– Возможно, на то были свои причины?
– Конечно, – кивнул мужчина. – Магистр трус. Ладно, давай посмотрим на сердце своими глазами.
Глава 4
Сонг с истинным драконом подошли к небольшому круглому зданию, внутри которого, скорее всего, и находилось то самое сердце атолла, до недавнего времени поддерживающее барьер на самой границе и защищавшее высшие миры и периферию от вторжения не только духов и святых, но и сейчас уже от воплотившейся пустоты. Хотя, строго говоря, назвать сейчас её так было нельзя.
Самая обычная с виду дверь с отпечатком ладони на ней. Такое Сонг уже видел в закрытом мире, когда нашёл саркофаг с Чин Э. Тогда проверялась его родословная Синк, полученная благодаря фрукту и влиянию силы Вэл Синка. Схожесть казалась поразительной. Впрочем, объяснялась она легко – Дьявольский клан когда-то был соратником Фир Болг и Божественного клана, помогая очистить атолл от сил чёрных фениксов, и позже участвовавший во множестве сражений против атолла странников. Отсюда, вероятно, и такая схожесть в запечатывающих техниках.
Подойдя к отпечатку ладони, Сонг спокойно приложил к нему руку, почувствовав лёгкое покалывание. В этот момент у него в голове появился вопрос, как представители Божественного клана проникали к сердцу? Но тут оставалось лишь гадать… То, что они это делали регулярно, у него почему-то не вызывало сомнений.
Между тем дверь после нескольких секунд неподвижности медленно отошла в сторону, открывая проход. В этот момент Сонга накрыло невероятной по своей интенсивности духовной силой, он словно оказался в эпицентре настоящего урагана, чьи порывы могли в одну секунду убить и сломать его. Дыхание перехватывало от этой природной мощи, рухнувшей на него. Но несмотря на это, Сонг шагнул внутрь, он почему-то хорошо чувствовал, что эта энергия не хотела причинить ему вреда, хоть и вполне была способна на это. Стоящий за спиной Сонга истинный дракон, напротив, отступил, явно не выдерживая мощь такого яркого потока духовной силы. Он, впрочем, и не стремился следовать за молодым человеком, согласно их договорённости, истинный дракон займётся охраной подступов к сердцу, пока сам Сонг занят его восстановлением.
Даже несмотря на то, что сердце, по словам дракона и феникса, сейчас находилось на последнем издыхании, его мощь всё равно поражала и завораживала. В глубине души Сонга появилось небольшое сожаление, что он не смог увидеть пик силы сердца, чтобы на себе испытать его. Хотя, если ему удастся восстановить его работу, то это вполне осуществимое желание.
Внутри здания ничего не было. Ничего, кроме гигантского сердца, медленно вращающегося вокруг своей оси в самом центре сооружения. Примерно так себе его Сонг и представлял, самое обычное человеческое сердце размером с телегу или даже больше. Каждую минуту оно делало сокращение и испускало вокруг себя волну духовной энергии, сбивающей с ног. Этот подарок клана Фир Болг атоллу человеческого влияния позволил просуществовать ему без опасений внешнего вторжения несколько тысяч лет. Но всё рано или поздно заканчивается. Теперь Сонг уже мог ощутить, что сердце действительно было на самом краю, буквально в шаге от собственной смерти. Несмотря на все попытки Божественного клана исправить это.
Согласно тому, что утверждала чёрный феникс, присутствие Сонга должно вдохнуть в сердце атолла новую жизнь, восстановив барьер между конгломератами миров, отделив человеческий атолл от духов и святых. И единственный шанс защититься от наступления пустоты, которая уже должна была расшириться настолько, что подступилась к человеческому атоллу вплотную.
«Если я правильно всё понял, то это сердце принадлежит тому Скитальцу, чьи части тел находятся в разных местах высших миров, – подумал Сонг, приближаясь к сердцу и не обращая внимания на волны духовной энергии. – Кажется, хранитель говорил мне, что, не будучи практиком этапа божества, я не могу приближаться к частям его тела… С другой стороны, я чувствую, что эта сила неспособна причинить мне вред».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В момент, когда Сонг застыл в шаге от сердца, он вдруг ощутил странное чувство, словно бы когда-то уже был здесь, в этом помещении, и всё происходящее сейчас повторялось. Поддавшись внутреннему порыву, Сонг потянулся своей духовной силой вперёд, соединившись с сердцем, и в тот же миг его разум пронзила яркая вспышка с ворохом странных мыслей и воспоминаний. Это никак не было связано с печатями. Он соединился с разумом сердца, если его можно так назвать. Сонг видел тысячи образов, проносящихся перед его внутренним взором. Голова тут же вспыхнула болью. Между ним и сердцем образовалась прочная духовная связь. Мелькание образов ещё больше усилилось, грозя затопить разум Сонга, а сам он начал медленно подниматься в воздух, подхваченный мощью духовной энергии, разлитой вокруг. Секунды сменяли друг друга настолько медленно, что для него превращались в года.
