приятно.
ФРОЛ:
Кстати, вы как насчёт перекусить?
ИВАН:
(краснея)
Спасибо, но у меня тут есть с собой…
ФРОЛ:
Обижаете, молодой человек. Позвольте мы вас угостим. Пётр!
ОРЕХ стелит на скамью чистую белую тряпицу, расставляет на ней закуски. ИВАН непроизвольно сглатывает слюну. ОРЕХ достаёт бутылку водки.
ИВАН:
Только я не пью совсем.
ФРОЛ:
Молодой человек, мы тоже не пьём. Для аппетита, исключительно для аппетита. Даже врачи рекомендуют.
СЕРГЕЙ и АЛЕКСЕЙ со своих мест наблюдают за ними.
АЛЕКСЕЙ:
(тихо)
Они же его напоят и ограбят сейчас.
СЕРГЕЙ молчит.
ИНТЕРЬЕР. ТО ЖЕ МЕСТО, ЧУТЬ ПОЗЖЕ.
ИВАН непривычен к алкоголю, он сильно опьянел от нескольких рюмок водки.
ФРОЛ:
(достаёт колоду карт)
А что, может, в картишки? Скоротаем, так сказать, время.
ИВАН:
А я не умею.
ФРОЛ:
Это не беда. Есть простая игра – Фараон. Вынимайте любую карту.
(он протягивает ИВАНУ колоду)
ИВАН наугад вынимает одну карту.
ФРОЛ:
Дама червей! А теперь я начинаю раскладывать колоду – карту влево, карту вправо. Карты слева – мои, справа – ваши. Если дама выпадает справа – ваше счастье. Если слева – моё. А ну-ка…
ФРОЛ раздаёт колоду, дама выпадает на сторону ИВАНА.
ФРОЛ:
Новичкам, как говорится, везёт. Ещё раз!
ИВАН снова выигрывает.
ФРОЛ:
Удача вас любит, молодой человек! Ещё раз!
ИВАНУ снова везёт.
ФРОЛ:
Три раза подряд! А не поставить ли нам по копейке? О, для интереса, исключительно для интереса.
ИНТЕРЬЕР. ТО ЖЕ МЕСТО, СПУСТЯ НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ.
ИВАН в том состоянии, которое называют "игровая горячка". Он просто не может остановится, хотя проиграл все деньги, которые у него были с собой.
ФРОЛ:
Ничего, Ваня, сочтёмся!
ИВАН:
Я отдам, честно!
ФРОЛ:
Верю, ВАНЯ, верю! Как самому себе!
ОРЕХ смеётся. ИВАН в очередной раз проигрывает.
ИВАН:
Ещё!
ФРОЛ:
Постой, Ваня. Сначала старые долги отдай, потом новые бери.
ИВАН:
Я отдам, правда! Вы мне только адрес оставьте, куда послать можно будет.
ФРОЛ:
Тут такое дело, Ваня – я на одном месте не сижу, так что рассчитаться прямо сейчас придётся.
ИВАН:
(растерянно)
Но у меня нету ничего…
ФРОЛ:
А портсигар, Ванечка? Портсигар как же? Давай его, и мы в расчёте.
ИВАН:
Нет, это папин. Память о нём.
ФРОЛ:
Память это, Ванечка, хорошо. А вот долги, Ванечка, это плохо. Долги платить надо. Так что давай сюда портсигар, сучёныш!
При последних словах лицо Фрола преображается, он сбрасывает маску любезности, теперь видно, какой он на самом деле – жестокий и опасный преступник.
ИВАН:
(прижимая к себе мешок)
Не отдам!
ОРЕХ:
(улыбаясь)
А куда ж ты денешься.
ФРОЛ:
РЯБОЙ! Иди сюда.
Здоровый мужик, сидящий по другую сторону от прохода, поднимается и идёт к ФРОЛУ.
ИВАН:
На по…
ФРОЛ резко и коротко бьёт его под дых, ИВАН, задыхаясь, хватается за грудь. Пассажиры вокруг делают вид, что ничего не видят. Поезд начинает замедляться – впереди станция.
СЕРГЕЙ:
(АЛЕКСЕЮ, решительно)
Пошли!
Они поднимаются с места и идут по проходу к Фролу.
ФРОЛ:
(заметив их)
А, герои прибыли. РЯБОЙ, выдай им.
РЯБОЙ замахивается на СЕРГЕЯ, он огромный, чудовищно сильный мужик, но при этом очень медленный. СЕРГЕЙ пригибается, уходя от удара, резко и коротко бьёт РЯБОГО в пах. РЯБОЙ с воем падает на колени.
ФРОЛ:
Ах ты сука!
ФРОЛ выхватывает нож. ФРОЛ бьёт СЕРГЕЯ ножом, удар почти достигает цели, но в последний момент АЛЕКСЕЙ пытается перехватить лезвие, оно пробивает ему ладонь. Вокруг звучат крики напуганных пассажиров. Поезд окончательно останавливается.
