Один из ангелов спросил удивленно:
— Только один человек? В то время как других существ ты творил тысячами и миллионами? Господь, только повели, мы наготовим целую гору глины! И лепить будем, уже понятно, как надо.
Он покачал головой.
— Одного довольно.
— Да это нетрудно, — сказал ангел убеждающе. — Мы можем сделать еще хоть сотню!
Он кивнул.
— Да, когда уже сделано, всяк видит, что это легко. Я же говорю, делать легко, трудно придумать… Нет, пусть останется один. Это да послужит указанием, что всякий, кто губит хотя бы одного человека, разрушает целый мир. А кто спасает одного, спасает целый мир. Не может один человек возгордиться перед другим человеком, говоря: мой род знатнее твоего рода! Каждому человеку следует помнить, что для него и под его ответственность сотворен мир.
Ангел сказал с почтительным ужасом:
— Как Ты заглядываешь далеко!
Ангел, самый блистающий из всех, опустился с Творцом рядом, он постоянно менял форму, завороженный возможностями этого странного материального мира, не в состоянии выбрать лучшее, уменьшался и увеличивался, превращаясь из огненного шара в деревья, животных и даже насекомых.
Творец посматривал с улыбкой, ангелы в замешательстве, перебирают все варианты, это и есть лучшая похвала Его задумке, хотя никто из них не знает всей ее глубины.
— Неисповедимы пути Твои, Творец, — сказал ангел с жаром, это он тоже взял из материального мира, и хотя говорил с Творцом, привычно сливаясь с Ним, но теперь одновременно звучали голоса и этого мира, — и да будет на все воля Твоя!
— Осваиваешься?
— Да, этот мир изумительный!
— Да, этот получился.
Ангел спросил быстро:
— Были и другие?
Он отстранился, приняв облик могучего быка из чистого золота. На миг выросли крылья, огромные, похожие на стрекозьи, потом поменял на птичьи, тоже из золота, сверкающие и сияющие неземным блеском, и сложил на спине, успев полюбоваться их совершенством.
Творец не стал поправлять, что если уж крылья такому существу, то лучше взять за пример летучую мышь или дракона, вон один пролетел в небе, но смолчал, Он и раньше редко поправлял свои неточные мысли, предпочитая создавать новые, более совершенные и точные.
— Были, — ответил Он без охоты. — Шедевры так просто не создаются… Шедевр всегда лишь верхний камень на вершине пирамиды, погребенной в песке…
Ангел помолчал, трудно представить, сколько миров Творец создал и разрушил, пока не сказал:
— Хорошо! — затем заметил осторожно: — Мир великолепен, мы все в восторге, только я заметил, что Ты над созданием этого… гм… человека потрудился почти столько, сколько над созданием всех живых существ в этом мире, вместе взятых!
— Верно заметил, — сказал Творец одобрительно.
— Это не случайно? Или Ты устал?
— И устал, — признался Творец. — Но Я успел создать его до того, как вдохновение иссякло.
— Но это… получилось?
— Это, — ответил Творец, — получилось.
— Таким, — настаивал Люцифер, — каким задумано?
— Да, — подтвердил Творец, — именно таким. Ну, почти таким.
Огненный бык неспешно перетек в форму человека, только все так же сверкающего золотом и с крыльями, затем Творец с усмешкой заметил, как ангел к двум понравившимся крыльям добавил еще пару, сверкающих золотом и отражающих свет.
— Чтобы нам лучше понимать замыслы Твои, — произнес он почтительно, — скажи, каким Ты его задумал и что от него ждешь?
— Я его создал, — ответил Творец медленно и задумчиво, — по Своему образу и подобию.
Ангел с сомнением взглянул на Творца.
— По образу и подобию?
— Да.
— Господи, прости, но Ты… разве таков? Даже мы, Твои мысли, не знаем, каков Ты!
— Я не таков, — отрубил Творец нетерпеливо, — но он будет таков. По Своему образу и подобию, это иносказательно, если тебе понятно такое слово. Но этот… человек, да зовется он отныне так, такой же, как и Я… там, глубоко внутри!
Ангел посмотрел в сторону сада. Деревья стали прозрачными под его взором, он увидел, как и Творец, который всегда и все видит, как человек бродит между деревьями и срывает с них ягоды. Спелые отправляет в рот, незрелые выбрасывает. Через некоторое время незрелые перестал срывать вовсе, а из зрелых выбирал самые крупные и сочные.
— Он такой, — переспросил ангел с сомнением, — как и Ты?
— Еще нет, — ответил Творец, — но будет…
Глава 2
Он лежал на земле неподвижный, не выпуская из ладоней собранных ягод, и чувствовал, как в нем бушует ураган из нахлынувших странных видений. Их были мириады мириад, он разом все видел, все понимал, душа трепетала и вопила в ужасе, что не вместит все, а потом зрение разом очистилось, и он увидел потрясшую его картину возделанных полей, виноградников с крупными гроздьями, за всем ухаживает множество людей, красивых и мудрых, величественных и гордых, неведомый громкий Голос начал называть имена появлявшихся перед его взором людей, объясняя, что это все его потомки, всем им суждено сыграть свою роль…
Сердце его дрогнуло, когда увидел смеющегося счастливого младенца, которому, как сказал Голос, суждено прожить всего три дня и умереть. Он напряг все свои силы и спросил беззвучно, как зовут этого ребенка. «Давид, — ответил Голос, — он мог бы стать царем большого и сильного государства…»
Он взмолился всем своим существом:
— А не могу ли я отдать ему часть своей жизни?
После паузы донесся огромный и величественный Голос, заполнивший собой Вселенную и уходящий далеко за ее пределы:
— Сейчас нет.
— Почему? — спросил он жалко.
— Потому, — ответил могучий Голос, и снова ощутилось, что с ним говорит Вселенная на всех языках, доступных скалам, ветру, водам, деревьям и всему живому, — что ты вечен. Бессмертен.
— Господи, ну сделай так, чтобы я мог поделиться с ним своей жизнью!
Голос ответил уже тише, в нем почудилось горечь:
— Боюсь, что у тебя такая возможность будет.
Когда голова начала кружиться от множества лиц, имен и судеб, он взмолился снова:
— Но зачем мне все это явлено? Все внутри у меня теперь трепещет!
— Это хорошо, — ответил могучий Голос. — Потому что от тебя зависит, что с ними будет. Как бы ты ни поступал, ты будешь менять жизнь всех бесчисленных поколений! Помни об этом и поступай достойно. Живи правильно.
— Что значит… живи?
— Сейчас узнаешь.
Ангелы видели, как Творец нагнулся и слегка дунул в ноздри лежащей на земле глиняной кукле. Существо вздрогнуло, зашевелилось, очень медленно подняло набрякшие толстые веки. Глаза взглянули с недоумением. Ангелы переглянулись, сразу поняв, что это существо, названное Творцом человеком, уже забыло, что и зачем ему показано и явлено.
