"Если этот монстр был обычным человеком, то кем я был в прошлой жизни? Надо придумать, чем подмаслить чародея, он вроде не глуп и знания у него большие, возможно он сможет объяснить мне, что это был за воин."
Глава 2
Ученье — Свет
Учиться можно всю жизнь.
Лев Толстой.
Учиться нужно и после смерти.
Архилич Гартон.
Через месяц после памятного боя у дороги я, наконец, достал то, что могло заинтересовать чародея. Собравшись с духом, я подошёл к тряпке, закрывающей вход в отнорок чародея, и вместо стука крикнул:
— Мудрый Ругур, удели свое бесценное время охотнику племени Урбагару.
— Кто это такой глупый крикун? Хотя, зайди Урбагар, вдруг ты не глупый, а смелый, смелость надо поощрять.
Я впервые вошел в жилище настоящего мага, но мои ожидания не оправдались, возможно у людских магов личные покои и полны артефактов и магических книг, но у нашего чародея совсем не было книг, а на стенах висели лишь криво сделанные амулеты.
— Могучий Ругур, я пришел к тебе со своей бедой, прими мой дар и реши, будешь ли ты мне помогать. — С этими ритуальными словами я передал старому гоблину, принесённый мной с охоты, мешок.
Ехидная усмешка сползла с лица чародея в тот момент, когда он заглянул в мешок. Осторожно вынул оттуда голову странного животного украшенную клювом, и, заглянув в мешок, кивнул своим мыслям.
— Как ты умудрился убить совомедведя?
— Я заманил это животное в ловушку, и я не знал, что оно так называется.
Да уж удивление Ругура понятно, эта тварь была действительно похожа на медведя, только вместо пасти острый клюв, а вместо шерсти пушистые перья, и когти у этой зверушки намного больше медвежьих. К тому же это животное было умно, и единственным способом заманить его в ловушку, было довести совомедведя до бешенства и самому послужить в качестве приманки.
Как я слышал от соплеменников, наш чародей был способен делать из клыков и когтей животных амулеты, и чем сильнее животное, тем сильнее получался амулет, надеюсь, ему подойдет клюв вместо клыков.
— Да уж, ты точно смелый, и я сомневаюсь, что, будь ты глупым, тебе бы удалось обмануть совомедведя. Если ты отдашь мне голову, я сделаю для тебя из когтей очень хорошие амулеты.
— И когти и голова твои Ругур, я пришёл не за твоими амулетами, а за твоей мудростью.
Ругур посмотрел на меня, как на камень, научившийся говорить, причем сразу стихами.
— И что именно ты хочешь?
— Я хотел спросить о том человеке-воине, с которым племя сражалось месяц назад.
— А, теперь я понял, — ухмыльнулся чародей. — Ни одному гоблину никогда не добиться такой силы, какая была у того человека, можешь и не надеяться. Гоблин физически даже немного сильнее обычного человека, но любой человек-воин справится и с десятком гоблинов.
— Я и не надеялся, что ты сделаешь из меня великого воина при помощи настойки из мухоморов [03]. Я хотел узнать, как у людей появляются такие воины, как и где их тренируют, и ещё я хотел бы узнать, почему таких воинов нет среди нашего народа, или есть?
— Это бесполезно, гоблин просто неспособен развить такую силу.
— В любом случае мне хочется знать, возможно, это поможет отличать воинов от обычных людей.
— Вижу, ты не веришь мне и надеешься получить великую силу, что ж, я расскажу тебе что знаю. Этот человек не имел какого-либо выдающегося дара воителя. Он не обучался ни в каких особых школах, и для получения своей силы, он не участвовал ни в каких ритуалах. Этот человек просто много тренировался.
— Никакая тренировка не позволит развить такую физическую силу, все звери в лесу всю жизнь тренируются в беге и охоте, но никто из них не способен на такое.
— Это не так, некоторые звери получают необычную силу, но не от "тренировок", а от того что они живут в особых, пропитанных магией местах. Но в общем ты прав, сила того воина была не только физическая. Ты знаешь, что заставляет двигаться наши руки и ноги?
— Да, особые куски мяса [04], - я указал на свой бицепс, и, увидев пристальный взгляд чародея, попробовал объяснить свои познания. — Я много наблюдал за животными, и часто их разделывал.
— Да это так, при тренировке растут именно эти куски мяса, но если разумный будет долго тренироваться, у него в ауре появятся сгустки, выполняющие ту же роль и способные увеличить силу как минимум в два раза.
— А почему сгустки, увеличивающие силу не появляются у животных, у них что, нет ауры?
— Аура у животных есть, но такие сгустки вырастают только у разумных, я не знаю, почему так происходит. По мере роста этих сгустков сама аура уплотняется. Но этого мало, для того чтобы получить такую силу, какая была у того человека, одних тренировок мало. В какой-то момент тренировки перестают помогать в росте этих сгустков, и для их роста становится необходимым сражаться и убивать. Я не знаю, как точно это работает, но аура воина впитывает остатки ауры убитых, и чем сильнее была жертва, тем сильнее становится воин. И после десяти лет тренировки и пары десятков убийств себе подобных, воин становиться невероятно силён, а его аура защищает как дварфские доспехи. Тот воин кстати, такого не добился, иначе мы бы с ним и не справились. Но и это не предел, я слышал, что некоторые воины становились сильны настолько, что были способны выдержать дыхание дракона и пробить кулаком несокрушимую драконью чешую, к счастью такие воины редкость.
— Если для развития таких сгустков, воины впитывать остатки чужих аур, то возможно тренировки рядом с магическим источником позволят обойтись без убийства. — После этих слов Ругур стал рассматривать меня ещё более пристально, поняв необходимость объяснения своих знаний, я попытался объясниться. — Я слышал, как вы рассказывали о магических источниках своему ученику Урагу.
— Ты очень необычный гоблин, — сказал чародей после долгого молчания. — Да, ты прав, тренировка возле источника может привести к таким же результатам что и убийства, только тренировка тогда продлится намного дольше, да и не каждый источник подойдет. У сильных королевств есть особые военные академии, с находящимися на их территории магическими источниками. Армии этих королевств очень сильны. Но тебе это не поможет, как я уже говорил, гоблины не способны получить силу и неуязвимость таким способом, у нас просто не в ауре растут сгустки, делающие других сильнее.
— Но почему, чем мы отличаемся от прочих разумных?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