ЭКСТЕРЬЕР. СТАНЦИЯ. ПЕРРОН.
Двое городовых стоят на перроне, они следят за порядком на станции. Один из них замечает через окно поезда драку. Он толкает напарника под локоть, и они бегут к поезду.
ИНТЕРЬЕР. ВАГОН.
ФРОЛ с ножом в руке стоит напротив СЕРГЕЯ. АЛЕКСЕЙ зажимает другой рукой свою ладонь, пытаясь остановить кровь. ОРЕХ борется с ИВАНОМ, который пытается встать с места.
ФРОЛ:
(СЕРГЕЮ)
Я тебе уши отрежу, вша.
ФРОЛ замечает за окном движение, резко оборачивается и видит бегущих городовых.
ФРОЛ:
Брось его, ОРЕХ! Ходу!
Он рывком подымает на ноги начинающего приходить в себя РЯБОГО и выбегает из вагона. ОРЕХ, оттолкнув ИВАНА, бежит следом. Последним бежит РЯБОЙ.
ИНТЕРЬЕР. ВАГОН.
Из вагона выходят двое городовых и доктор с медицинским саквояжем в руке. АЛЕКСЕЙ, СЕРГЕЙ и ИВАН сидят вместе. У АЛЕКСЕЯ перевязана ладонь.
СЕРГЕЙ:
Ну, как, Алёша, болит?
АЛЕКСЕЙ:
(морщась)
Терпимо.
ИВАН:
Даже и не знаю, как вас благодарить. Если бы вы не вмешались…
СЕРГЕЙ:
Да ладно, хватит об этом. Ты лучше скажи, тебе не рановато одному путешествовать?
ИВАН:
(запальчиво)
Мне 19!
СЕРГЕЙ:
А если честно?
ИВАН:
17…
СЕРГЕЙ:
И куда же ты направляешься, если не секрет?
ИВАН:
Я на Желтугу еду.
АЛЕКСЕЙ и СЕРГЕЙ изумлённо переглядываются.
АЛЕКСЕЙ:
На Желтугу? А зачем тебе туда?
ИВАН:
Вы разве не слышали? Там же сейчас золотая лихорадка как в Америке, в Калифорнии. Вот я и еду золото мыть.
СЕРГЕЙ:
А как же тебя родители отпустили?
ИВАН:
У меня только мама. Отец умер.
АЛЕКСЕЙ:
А мама как отпустила?
ИВАН:
Мама не знает. То есть, теперь-то уже знает – я ей письмо оставил. И вообще, я же не ребёнок, я сам решать могу.
СЕРГЕЙ:
М-да… Мы тоже на Желтугу едем.
ИВАН:
(радостно)
Правда? Так давайте вместе работать будем!
АЛЕКСЕЙ:
Ну-у… А ты руками хоть раз работал, ИВАН?
ИВАН:
(всё также радостно)
Нет! Но я выносливый, вы не смотрите, что щуплый, и всё на лету схватываю. А ещё я много книжек читал про то, как золото добывают.
СЕРГЕЙ и АЛЕКСЕЙ переглядываются, СЕРГЕЙ улыбается и кивает.
АЛЕКСЕЙ:
А что за портсигар они у тебя отбирали?
ИВАН лезет в мешок и достаёт красивый золотой портсигар.
ИВАН:
Это отца. Он командира роты раненого вынес из-под огня и тот ему подарил.
АЛЕКСЕЙ и СЕРГЕЙ рассматривают портсигар.
СЕРГЕЙ:
Ты, ИВАН, убери его подальше и никому про него не рассказывай. За такую вещь зарежут и не задумаются. Ладно, а теперь смотрите – от Хабаровска надо будет найти подводу до…
ИНТЕРЬЕР. ВОРОВСКАЯ "МАЛИНА". ЭТО СТАРЫЙ ДЕРЕВЯННЫЙ ДОМ НА ОКРАИНЕ ГОРОДА. С ОДНОЙ СТОРОНЫ СТОЛА СИДЯТ ФРОЛ, ОРЕХ, РЯБОЙ, С ДРУГОЙ СТОРОНЫ ВАЛЕТ И ДВОЕ ЕГО ПОДРУЧНЫХ – КАЛИНА И БУРЫЙ. НА СТОЛЕ САМОГОН И НЕХИТРАЯ ЗАКУСКА. ВСЕ, КРОМЕ ВАЛЕТА, ИЗРЯДНО ПЬЯНЫ.
ПРИМ. МАЛИНА – ДОМ, КВАРТИРА, ПРИТОН, ГДЕ СОБИРАЮТСЯ ПРЕДСТАВИТЕЛИ УГОЛОВНОГО МИРА.
ФРОЛ:
Вот такая история, бродяги. Если бы не "легавые", сейчас бы не с "бормотухой" сидели, а коньячок
