Годы хранили о нем молчание. Георгий Борисович Федоров после демобилизации поступил в аспирантуру Института археологии Академии наук. В 1946 году защитил кандидатскую диссертацию, а через несколько лет докторскую. Не один раз с болью вспоминал он друга, пропавшего без вести. Вечерами в лагере экспедиции, беседуя у костра с молодыми археологами, он рассказывал о погибшем товарище — веселом, мужественном ученом-романтике, которого всю жизнь, пока жил, влекла мечта о неведомом острове.
Но след Ивана Птицына не затерялся. Через четырнадцать лет на одном из островов в Черном море пограничники обнаружили останки человека и планшет с записной книжкой. Эти записи Ивана Захаровича Птицына дошли до его друзей.
«С глубокой скорбью заново переживали мы его утрату, — пишет Г. Б. Федоров. — Моя жена Марианна Рошаль — кинорежиссер и сценарист. Я много ей рассказывал о Ване, показывал его фотографии, которые бережно храню со студенческих лет. И вот мы с женой решили посвятить его памяти фильм — фильм об археологах, об экспедиции на остров Ахилла. Хотелось, чтобы люди, посмотрев фильм, прочитав посвящение, по-доброму вспомнили бы его, отдавшего жизнь за свободу и мир, за счастье людей».
Фильм «Орлиный остров» — это дань памяти Ивану Птицыну. Где-то на Урале живет его сын — Леонид Иванович Птицын. Очень хочется, чтоб этот рассказ дошел до него и чтоб узнал он о последней мобилизации своего отца.
А. Хорев
АНАТОЛИЙ БУРДЕНЮК, ШТУРМАН ЭКИПАЖА ГАСТЕЛЛО
На пятый день войны, 26 июня 1941 года, Советское радио известило мир о беспримерном подвиге экипажа капитана Гастелло.
Николай Францевич Гастелло посмертно удостоен звания Героя Советского Союза. Имя его стало символом беспредельной любви к Родине. Героическую судьбу Гастелло разделили лейтенант Анатолий Акимович Бурденюк, лейтенант Григорий Николаевич Скоробогатый и старший сержант Алексей Александрович Калинин.
Одному из отважных гастелловцев, нашему земляку-уральцу, воспитаннику Челябинского высшего военного авиационного училища штурманов лейтенанту Анатолию Акимовичу Бурденюку посвящается этот очерк.
ПУТЕВКА В НЕБО…Удивительной судьбы бывают люди! Прожив недолгую и, казалось бы, обычную для своего поколения жизнь, они оставляют в сердцах потомков неизгладимый след. Таков Анатолий Бурденюк, человек, родившийся в двадцать втором и погибший в сорок первом. Он прожил всего девятнадцать лет. Поступая в училище, он изложил всю биографию ровно в пятнадцати строчках.
Окончил училище Анатолий Бурденюк по первому разряду. Из пятнадцати предметов, вынесенных на экзамен, одиннадцать сдал на «отлично», четыре — на «хорошо». В карточке взысканий и поощрений — пять благодарностей: за учебу, за стрельбу, за караульную службу, за работу.
С такой путевкой в жизнь Анатолий Бурденюк вылетел в небо.
Лейтенант Бурденюк в течение трех месяцев проходил в резервном авиационном полку программу пилотирования самолета «ДБ-3». Здесь его характеризовали как человека, влюбленного в штурманское дело и хорошо его знающего.
«В воздухе работает уверенно, ориентируется хорошо, культурный, грамотный командир. На самолете «ДБ-3» налетал 5 летных часов 19 минут».
Николай Францевич Гастелло был к тому времени уже опытным, бывалым летчиком. Во время боев в Монголии, в районе реки Халхин-Гол, он водил по ночам тяжелые бомбардировщики в глубокий тыл японских захватчиков и наносил меткие удары по их коммуникациям, базам и боевым колоннам. Затем Гастелло участвовал в освободительном походе в Западную Белоруссию, громил с воздуха мощные укрепления на линии Маннергейма. Вооруженный ценным боевым опытом, он охотно передавал его молодым авиаторам.
Такому командиру, естественно, доверялись наиболее сложные задания. И штурманом в его экипаже мог быть, конечно, лишь отличный специалист, волевой и надежный, способный безошибочно вывести на цель самолет командира и, следовательно, всю эскадрилью. И не случайно капитан Гастелло остановил свой выбор на юном Бурденюке: он был именно таким.
Многое перенял Анатолий у капитана Гастелло за время совместной службы. Капитан был человеком общительным, душевным, внимательным к молодежи.
В первый день войны эскадрилья тяжелых бомбардировщиков Гастелло, поднятая по тревоге рано утром, бомбила врага в районе Брестской крепости, где стояли на смерть солдаты майора Гаврилова и полкового комиссара Фомина. В одиннадцать часов вечера Гастелло вернулся.
