Великая Армада Галактического Патруля перестроила свои боевые порядки и, включив двигатели на полную мощность, взяла курс к родной галактике.
Между тем в помещении центрального поста трое линзменов заканчивали весьма серьезное совещание.
- Вы видели, джентльмены, что произошло с планетой Гельмута, - голос Киннисона прозвучал резко, - и я хотел бы поделиться с вами соображениями относительно возможной попытки уничтожения всякой жизни на Солнце III. Для этого противнику достаточно взорвать одну дуодековуго бомбу на дне океана. Я знаю только одно: мы не должны позволить застать нас врасплох, и поэтому необходимо все время быть начеку.
И Серый линзмен с окаменевшим лицом направился в отведенную ему каюту.
Глава 2
СЛИЯНИЕ РАЗУМОВ
На протяжении всего долгого обратного пути на Землю Киннисон почти не выходил из каюты, глубоко погруженный в безрадостные размышления, и под конец был вынужден признаться самому себе, что так и не пришел к сколько-нибудь утешительному выводу. Да и на Главной базе, занимаясь неделю за неделей множеством неотложнейших дел, Киннисон продолжал обдумывать сложившуюся ситуацию. Из горных высот абстракции Киннисон был спущен на грешную землю не кем иным, как Главным хирургом Лейси собственной персоной.
- Выбросьте все из головы, дружище, - дал дельный совет своему непокорному пациенту Лейси. - Когда вы так долго сосредоточиваетесь на чем-нибудь одном, вихри вашей мысли концентрируются на все более узком клочке пространства, пока, наконец, эффективный объем вашей мысли не становится бесконечно малым. Выражаясь математически, интеграл от носителя вашей мысли, взятый от минус бесконечности до плюс бесконечности, в пределе стремится к нулю.
- Что-то я не пойму, о чем вы толкуете, доктор, - удивился линзмен.
- Разумеется, о чистой математике, хотя вполне может быть, что и о недурственной психологии, - невозмутимо ухмыльнулся Лейси и продолжал:
- Я имею в виду, что ваши мысли постоянно сосредоточены на чем-то одном. Если вы окончательно зациклитесь и ваши мысли пойдут по кругу, вы рискуете, образно говоря, укусить самого себя за спину. Я предлагаю вам немного отдохнуть и отправиться куда-нибудь, где можно поразвлечься.
- А куда?
- На большой бал в честь объединенных сил Галактического Патруля, дружище. Старый доктор Лейси прописывает вам бал как лекарство. Вам необходимо сменить обстановку.
Самый большой бальный зал в городе сверкал огнями и великолепием убранства. Тысячи разноцветных ламп рисовали причудливый узор на полу зала, его стенах, на лицах гостей. Две тысячи представительниц прекрасного пола, раз-наряженных в пух и прах во все лучшее, чем гордились и могли похвастаться сотни планет, составляли многоцветный букет, затмевавший спектр богатством красок и оттенков. Присутствовали в зале и две тысячи мужчин, одетых в строгие костюмы, разнообразную униформу служб Галактического Патруля, с медалями и лентами.
- Первый танец вы танцуете с мисс Форрестер, - представил Киннисона доктор Лейси, и линзмен заскользил по паркету с восхитительной блондинкой, одетой по последнему крику моды в платье из тончайшего нежно-голубого гламофетта с Манаркана.
Человеку неосведомленному скромное одеяние Киннисона из простой серой кожи могло показаться не соответствующим пышно разодетому собранию. Но для гостей бала, равно как и для нас, живущих ныне, строгая униформа вольного линзмена превосходила по красоте и значимости самые изысканные наряды. Сотни глаз неотрывно следили за удивительно красивой парой, ритмично двигавшейся по сверкающему паркету. Но стройная красавица чувствовала себя в объятиях линзмена неуверенно, смотрела в пол и неожиданно сбилась с такта.
- Простите, я чуть не наступил вам на ногу, - извинился Киннисон. Знаете, когда все время торчишь в спидстере, практиковаться в бальных танцах приходится редко.
- Очень любезно с вашей стороны делать вид, будто во всем виноваты вы, но мы сбились с такта целиком по моей вине, и вам известно об этом так же хорошо, как и мне, - покраснела от смущения красавица. - Я умею танцевать, но, сказать по правде, никогда еще не танцевала с Серым линзменом.
- Да? - Киннисон был искренне удивлен, и его партнерша впервые взглянула ему в лицо. Мисс Форрестер успокоилась, стала держаться менее напряженно и танцевать изящно и непринужденно - так, как она умела танцевать.
- Никому из нас не приходилось прежде видеть Серого линзмена, разве что на портретах и фотографиях, а тем более танцевать с ним... Все так неожиданно. Мне нужно привыкнуть. Я даже не знаю, как с вами разговаривать! Нельзя же называть вас "мистер", как обыкновенного чело...
- Я буду рад, если вы, обращаясь ко мне, будете говорить просто "скажите", - заверил девушку Киннисон. - Может быть, вы предпочитаете не танцевать с таким неуклюжим медведем, как я? Вы не против, чтобы я раздобыл парочку бутербродов и бутылочку файалина или чего-нибудь в том же духе?
- Нет, нет! - запротестовала мисс Форрестер. - Я совсем не это имела в виду. Я хочу протанцевать с вами танец до самого конца. Поверьте, мне очень нравится танцевать с вами. А потом я буду хранить бальную карточку (надеюсь, вы мне ее надпишите?) с веточкой лаванды как воспоминание о том, что в юности я танцевала с Серым линзменом Киннисоном. Мне кажется, я пришла в себя и теперь могу танцевать и разговаривать одновременно. Вы не возражаете, если я задам вам несколько глупых вопросов о космосе?
- Валяйте. Насколько я могу судить, ваши вопросы совсем не глупые, хотя и элементарные.
- Боюсь, что вы снова великодушны ко мне. Как и большинству девушек здесь, мне никогда не приходилось бывать в дальнем космосе. Несколько раз летала на Луну. Совершила два полета; на Марс и Венеру. Я никогда не могла понять, как вы, люди дальнего космоса, умудряетесь воспринимать чудовищные скорости, с которыми преодолеваете огромные расстояния, или как работает ваша космическая связь. Если верить профессорам, то человеческий разум не способен воспринимать такие величины. Но, как мне кажется, вы все-таки принадлежите к числу тех, кто их правильно оценивает. А может быть...
- Вы хотите сказать, что ваш партнер не человек? - заразительно засмеялся Киннисон. - Нет, профессора совершенно правы. Никто из нас не в состоянии воспринимать подобные величины, но вся штука в том, что мы с ними работаем. Кстати сказать, до меня только сейчас дошло, с кем я танцую. Вы Глэдис Форрестер. Теперь мне совершенно ясно - мы с вами в одной лодке!
- Мы с вами? Но каким образом?
- Человеческий разум действительно не в состоянии воспринимать такое число, как миллион. Но, насколько мне известно, ваш отец, человек весьма и весьма состоятельный, дал вам миллион наличными, чтобы вы приобрели познания в области финансов тем способом, который только и дает ощутимые результаты, познав все тонкости финансового дела на собственном опыте. Сначала вы понесли большие, убытки, но под конец, заключив несколько выгодных сделок, сумели с лихвой восполнить потери, несмотря на то, что разные ловкачи пытались воспользоваться вашей неопытностью. Разум не в состоянии представить себе миллион, но это ничуть не мешало вам манипулировать миллионом, не так ли?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
