седина, что нельзя сказать об отросшей реденькой бородке. Его собеседник, тоже врач, судя по белому халату и табличке с именем на правом нагрудном кармане, напротив обладал очень худым телосложением. Полностью седые волосы были собраны на затылке в небольшой пучок, а на глазах маленькие круглые очочки. Этот мужчина явно пренебрегал советами касаемо чрезмерного курения, потому что его аура просто насквозь пропиталась серым едким дымом в принципе как, скорее всего и лёгкие.
– Девушка?! Я Вас слушаю, – вновь задал вопрос Леонид.
– Простите, задумалась. Меня зовут Семенихина Дарья. Сегодня мой первый рабочий день в должности стажёра помощника медсестры и я принесла документы, – выпалила на одном дыхании, крепко сжав пальцами левой руки свой амулет, мысленно прося у Гекаты помощи.
– Хм… – недовольно поджал губы Леонид и демонстративно посмотрел на свое левое запястье, где часовой циферблат его часов каждым движением секундной стрелки лишал меня надежд на исполнение мечты. – Вы, Дарья, вероятно, решили, что молоденьким красивым стажёрам разрешено являться на работу в любое время? Только хочу огорчить Вас, в нашей больнице строгие правила и четкий график одинаков для всех без исключения. Смена начинается в половине восьмого утра, а сейчас почти одиннадцать.
– Я понимаю, что опоздала, но… – начала лопотать оправдания, но главный врач не собирался меня больше слушать.
– Всего доброго, Дарья. Поищите для себя более подходящую работу. Хорошие оценки и положительная характеристика обязательно должны быть закреплены дисциплиной, а с ней у вас, увы, проблемы.
Мне стало обидно до слез, но понимала, что сама виновата, только я нисколько не жалела о том, что сделала, что не прошла мимо чужой беды.
– Я пришла на работу вовремя! Даже раньше положенного времени, но задержалась, потому что помогала больной пациентке. У Клавдии Егоровны был приступ, и мне пришлось побыть с ней, пока ее не забрали обратно в отделение медбратья, – решила до последнего отстаивать свою правоту, потому что терять-то мне уже собственно было нечего.
– Неужели? Что за Клавдия Егоровна и приступ какого характера? – задумчиво глядя в свою кружку, поинтересовался Леонид Павлович, а у меня внутри снова ожила надежда на положительный исход этой встречи.
– Эта женщина из психиатрического отделения. У неё два года назад умерла дочь, но… думаю, вы и так обо всем этом знаете, – запнулась, потому что лицо врача в очочках удивлённо вытянулось, будто я сейчас о прилетевшем НЛО рассказывала.
– Не ну ты посмотри на неё, Лёнь! – усмехнулся, неодобрительно качая головой. – Мало того, что проспала и умудрилась опоздать в первый рабочий день, так еще и врёт не краснея!
– Я не вру! Можете у заведующего психиатрией спросить. Он лично поблагодарил меня за помощь.
Через пару секунд напряжённого молчания стены кабинета заполнялись громким смехом обоих мужчин, а мне захотелось стать невидимкой в этот момент. Не могла понять, что их так рассмешило?!
– Нет, ну это вообще уму непостижимо. Это ж надо… – произнёс мужчина, протирая запотевшие от смеха и слез очки.
– И как же зовут этого заведующего, позвольте узнать? – задал весьма странный вопрос Леонид Павлович.
– Его зовут Денис… Фамилию и отчество я не уточнила, но Вы, как главный врач, должны лучше остальных знать имена своих сотрудников.
– Тут Вы правы. Я прекрасно знаю, кто работает в этой больнице, и со сто процентной уверенностью могу сказать, что никакого заведующего по имени Денис тут нет, – лицо Леонида стало суровым, и он смотрел на меня теперь не с любопытством, а с неприкрытым пренебрежением.
– А я могу добавить, как заведующий психиатрией, что в моем отделении нет никакой Клавдии Егоровны.
– Как это нет? И как это заведующий? – голова закружилась, и казалось, что я вот-вот свалюсь в обморок от происходящего.
Ощущала себя полной идиоткой, у которой неожиданно съехала крыша. Думаю, находящиеся в этом кабинете врачи были того же мнения обо мне.
– Геннадий Иванович – заведующий психиатрическим отделением, прошу любить и жаловать, – с ехидной улыбкой выдал мужчина, возвращая свои очки обратно на переносицу, а я не знала, что мне делать.
Я ведь не вру! Была Клавдия, и был Денис…
– Всё, достаточно. Прошу покинуть мой кабинет, – указал пальцем на дверь Леонид, топча грязными сапогами мою мечту. – И сделайте одолжение себе и окружающим, сходите к психотерапевту, уж слишком правдоподобно вы врете.
– Пожалуйста! Дайте мне шанс доказать, что я не так плоха, как вам показалось! Я не вру и возможно надо мной кто-то очень жестоко подшутил, но клянусь, что задержалась, пытаясь помочь! А потом в кабинете было пусто, потому что Вы были на планерке, а потом уборщица отправила меня за бахилами. Прошу Вас, Леонид Павлович, не гоните меня, не лишайте возможности помогать людям.
Не стыдилась своих слёз, потому что они были искренние. Не коробило то, что я унижала себя, вымаливая этот шанс, потому что, если меня не примут в эту больницу, то на другое место работы нужно будет получать новое разрешение, а это считай месяц потерянного времени и не факт, что во второй раз мне придёт положительный ответ.
– Ладно, но учтите, Дарья, другого шанса не будет. Сегодня можете идти домой, отнесите только копии документов секретарю, а завтра утром, ровно в 8:00 Вы должны быть в кабинете у Геннадия Ивановича, ибо без справки о вашем психическом состоянии я до работы Вас не допущу.
– Спасибо! Спасибо огромное, я уверяю, что Вы не пожалеете.
Радостно утерла слезы, еле сдерживаясь, чтобы не наброситься на главного врача с благодарными объятиями.
– До завтра. Не забудьте, в 8:00! – продолжал похохатывать надо мной Геннадий, и я утвердительно кивнула.
Готова была даже ночевать возле кабинета психотерапевта, лишь бы только снова не опоздать, но уверена, что данный поступок точно сочтут странным, поэтому решила всё же вернуться домой и завтра потратиться на такси, а следуя по коридору больницы закрыть глаза, заткнуть уши и ни на кого не отвлекаться.
Глава 4. Даша
По дороге домой, не изменяя своим традициям, зашла в зоопитомник, чтобы потискать
