Один из его звездных часов наступил осенью 1799 г., в критический для судьбы революционной Франции момент. В отсутствие Бонапарта, покорявшего Египет, видные французские генералы Макдоналд и Моро потерпели ряд серьезных поражений в Италии от «русского Марса» А. В. Суворова. Серюрье с Груши и Периньоном и вовсе оказались в плену, и Suvaroff уже собирался через Швейцарию вторгнуться во Францию.
А. Тьер. Наполеон на Аркольском мосту. Гравюра. Вторая половина XIX в.
Именно Массена – этот гений искусства обороны – проявил тогда свои блестящие способности. Прекрасно разбиравшийся в специфике горной войны, он оставил ряд своих позиций, которые из-за отдаленности друг от друга и невозможности поддерживать с ними связь легко могли превратиться в своеобразные ловушки для разрозненных французских отрядов. У Массена был план расположиться со своей армией у Цюриха и там принять решительное сражение. Цюрих, один из самых крупных городов Швейцарии, действительно имел стратегическое значение. Он не только был центром дорог, расходящихся радиусами в разных направлениях, но и имел богатый арсенал. Таким образом, полностью сохранить господство над этим городом было немаловажной задачей для французского главнокомандующего.
Австрийский эрцгерцог Карл (60 тыс. солдат) попытался было вытеснить Массена (45 тыс. человек), но так и не добился ничего существенного и вскоре ушел за Рейн. В итоге против Массена находился теперь только русский корпус Римского-Корсакова, а левее располагался австрийский отряд генерала Готце. На помощь Римскому-Корсакову двигался Суворов с 32 батальонами пехоты, казаками и небольшой бригадой австрийцев генерала Ауффенберга – всего около 21,5 тыс. человек.
Получив письмо от генерала Сюше, начальника штаба Итальянской армии, в котором тот извещал Массена о движении армии Суворова через Альпы на соединение с корпусом Римского-Корсакова, Массена решил ускорить наступление. Тем более что неистовый старик Suvaroff уже штурмовал Чертов мост. У Массена под началом было много первоклассных генералов – Ожеро, Удино, Сюше, Сульт, Мортье, Вандамм, Лекурб, Суам, д’Эрлон и Молитор (первые пятеро станут маршалами Франции). Генералы Лекурб и Молитор, мастера горной войны, до последнего огрызались на перевалах. Тем временем сам Массена с оставшимися генералами и 39 тыс. солдат сумел навязать решительное сражение 24—27-тысячному русскому корпусу Римского-Корсакова под Цюрихом. Удино был отправлен им в обход, Мортье брошен во фронтальную атаку, а Сульт умело пресек все попытки австрийцев прорваться к русским.
В отличие от французского командующего, который тщательно подготовил свое наступление, Римский-Корсаков не предпринял никаких мер на случай французской атаки. Он сам готовился к наступлению, а потому собрал у Цюриха бо́льшую часть войск, весь обоз и артиллерийские парки. О намерениях Массена русский командующий не имел ни малейшего представления. Упорство и отвага русских солдат позволили им в течение целого дня мужественно противостоять натиску французов (недаром они потеряли около 7 тыс. человек), но силы были слишком неравны. И на следующий день русские были сломлены. Французы ворвались в Цюрих. Разгром был полным. С большими потерями (15–18 тыс. человек убитыми, ранеными и пленными, 26 орудий, 9 знамен) остатки русского корпуса начали беспорядочный отход за Рейн....
Кстати , это было самое крупное поражение российской армии в XVIII столетии! Подобный конфуз случился с ней без малого за 100 лет – на заре ее становления в Петровскую эпоху, т. е. еще в XVII в. Тогда, 19 ноября 1700 г., превосходя по количеству шведов Карла XII в несколько раз, русские крупно проиграли им под Нарвой. Понесенное поражение было очень тяжелым: если шведы потеряли от 2 до 3 тыс. человек, то русские – около 8 тыс. убитыми (7 тыс. полегло на поле боя и тысяча утонула в реке Нарве во время бегства дворянской конницы) и 12 тыс. пленными; Карл XII захватил всю русскую артиллерию. Кроме того, немало уцелевших русских солдат погибли при отступлении к Новгороду от голода и жестоких морозов. Так первое столкновение русской армии со шведами завершилось ее страшным разгромом, или, как выразился по этому поводу сам российский самодержец, «нарвской конфузией». Но тогда были иные обстоятельства, и у русского оружия еще не было столь славного имени, завоеванного за 100 лет победоносных войн.
В борьбе с Лекурбом и Молитором Суворов понес слишком серьезные потери и прорываться во Францию через заслон самого Массена благоразумно не стал, впервые в своей практике применив столь нелюбимую им ретираду через непроходимые горные тропы. По сути дела, Массена поставил крест на полководческой карьере Суворова, не дав тому после трех кряду побед над французами при Адде, Требби и Нови прорваться во Францию. Он вынудил непобедимого русского Марса с тяжелыми боями отступать подобру-поздорову. Но и окружить и уничтожить войска русских Массена не удалось. Неистовый старик Suvaroff так и ушел в Бессмертие непобежденным. Впоследствии Массена с завистью говорил, что «отдал бы все свои победы за один швейцарский поход Суворова».
...
Между прочим , значение этой победы для Франции трудно переоценить. Она вселила уверенность в души как солдат, так и народа в целом. Победа у Цюриха имела к тому же и политические последствия: русский император Павел I вышел из антифранцузской коалиции и отзывал армию обратно. «Лебединая песня» победоносного Суворова – столь необходимый для европейских монархов поход на Париж и столь желанная для русского Марса встреча на поле боя с Бонапартом – «широко шагающим мальчиком, которого пора унять, а не то будет поздно» – так и не состоялась. И очень скоро предостережение Суворова, что «новый Рим пойдет по стопам Древнего», реализовалось: наполеоновская Франция начала стремительно поглощать европейские государства, превращаясь в супердержаву.
Не одержи Массена тогда судьбоносной победы, могли бы союзные русскоавстро-английские войска, ведомые неистовым стариком Suvaroff, оказаться под стенами Парижа на 15 лет раньше, чем это случилось! Если это предположить, то еще неизвестно, как сложилась бы карьера генерала Бонапарта, и вздрагивал бы мир от результатов Маренго и Ульма, Аустерлица и Йены, Фридлянда и Ваграма?
Цюрихская кампания важна еще и потому, что тогда во всей полноте раскрылся полководческий талант Массена. Терпение и выдержка, проявленные им в этой кампании, не могут не восхищать: на протяжении долгого времени он ждал момента, когда можно будет с уверенностью броситься на противника – ни раньше, ни позже. Умелое использование горных проходов, поддержание надежной связи между отдельными частями армии, грамотный выбор позиции, искусное чередование оборонительных и наступательных операций, способность воспользоваться оплошностью врага, перехватив у него инициативу, – таков неполный перечень способностей Массена, которые он продемонстрировал в Швейцарии в 1799 г.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
