Читаем без скачивания Карающая длань законотворца (СИ) - Руф Оксана

Спросите, откуда я знаю? Ну так, чай не вчера родилась-то. И даже то, что в этой жизни мне всего три, меня не остановило. Аккуратно вскрыла браслет, отследила переплетения силы и нашла крохотный алмаз, покрытый чёрной вязью. Подобные штучки были сплошь и рядом в моём прошлом, то есть, уже будущем.

Но сказать отцу или матушке об этом я не могла. Тира хоть и гадина гадиной, но всё же дурного мне не делала. Отца любила, мать тихо ненавидела, но так то от ревности, а не гадливости души. Тира была полукровкой демонов с сильно разбавленной кровью. В это время их ещё не считали опасными, а потому принимали на работу в качестве прислуги. Особливо покладистых брали нянями, чтобы языку демонов учили благородных отпрысков.

— Леди Диела? — Дворецкий споткнулся, и бросил на меня пугающий и красноречивый взгляд. — Где ваша няня?

— Я здесь. — Тира согнулась, отдышалась и склонила голову перед гостьей. — Добро пожаловать, госпожа.

— Леди.

От тона гостьи Тира вздрогнула и поспешила исправиться.

— Добро пожаловать, леди.

— Грехоль, отведи меня к брату.

Полная, высокая и грациозная леди плыла ко входу в дом. Её наверняка надменное лицо скрывала вдовья вуаль. Узкие носы дворцовых туфель вспарывали едва проклюнувшийся дёрн, когда она делала ещё один широкий и тяжёлый шаг.

Почему-то госпожа леди предпочла скользить по газону.

— Леди Диела, — прошипела на грани слышимости Тира. — Пойдёмте в дом. Мне, итак, перепадёт от вашего батюшки.

Я обернулась, на секунду задержала взгляд на абсолютно человеческих глазах демоницы и фыркнула. Даже если лично она мне ничего плохого не сделала, я всё ещё ненавижу их всех.

С кóзел кареты спрыгнул служка. Кучер лениво тронул вожжи, посмотрел по сторонам и неожиданно развязно подмигнул запнувшейся няне.

— Не пристало леди такой семьи глазеть на слуг, — скороговоркой проговорила она и больно сжала мои пальцы. — Пойдёмте, леди Диела. Ваша матушка будет рада узнать, что вы растёте послушной и образцовой дочерью.

Да чтоб ты понимала. Леди то, леди сё.

Леди нельзя ходить на горшок пять раз в день. Только три, Диела, и так, чтобы никто не видел.

Сморкаться нельзя, ибо леди.

Подтираться самой тоже, ибо… ну вы поняли. Для таких грязных дел у нас существует специальный человек. Ага. Подтиральщик того самого.

Леди не может бегать.

Леди нельзя играть с детьми слуг. Нельзя прятаться от няни и отца. Леди не имеет права показывать свои слёзы, потому что плачет леди в исключительных случаях.

Леди не может плакать над умершим котом. Потому что кот — это мирская тварь, а леди дочь бога. Плакать надо над людьми. И только над достойными, а раз таких нет, то и плакать нечего.

Мне надо жить куклой.

Понять посыл родных было несложно. Леди семьи де Гралья — это Леди, и никто больше. Красивое приложение к трону, с мозгами, если повезёт. И не важно, в качестве кого: императрицы или советницы. Всё одно. Мир империи Света — мужской мир. Воинственный, нетерпимый и нетерпящий. Мир дуэлей и битв за честь. Мир, который мне предстояло спасти ценой собственной жизни и души.

С каждым годом этого хотелось всё меньше.

Нет. Спасти семью, определённо стоило, хотя бы для того, чтобы когда-нибудь, когда я смогу принять всё то, что узнала, посмотреть в их бессовестные глаза и спросить: — И что? Вот это вот всё того стоило?..

Вывернувшись из захвата, я подбежала к багажной полке и потрогала тяжёлую золотую цепь, обвитую вокруг кованого сундука.

По периметру крышки вились запрещённые письмена.

Во время войны такие руны использовались для сокрытия местонахождения сил подкрепления. Авангард имперских войск из раза в раз разбивали, будто заранее зная все возможные пути перемещений, поэтому моим отцом была сделана специальная гравировальная машина, позволяющая быстро и без особых усилий вырезать на повозках заклятия немоты. Это давало нам передышку. Но всё же… Подобная магия была запрещена ещё со времени основания второго материка, потому что требовала вливания частицы души мага.