— Ну как? — спрашивали однополчане.
— Дали им дыма и огня! — отвечал капитан.
Боевые вылеты следовали один за другим. И всякий раз эскадрилья Гастелло наносила врагу большой урон. Лейтенант Бурденюк летал в эти дни в роли летчика-наблюдателя.
ОГНЕННЫЙ ТАРАН24 июня Гастелло получил взамен своей подбитой машины новую. На место раненого штурмана был назначен Бурденюк. 25 июня, когда экипажи на стоянке изучали боевую задачу, из-за облаков, нависших над аэродромом, неожиданно вынырнул вражеский самолет «Ю-88». Гастелло вскочил в свою машину на место стрелка. Мгновенно застрочил пулемет. Обнаглевший фашист пытался сделать еще заход. Но правый мотор его машины уже горел. Тогда гитлеровец пошел на посадку. Недалеко от аэродрома экипаж «юнкерса» был пленен нашими воинами. Гастелло говорил членам своего экипажа:
— Вот так их, гадов, бить надо и с земли, и с воздуха!
Наступило утро 26 июня. Гастелло получил задание разбомбить механизированную колонну противника на Молодечненском шоссе в районе местечка Радошковичи, где враг рвался к Минску. Штурман Анатолий Бурденюк разработал маршрут. Перед вылетом Николай Францевич обратился к своим боевым товарищам с краткой речью, которую закончил словами:
— Врагу не будет пощады!
…Вереницы вражеских танков и автомашин двигались на восток. Самоуверенные, упоенные первыми удачами, гитлеровцы держались беспечно и нагло.
Но вот из-за горизонта показалось звено советских бомбардировщиков. Не успели фашисты опомниться и рассредоточиться, как наши самолеты были уже на боевом курсе. Вот они над самой вражеской колонной. Нет, не зря у Бурденюка в училище была пятерка по бомбометанию! От первого же взрыва в воздух полетели вместе с землей обломки машин. Удар, еще удар!
Расстреливая из пулеметов растерявшихся гитлеровцев, самолеты стали отходить от цели.
Тут только фашисты опомнились. Видя, что группа самолетов невелика, они усилили зенитный огонь. Воздух расчерчивали десятки трассирующих снарядов. И вдруг ведущий бомбардировщик ослепительно вспыхнул.
Паника среди фашистов сменилась злорадством. Но рано торжествовал враг победу! В это время, после отчаянных и безуспешных попыток сбить пламя, командир принимает решение пойти на огненный таран. Происходит такой разговор.
Гастелло: Предлагаю оставить самолет.
Бурденюк: Предлагаете или приказываете?
Гастелло: Предлагаю решать самим… Штурман?
Бурденюк: Остаюсь.
Гастелло: Наблюдатель?
Скоробогатый: Остаюсь.
И, не дожидаясь вопросов, стрелок Калинин ответил:
— Остаюсь!
Самолет, словно раскаленный метеор, мчался по небу. Развернувшись на 180 градусов, он зашел с хвоста колонны и, поливая ее бензином из разбитых баков, всей своей многотонной тяжестью врезался в голову колонны. Оглушительный взрыв потряс землю. Окрестные поля озарились пламенем.
Спустя много лет, близ деревни Декшняны, в нескольких метрах от шоссе, были извлечены из земли два обгоревших мотора дальнего бомбардировщика «ДБ-3». Колосилась вокруг пшеница, цвел клевер, жужжали пчелы… Колхоз имени Гастелло готовился к жатве хлебов.
ПРАВО НА БЕССМЕРТИЕ…В торжественном строю застыли ряды пионеров 28-й средней школы города Челябинска. Горнист протрубил сбор. Вожатая Светлана Васильевна Пикуль читает детям ответ матери и сестры героя на письмо школьников:
«Дорогие ребята! Мы очень рады, что вы помните о нашем Толе и постараемся ответить на ваши вопросы.
Учиться Толя пошел шести лет, учился только на «хорошо» и «отлично». Много занимался спортом. Летом — плаванием, баскетболом, футболом, зимой — лыжами, коньками. Он был хорошо развит физически.
В школе Толя пользовался большим авторитетом среди ребят. Он охотно помогал отстающим и никогда не давал в обиду слабых.
Как сейчас мечта многих ребят — стать космонавтами, так в то время, когда учился Толя, мечтой мальчишек был Чкалов. Толе очень хотелось быть летчиком. Став штурманом, он был очень счастлив.
Толя был хорошим товарищем, запевалой многих хороших дел среди ребят. Дома он был незаменимым помощником старших, никогда никакой труд не считал зазорным. Веселый, неунывающий, всегда готовый прийти на выручку — таким мы знаем и помним нашего Анатолия».