Сонг ощутил, как трепещет сердце, незримая связь объединила их в одно целое, и его сила начинает резонировать с величайшим артефактом атолла. Одновременно с этим интенсивность сокращений артефакта начинает увеличиваться, словно присутствие поблизости чистой родословной Фир Болг подстегнуло сердце. Сонг это знал от чёрного феникса, но теперь и сам уже почувствовал, что остановка биения артефакта была вызвана совсем не опустошением. Отравление, сердце оказалось отравлено силой Божественного клана, захватившего дворец, который когда-то давно принадлежал клану Болг. Скорее всего, захватчики даже не понимали, с чем связано угасание сердца, и ради того, чтобы вернуть ему силу, глава даже пожертвовал своей жизнью, но в итоге сделал только хуже.
Возможно, магистр Яма понимал это, решив не повторять за собственным главой этот подвиг. К слову, о магистре. Сонг, слившись с сердцем атолла, начал ощущать колоссальную бурю, бушующую во дворце Божественного клана. Чёрный феникс схватилась с магистром, и сейчас от их схватки дворец медленно, но верно превращался в руины, плавающие в пустоте космоса. К этой битве присоединились и корабли Сонга, преградив путь небольшой флотилии Божественного клана и прикрывая феникса.
Сонг уже видел, что к месту сражения стягиваются другие практики этапа божества и множество кораблей эмиссаров. Они будут здесь уже через пару часов и, если ничего не сделать, корабли, возглавляемые «Фрисоулом», окажутся в большой опасности. Яркая вспышка, и искажающая саму реальность волна духовной энергий разлетелась в разные стороны, походя обрушив часть дворцового комплекса. Чёрный феникс и магистр Яма, похоже, не собирались останавливаться и с каждой секундой только наращивали темп. Чудовищная сила, способная разрушать целые миры.
«Я должен помочь чёрному фениксу, – мелькнула у Сонга мысль и, точно отзываясь на это, сердце атолла ответило ему странной вибрацией, которую по какой-то причине он отлично понял. – Оно может помочь? Но почему?»
И вновь волна, говорящая, что сердце атолла для этого и предназначено – помогать клану Болг, единственный представитель которого сейчас находился рядом. Те практики со слабой родословной в расчёт сердцем совсем не принимались. Хотя Сонг сразу понял, что воспользоваться силой сердца, не повредив ему, он сможет лишь один раз. Это максимум того, на что сейчас оно способно… И будет способно ближайшие сотни лет. Слишком уж много забирала на себя поддержка устойчивого барьера. Сейчас, благодаря появлению наследника великого клана Болг, сердце впервые за эти тысячи лет начало возвращать себе собственную силу и, что самое важное, избавляться от яда чуждой ему духовной энергии. Момент кризиса оказался преодолён лишь за какую-то пару мгновений. На самом краю слышимости молодого человека чувствовалось сердцебиение артефакта, которое стремительно приходило в норму. Оно стремилось помочь ему, желая этого больше всего.
«Ну хорошо, – наконец Сонг выдохнул, ощущая, как ещё сильнее растворяется в невероятной силе великого артефакта. – Давай попробуем».
Поняв, что следует делать, он шагнул вперёд, оказавшись вплотную к сердцу и, закрыв глаза, шагнул в него. Артефакт изменился, став полупрозрачным и эфемерным, а сам Сонг оказался внутри него, полностью скрывшись в сердце. Истинная мощь забурлила в его жилах, сметая прочь все барьеры и условности, на миг Сонг почувствовал себя неуязвимым, преобразившись в воплощение самой духовной энергии. Он бы растворился в этой силе, навеки став её частью, частью чего-то большего, чем просто человек, но лишь только у него мелькнула эта мысль, как где-то в глубине, там, где находились всё ещё установленные печати, зашевелилось что-то невообразимое и мощь сердца атолла тут же испуганно отступила, возвращая Сонгу разум и возможность мыслить.
