Мираред зажмурился пару раз, отвернулся от раздражающих лучей, его лицо своевольно уткнулось в подушку.
— Я скоро встану Юлия, приготовь мне одежду, завтрак, сделай кофе со сливками и тремя, нет четырьмя, нет тремя с половиной ложками сахара.
— Как пожелаете господин. — Она кротко поклонилась, спешно удаляясь, бесшумно закрывая дверь.
«Ещё пару минут, хотя постой, у меня же сегодня….»
— Выходной!
Мираред вскочил с кровати, подбросив плотное одеяло высоко над кроватью, и идеально попал ногами в тапки. Он направился в уборную, открыв дверь со стеклянным ромбом, он встал перед зеркалом, быстро почистил зубы щёткой с зубным порошком. Умылся и осмотрел своё лицо. Идеально чистое и даже статное, несмотря на столетия кровопролитий, драконья кровь залечит любой шрам, почти любой, ненавистная рана на спине не залечится, рана, нанесённая не клинком, но предательством.
«Где же я свернул не так, Родринар?»
Мираред засмотрелся на свое отражение в ковше, пытаясь понять, чем он заслужил спину в нож от собственного ученика.
В глади воды начал проявляться образ, смутно знакомый, утягивающий в глубины сознания для разгадки, как же так? Как несокрушимый Мираред мог ослабить свою защиту, как он мог подвести Империю? Из ковша на него смотрел пустым взглядом Родринар, кудрявый юноша, с невыразительными чертами лица, забитый и покинутый всеми, но вот изгою протягивает руку Старый Дракон. Мираред очнулся от видения, он с раздражением провёл пальцем по воде пытаясь избавиться от зловредных воспоминаний.
«Ты был мне как сын, Родринар»
Мираред сидел за столом, положив ногу на ногу, на балконе выходящего из его комнаты, в руках у него была газета, за которой сияла улыбка, не сползающая с его лица. На балкон взошла служанка Юлия, держа в руках широкий поднос с множеством блюд на нём. Она поставила поднос, покорно отдалившись в тень.
Мираред отложил газету и осмотрел завтрак, клубничный торт, мясное рагу из лося, три поджаренные фазаньи грудки из которых ещё выходил пар, салат из озёрных водорослей. Самое главное, кофе со сливками и тремя с половиной ложками сахара.
— Как я заказывал. — Мираред снова принялся за газету, он отрастил ярко красный чешуйчатый хвост, которым схватил вилку и начал съедать салат, попутно читая газету.
Чешуйчатый Вестник, самая популярная газета в Империи с логотипом дракончиком, держащим по свёртку газет в каждой лапе, пасти и хвосте, но, похоже, сегодня действительно ничего не происходит, если даже ушлые журналисты из Вестника не смогли добыть инфоповода.
— Читала газету? — Спросил Мираред, отпив своего любимого кофе, держа чашку хвостом. Служанка удивлённо хлопнула большими ресницами.
— Да господин, но сегодня же ничего происходит?
— Вот именно, во всём Имире не идёт ни одной войны, эта идиллия продолжаться будет недолго, но лучше худой мир, чем добрая война.
— Вы правы господин.
— У меня наконец-то полноценный выходной, обычно меня буквально заставляют перестать работать, хотя дел ещё достаточно. В давние времена, когда я был моложе и буйнее, меня запирали в моей комнате, что меня дико бесило, я каждый раз уходил на любое задание.
Мираред намотал на вилку оставшийся салат и проглотил, практически не жуя, он продолжил завтрак, принявшись за грудки.
— Сейчас же работы просто нет, моя совесть чиста, разве что, надо сдать немного крови.
— Сегодня у вас ещё один желающий стать Гвардейцем?
— Да, назначено на двенадцать, времени куча. — Мираред ещё раз отпил кофе и обратил взгляд на город.
Немыслимое множество шпилей разных башен и других зданий из разноцветного стекла упирались в небо, будто поддерживая его от падения.
«Прямо как Империя удерживает Имир».
