Мы двигались, как одно целое, предугадывая действия друг друга. Опускались и поднимались, расходились и сходились вновь. Моя рука выскальзывала из его ладони, а он удерживал кончики моих пальцев в последний решающий момент. Он ласкал меня взглядом, я отвечала ему взмахом ресниц. Его руки были повсюду, побуждая меня поддаться, а мои ладони, скользящие по его груди, рассказывали песню, что звучала для нас. Отрывистый, звенящий от тоски и душевной боли голос вторил нам. Это не было соперничеством. Это был дуэт.
На финальных аккордах он прижал меня к себе так, что я оказалась всего в нескольких миллиметрах от опасной близости его губ. Изучая их ровную чувственную линию, я на секунду отвлеклась, переведя взгляд выше, и потерялась… Потерялась в изумрудной глубине его глаз. Моя ладонь переместилась с его затылка на лицо, накрывая щёку, и я потрясенно застыла, чувствуя, что пропала...
Внезапно я совершенно чётко осознала, что прижата к крепкому, напряжённому мужскому телу, что его сильные руки, обхватившее мою талию в своё кольцо, удерживают меня практически на весу, что мне достаточно лёгкого наклона для соприкосновения наших губ, и что я уже готова склонить голову к нему.
Но перед тем как я чуть не забылась, он выдохнул.
– Ты отлично двигаешься.
Мне хотелось возразить, сказать, что двигаюсь-то я вполне обычно, в отличие от него, но он, поставив меня обратно на ноги, вновь переплёл свои пальцы с моими и двинулся в сторону бара, увлекая меня за собой.
- Моэт, - кивнул он официанту, вмиг позабывшему обо всех остальных посетителях, столпившихся в ожидании, пока их обслужат.
- У тебя здесь что, свои связи? – усмехнулась я.
- Да, - серьёзно ответил он, приподнимая меня и усаживая на высокий барный стульчик.
Он наклонился, упираясь в кожаную поверхность по сторонам от моих бёдер, и легко подвинул ближе к себе. Мы вновь оказались на расстоянии ближе, чем позволяло личное пространство, впрочем, мы уже нарушили все допустимые расстояния.
– Я хожу в места, где у меня есть знакомые, - тем временем продолжал он, забирая бокалы у официанта, – это предоставляет некие приятные преимущества. Например, не толпиться у бара с остальными, когда тебя мучает жажда после танца с потрясающей девушкой, - с совершенно серьёзным видом он передал мне бокал с холодным шампанским. – Или получить дополнительный бонус, не предъявляя документы, – подмигнул он.
Я смущённо наблюдала, как со дна вверх взлетают мириады пузырьков. Все умные мысли тут же вылетели из моей головы, тем более сейчас, после того, как он прижался к моим коленям своими бёдрами, побуждая их разойтись в стороны. В общем-то, мы находились сейчас в весьма пикантном положении, по крайней мере, по моим меркам.
– Часто здесь бываешь? – наконец, выдала я что-то похожее на вполне обычный вопрос.
- Не очень, - честно ответил он. – А ты?
- Первый раз, - призналась я, – меня подруга сюда вытащила.
- И как тебе? Нравится?
Хотелось сказать: да, нравится! От его близости я сейчас была готова полюбить всё, что угодно, но, решительно тряхнув головой, я прогнала наваждение.
- Не знаю. Я не так много куда хожу, - это было полнейшей правдой. – Но я не очень люблю толпу.
- Не любишь толпу…, - задумчиво протянул он, - знаешь, у этого заведения есть одно преимущество, - его глаза оживлённо заблестели, – я могу показать тебе, если решишься пойти со мной.
Мои губы сложились во что-то похожее на слово «да», но я тут же, одернув себя, исправилась:
- А идти далеко?
- Вверх по лестнице, - мои брови удивлённо приподнялись, и он недоумённо посмотрел на меня в ответ. Затем до него, видимо, дошёл весь двоякий смысл его фразы, и он тут же, переменившись в лице, смущённо бросился исправлять недоразумение, – я хотел сказать, наверх, на крышу. С неё потрясающий вид на город.
- Аааа… - ничего лучше в ответ я так и не придумала, – было бы здорово. Только мне надо предупредить подругу, а то она будет гадать, куда же я подевалась.