А зная, кто влил и когда, можно было не только повернуть заклятие вспять, но и сделать хозяина рун безвольной марионеткой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Поэтому вопрос принадлежности сундука стоял остро. Если это была Бертаза, скрывшаяся в доме минутой раньше, то это значило, что баловался рунами кто-то из моей семьи. И это ещё до начала войны.

Плохо дело.

Я нахмурилась, поднырнула под полку и попыталась распознать клеймо мастера, выковавшего сундук. Но оно было не только скрыто. Оно было выжжено. Место печати ползло волной, будто совсем недавно его щедро облили алхимическим раствором.

— ДИЕЛА.

Упс.

Я вылезла из-под кареты и опустила голову, стараясь не смотреть в сторону разъярённой матушки. То, что герцогиня и хозяйка дома позволила себе проигнорировать гостью говорило о многом. Хотя бы о том, что отец предпочитал общаться с троюродной сестрой за закрытыми дверями.

— Тира, я жду объяснений.

Не терпящий возражений голос и сквозившая в нём ненависть заставили вздрогнуть даже меня. Эк матушку разобрало. Это её так приезд Бертазы задел или что-то ещё?

— Мама. — Я потянулась, требуя взять меня на руки. Ну а как ещё успокоить взбешённую герцогиню? — Мамочка… — Во. Даже слезу выдавить удалось.

Её Милость устало выдохнула и наклонилась.

— Диела. Сколько раз я говорила не выходить во двор? Ты ведь знаешь, как относится к твоим прогулкам отец.

Мама взяла меня на руки, прижала к худой груди, затянутой корсетом, и снова вздохнула.

Она опять похудела.

— Тира, ещё один подобный раз и я буду вынуждена тебя заменить.

— Да, Ваша Милость. — Тира склонилась и проводила меня ненавидящим взглядом.

Я оттянула нижнее веко и высунула язык.

Ненавижу демонов и всё, что с ними связано. Если удастся избавиться от этой прилипалы с помощью матушки, то я буду счастлива. Все будут счастливы.

— Мама. — Я отстранилась от материнской груди и взглянула в потухшие зелёные глаза герцогини. — Там тётя приехала. Тётя кто?

— Забудь о ней, моя девочка. — Мама вновь прижала меня к себе и поспешила в дом. — Бертаза не очень хороший человек. Общение с ней может причинить тебе боль. Ты поняла меня, малышка?

А вот это уже интересно.

На моей памяти, приезжая в гости, Бертаза всегда первым делом шла к матери, чтобы выпить чашечку чая и посплетничать. Но в этой жизни, мама её ненавидит? Почему? Или так было всегда, просто умело скрывалось?

Отчего Великая герцогиня империи Света не желает общаться с родственницей мужа, да ещё к тому же и матерью Дражена?

Надо сказать, что частыми гостями мы дом не баловали.

Вообще, родовое гнездо де Гралья мало подходило на звание колыбели защитников справедливости. И если уж быть совсем честной, то наш дом скорее замок ужасов, укрытый от любопытных взглядов с одной стороны Драконьими хребтами, с другой каменоломней, известной месторождениями базальта, и с третьей непроходимым лесом, где до сих пор встречались чудовищные порождения сумасшедших учёных, специализирующихся, в прошлом, на слиянии нескольких видов магических существ.

Поэтому гости к нам приезжали редко.

Особо важные персоны, такие, как императорская семья и представители пяти герцогских домов предпочитали стационарные порталы, потому что вблизи хребтов магия была нестабильной, что не позволяло открывать личные порталы. Так что, путь через лес Страха, как его назвали в народе, был единственным. И хотя ехать по нему в карете было сродни самоубийству, Бертаза подобных прогулок не боялась, умудряясь навещать семью троюродного брата аж дважды в месяц. Да ещё и без сопровождения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Почему?

Я прижала палец ко лбу, стараясь усилить мыслительную деятельность.

Почему после перерождения жизнь моей семьи стала казаться ничем иным, как притворством? Неужели, я, будучи той собой, не смогла разглядеть лицемерие за улыбками? Лгали все, но все ли лгали осознанно?

Чёрт-те что, а не перерождение.