Под шпилями ютились аккуратные здания, идеально спроектированные прямые улицы, покрытые брусчаткой способной выдержать вес любого дракона Империи. Вайкрит только просыпался, но Мираред уже мог уловить возгласы завлекания разносчиков газет и пронырливых лоточников. Меж разноцветных шпилей летали разнообразные драконы, весело крича разные крики и вопли, кто-то щебетал, как птица, а кто-то должен был сдерживать свой громкий голос, чтоб его не оштрафовали за нарушение порядка. Один зелёный дракон с двумя парами крыльев, обратил внимание на завтракающего Мирареда, ящер попытался подлететь к балкону. Раздался звук громкого свистка и рассерженный крик откуда-то снизу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— ПОДЛЕТАТЬ К ИМПЕРАТОРСКОМУ ДВОРЦУ, ИЛИ, ДВОРЦУ АРХОНТОВ, НА БОЛЕЕ ЧЕМ ДВЕСТИ МЕТРОВ, БЕЗ СООТВЕСТВУЮЩЕГО РАЗРЕШЕНИЯ ЗАПРЕЩЕНО.
Дракон пытавшийся подлететь к кумиру, огорчился, и полетел обратно, понуро махая крыльями под продолжавшуюся тираду служителя закона с голосом, явно усиленным магией.
— СОГЛАСНО УКАЗУ 385, ИМЕНЕМ ФЕДЛИКСА И ТРУФИКАТОРОВ ПРИКАЗЫВАЮ Развернуться… он уже развернулся, гаси громкоговоритель.
— Стражи закона как всегда бдительны? — Мираред проводил взглядом отвергнутого ящера, но таков закон и для всех он един, от грудок тем временем ничего не осталось.
— Ого, смотри, тут реклама парикмахерской, может мне стоит сходить? Как думаешь, Юлия, мне бы пошёл Конский Гребень? — Он руками показал примерную длину новой прически.
— Конечно, господин, как желаете.
— Врёшь, это бы смотрелось ужасно.
— Конечно, господин, как желаете.
— По-твоему, я могу быть ужасен? — Мираред опустил газету, вперяя наигранный суровый взгляд в служанку.
— Я лучше промолчу, а то вы дальше будете подлавливать меня!
— Зришь в корень! — Мираред уже полностью допил кофе, доел рагу, драконий аппетит вынудил его приняться за десерт.
— Помнишь, я сказал что худой мир лучше доброй войны? — Служанка кивнула — Ещё верно выражение: «хочешь мира, готовься к войне», после самой ужаснейшей войны в истории, наступит вечный мир, и эта самая война чересчур близка.
— О чём вы говорите? — Слишком впечатлительная служанка могла лишь хлопать ресницами, сделать нерешительный шаг вперёд и сразу же отойти назад
— Барьер… он неуязвим для любого урона, его невозможно раньше было облететь из-за искажения им пространства, однако когда я был недавно у Барьера, я выпустил сильнейшее пламя, которое мог. И на мгновение, его полотно разорвалось, и я смог увидеть лес, который столь также быстро исчез за восстановившимся слоем Барьера. Я попытался облететь его и на последнем издыхании смог увидеть континент эльфов краем глаза, моей выносливости не хватило чтобы облететь его полностью. Он истончается, всё ближе и ближе момент, когда Барьер падёт и тогда на Имир хлынут армии жаждущих мести эльфов.
— Поднятие Барьера, война с эльфами, но это было так давно, когда вы бились бок обок с Сэммуаром!
— Да, жажда мести Сэммуара породила жажду мести эльфов, теперь этот порочный круг катится на нас, грозя стереть Имир с лица Плэйнфила.
— А нельзя как-нибудь укрепить барьер, хотя бы отсрочить нашествие?
— Нет, в механизм Барьера нельзя вмешаться, он как само время неумолим, нам лишь остаётся ждать, и готовится…
Юлия постояла ошарашено, смотря на свои туфли, почему, ей — обычной служанке, рассказывают столь ужасные вещи?
— Огромные армии эльфов придут сюда, у человечества есть шанс?
Мираред закончил завтрак, он подошёл к перилам и положил обе ладони на них, смотря вдаль, на город полный жизни, драконьей, человеческой, любой другой жизни достойной защиты.
— Человечеству нужно объединение, как тогда, двести девяносто лет назад, нам нужна кровавая война за объединение, иначе мы проиграем в главной битве. Нам нужен второй Сэммуар, и этим Сэммуаром станет его Императорское высочество Кенерик.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Император Кенерик, несмотря на молодость, он всегда побеждает, в нём пылает ум, эльфов он тоже победит! — Горячо прошептала служанка.
— Империя станет скалой, об которую разобьются эльфы, и будь я проклят, если хоть один воин Сюзеренитета ступит на эти земли, Эпоха Рабства не повторится, в этот раз, остроухих развернут на пороге. — Словно в подтверждение его слов, далеко с юга послышался удар колокола.