- Подругу? - переспросил зеленоглазый Бог, - это вон та брюнетка - твоя подруга? – он кивнул куда-то в сторону, и я проследила за его взглядом. За столиком чуть поодаль нас сидела Кристалл, ведя оживлённую беседу с какими-то двумя парнями довольно симпатичной наружности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Видимо, она всё-таки периодически посматривала на меня. Потому что, когда я уставилась на неё, она обернулась, ободряюще улыбнулась мне, поднимая вверх большие пальцы, давая своё полное одобрение. Я изобразила жестом, что пойду, прогуляюсь.
Пальцы Кристалл вновь взметнулись вверх.
Пустой бокал из моих рук куда-то исчез, мой партнёр по танцам жестом попросил официанта повторить заказ. Взяв новые бокалы с искрящимся шампанским в одну руку, он направился к дальней лестнице. Его правая рука обвилась вокруг моей талии. Пока мы шли, я тесно прижималась к его боку, чувствуя, как с каждым шагом оголяются мои нервы. Ведь всего через минуту или даже меньше, мы останемся с ним вдвоём… наедине…
04
В приглушённом свете верхнего коридора мы шли вдоль помещений, явно не предназначенных для общего публичного посещения.
- А это ничего, что мы проникли на служебную территорию? - поинтересовалась я, - всё-таки не хотелось бы, чтобы нас поймали и с позором выгнали за дверь.
- Не волнуйся, - успокоил он меня, - даже если мы кого-то встретим, нам ничего не будет.
- Ох... связи... - понимающе закивала я.
Он тихо рассмеялся, от звука его голоса, словно пузырьки шампанского, поднимающиеся вверх, по моему телу прошлась дрожь удовольствия.
- Почти пришли, - открыв какую-то дверь, он пропустил меня первой к подножию винтовой железной лестницы, в конце которой темнела ещё одна дверь - вероятно, выход на крышу.
Я сделала несколько шагов, и внезапно каблук от моих золотистых босоножек попал ровно в промежуток между рейками решётки. Покачнувшись, я почувствовала, что уже готова упасть назад, как вдруг мой спутник ловко спас меня от падения, обхватив одной рукой за талию, при этом умудрившись не расплескать ни капли шампанского из бокалов, что держал во второй.
- Аккуратно, тут весьма коварные ступеньки.
- Ты немножко опоздал с предупреждением, - я подёргала ногой, пытаясь высвободиться из железных тисков, но тщетно.
Он наклонился. Подобно огненному кольцу на моей лодыжке сомкнулись его пальцы.
- Расслабься, я сейчас тебя освобожу.
Попытавшись последовать его совету, насколько это было возможно, я расслабила ногу, позволяя его руке руководить моими движениями. Через секунду я была свободна. Мы продолжили свой подъём, теперь я уже внимательно следила, куда ступаю. Хотя мне было сложно думать разумно, ведь тело всё ещё помнило его прикосновение и словно бы горело в огне, распространяющемся с катастрофической скоростью от эпицентра.
Что я делаю? Нет, что я буду делать, когда мы поднимемся наверх? А он?
Я подумала, что, если сегодня ночь запретов и неповиновения, почему бы не поддаться безрассудству, позволяя себе нарушить за один вечер все мыслимые и немыслимые правила.
Я уже уехала из дома без предупреждения, не отвечала на настойчивые звонки матери, позволила себе несколько бокалов алкоголя, танец... с некой долей откровенности, и вот теперь, словно подведя черту, поднималась на крышу здания в компании абсолютного незнакомца. Я и имени-то его не знаю. Во всяком случае... пока...
Каким-то непостижимым образом всего за несколько часов в моей жизни произошло столько событий, сколько не случалось и за год.
Приказав себе не думать о всевозможных запретах, которые уже начали проникать в моё сознание, развязывая очередную волну слепой ярости на них, я, толкнув дверь, шагнула на улицу, позволяя пряной южной ночи окутать своё тело и разум.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Дальний край крыши поманил меня, и я направилась к нему, на некоторое время позабыв, что пришла сюда не одна. Мне хотелось обнять себя за плечи простым защитным жестом, ведь ночь была тепла и уютна, как никогда.
