоро должен возвращаться.

— Никаких «должен». Вы обнаружили совершенно новую форму жизни; мы теперь попытаемся связаться с объектом на Фести-XV, и кто знает, насколько это расширит наши знания. Правительство легко может отблагодарить вас, наградив каким-нибудь постом здесь — только назовите: я, как вы знаете, имею в этом отношении некоторое влияние. Не представляю, чтобы Земля в ее дряхлеющем состоянии могла многое предложить человеку вашего масштаба.

Дерек подумал о том, что может предложить Земля. Он любил ее. Эти испорченные люди не понимали, что такое любовь.

— Ну, что скажете, Энде? Я не бросаюсь словами. — Беликс Икс Саппоуз нетерпеливо барабанил пальцами по собственным пантам.

— Э-э… Да, от Утеса удастся узнать многое. Меня это не касается. Моя часть работы завершена. Я не интеллектуал просто полевой исследователь.

— Вы не ответили на мое предложение.

Дерек посмотрел на собеседника с некоторой досадой. Беликс принадлежал к племени неглаатов, столько сделавшему для установления мира в галактике. Его позвоночник разветвлялся на сложную систему отростков-пантов, с которых шесть темных, как сливы, глаз изучали Дерека со стойким раздражением. Прочие участники вечеринки, включая Джапки, женщину Беликса, также смотрели на него.

— Я должен поскорее вернуться на Землю, — сказал Дерек.

Что там говорил Беликс? Предлагал какой-то пост? Он беспокойно заерзал на ложе, чувствуя себя, как всегда, неуютно в окружении плохо знакомых людей.

— Вам скучно, господин Энде?

— Вовсе нет, уверяю вас. Извините меня, Беликс, я просто потрясен роскошью Яркоока. Увлекся обнаженными танцовщицами.

— Я боюсь, что вы скучаете, — Совсем нет, уверяю вас.

— Позволите предложить вам женщину?

— Нет, спасибо.

— Может быть, мальчика?

— Нет, спасибо.

— Вы когда-нибудь пробовали цветущих асексуалов с Кфидса?

— Спасибо, как-нибудь в другой раз.

— Тогда, надеюсь, вы извините, если мы с Джапки снимем одежды и присоединимся к танцам, — холодно сказал Беликс.:

Когда они уходили навстречу поющим трубам, Джапки сказала что-то, из чего Дерек разобрал только «высокомерный землянин». Он встретился глазами с Йоном и понял, что партен тоже это слышал.

Дерек инстинктивно отмахнулся рукой, подавляя обиду, потом встал и заходил по комнате. Он часто проталкивался через группы обнаженных танцоров, не обращая внимания на их недовольство.

Мимо одной из дверей проплывала лестница. Он шагнул на нее, чтобы вырваться из толпы.

По лестнице спускались четыре женщины. На них были яркие платья с пульсирующими звон камнями. Они смеялись и болтали, и лица их были озарены светом юности. Дерек остановился и посмотрел на них. Одну из них он узнал и непроизвольно окликнул:

— Ева!

Она уже увидела его. Махнув спутницам, она подошла к нему танцующей походкой.