штука полезная и дорогая. Сам бы я себе такого не купил. Но школы правительство снабжает хорошо, особенно на планете-столице. Из воспоминаний меня выдернула вибрация левой руки и стремительно приближающаяся точка. Уведомление о движении. Судя по карте на дисплея точка двигалась ко мне. Вскоре точка приняла очертания "корыта". Я остановился вглядываясь. По-хорошему надо бы укрыться и присмотреться, но кругом песок. А маленькие барханы то ещё укрытие. Поэтому я встал и попытался сделать более миролюбивую позу. "Стой!" скомандовали сверху на чистом русском. Пришлось повиноваться. Я не стал указывать на тот факт, что и так стоял.
Корыто медленно приземлилось в пятидесяти метрах от меня, подняв в воздух столб песка и пыли. Вышли двое. Одеты они были в потёртые комбинезоны с вставками бронепластин. Кустарная работа, сразу отметил я. Костюмы явно заводские, а вот листы брони выглядели как сборная СССР. Судя по экипировке были они не то военные, не то повстанцы на войне. В руках оружие. Явно пороховое. Тоже мне архаизм. Полуавтоматические винтовки вреда особо мне не принесли бы, но спорить с 'местными' моветон — негоже начинать контакт с ссоры. Я же учитель. Гордость рода человеческого Noblesse oblige и все такое. Подошли. Постояли изучая меня, а я их. Оружие опущено, но в руках. Молчат. Что ж, может традиция такая не буду и я нарушать.
— Человек — констатировал первый.
— И правда — согласился второй.
— Кто такой? Что делаешь на границе демаркации? — спросил первый.
— Путник — ответил первое, что пришло на ум. Решил на всякий случай добавить. — зовут Коста.
— Иди за мной путник Коста. — Махнул второй и пошёл обратно. Первый же, перехватив винтовку поудобнее стал смотреть за моими действиями. Пришлось идти к десантному судну, как и велели.
Факт того, что по мне не открыли огонь, не стали сажать в клетку и вообще начали с разговора, придавал оптимизма. Однако не стоит расслабляться. Мало ли чего. Добрым словом и пистолетом можно сделать гораздо больше чем одним добрым словом. Вот ребята и пользуются. А могли бы пальнуть, потом спросить. Все трое сели в корыто, выбора особо не было. Да и компания всё лучше, чем в одиночку шастать по пустыне. Двигатель завыл и корыто с лёгкой вибрацией начало набирать высоту.
— Корректировка карты завершена — сообщил Кузя. В летающем корыте, именуемом когг, было довольно громко и мои спутники этого не услышали. Я отругал Кузю мысленно, и впредь посоветовал ему на людях не использовать голосовую связь. Лучше иметь небольшой козырь в рукаве. Передав отчёт по рации, ко мне обратился один из них.
— Меня зовут Зак. — Представился первый из моих провожатых.
— А меня Дик, — подхватил второй. — Мы из разведки свободного города Бордер. А ты из этих? — кто такие «эти» я так и не узнал, потому что не дождавшись ответа Дик продолжил, — Признаться, не ожидали встретить человека здесь. Во всех точках пусто было, а тут ты. Да ещё и живой.
— Дик повернулся к Заку и кивнул головой спрашивая, — Когда в последний раз живых к нам заносило?
— Пару лет назад. — не сводя с меня взгляда ответил ему напарник. Дик же тем временем продолжал ликбез. Оказалось тут случился катаклизм около полувека назад. Кто смог выжить, те стеклись в город и самоорганизовались. К счастью там был рабочий пищевой принтер. И большинство инфраструктуры. Кто не смог жить в городе и кушать концентрат, частично осваивает пустоши, промышляет грабежами и прочими непотребствами. А время от времени появляются в пустоши люди и прочие осколки не являющиеся частью планеты. По таким местам и летают с проверкой разведчики. Так же остались подземные убежища, и некоторые так не открылись после происшествия. Поэтому тут и патрулируют в надежде встретить что-нибудь полезное и чем можно будет поживиться. Люди не интересны. Особенно мужчины. Поэтому ко мне отнеслись равнодушно. Но тут Дик обратил на пилу у меня в руках.
— Это оружие такое?
— Нет, пила. Инструмент, а не оружие.
— Жаль. Очень жаль. Подаришь? — с надеждой в глазах спросил мой провожатый.
— Прости, у меня с собой ничего нет, кроме пилы. А судя по рассказу тут опасно. Вы же меня спасли не для того, чтобы бросить на произвол судьбы?
Дик вздохнул и признал мою правоту. Начал было расспрашивать меня, но к этому моменту мы начали снижение и я увидел город. Городом это было весьма условно. Около восьми вполне целых высоток торчали как лампочка для мотыльков посылая огни далеко за пределы города в пустошь. Вокруг них были здания поменьше, но тоже выглядели вполне цивильно. Дальше шла стена и вокруг этой стены разбросаны полуразрушенные многоквартирные дома. Часть была заселена, часть пребывала в запустении. И все это было огорожено ещё одной стеной. Город Бордер. Сразу за внешней городской стеной были видны палатки. Маленькие домики из хлама и прочие землянки. Как я позже узнал, в них жили те, кто не был полезен городу или наказан за нарушения.
Увидев какими глазами я на всё это смотрю, Дик с гордостью спросил, — Впечатляет, правда?
***
Приземлились в черте города на площадке около какого-то административного здания. Там нас никто не встретил, но Зак сказал, что и не должны. Сдав меня на поруки они получили пару крошечных кристаллов размером с ноготь большого пальца розоватого цвета и развернулись обратно. Мне же предстояло пройти небольшую регистрацию, проверку на вирусные заболевания и сдать кровь на анализ. Прошёл проверку на профпригодность результатом которой было вживление чип-паспорта. Город признал мою полезность. Неприятного вида женщина объяснила мне, что от меня требуется. А именно: сегодня я буду спать здесь. К сожалению комнат специальных нет, поэтому спать буду на шконке бывшего КПЗ. Гости здесь не часто, поэтому и экономят на комфорте. Далее, как только получат результаты анализов и профпригодности, мне расскажут мою судьбу. Пф! Можно подумать, можно подумать… а ведь и вправду можно. Даже нужно. Улегшись поудобнее и закинув руки за голову, я стал анализировать увиденное.
Город. Вполне живой. Но вокруг пустошь. Растения не то, чтобы частые гости этих мест, но из съедобного я вообще ничего не встретил. Но что-то ж едят? Едят. И пьют. А самое главное тут есть энергия и её много. Вон как светятся центральные башенки. И последний вопрос. То ли тут все переселенцы из России, то ли русский стал межпланетным языком.
— Кузя, — мысленно позвал я, — поздоровайся со мной на японском.
— Добрый день, — на чистом русском мысленно ответил мне тот.
— Кузя, на Японском.
— Это он и
