Не случайно именно осуждение и разоблачение этого сатанинского культа под названием "Холокост" вызывает наиболее яростные и ожесточённые, наиболее остервенелые нападки евреев на каждого, у кого достанет смелости на этот мужественный поступок.
В предваряющем книгу Юргена Графа слове ("От издательства"), сказано, что "Война против ревизионизма усилилась во второй половине 70-х годов и с тех пор не ослабевает. Полный список ее жертв занял бы не одну страницу. Назовем лишь тех, кто больше всего известен. В ФРГ это Тис Кристоферсен, автор книги "Ложь об Освенциме", вынужденный бежать в Данию, но и там его не оставили в покое: его дом сожгли, и сам он теперь скрывается. Это Манфред Редер, осужденный за то, что написал предисловие к книге Кристоферсена. Это доктор Вильгельм Штеглих, у которого за книгу "Миф об Освенциме" отобрали докторское звание, мотивировав это решение, как ни странно, законом, принятым при Гитлере. Во Франции это историк Франсуа Дюпра, которого убили в 1978 году; Мишель Кенье, которому студенты-сионисты бросили в лицо пузырек с серной кислотой; профессор Робер Фориссон, лишившийся кафедры в Лионском университете за то, что подверг сомнению существование т. н. "газовых камер". В сентябре 1989 г. его жестоко избили в парке г. Виши боевики из группы "Сыны еврейской памяти", сломали ему челюсть и несколько ребер. В Канаде это художник Эрнст Цюндель, осужденный в 1985 году на 15 месяцев тюрьмы за распространение брошюры Ричарда Харвуда "Действительно ли умерли 6 миллионов?" Второй процесс Цюнделя в 1988 году стал переломным моментом во всей истории ревизионизма. На этом процессе выступил с сенсационным докладом инженер Фред Лейхтер, который научно доказал, что те сооружения, которые демонстрируются в Освенциме в качестве "газовых камер", физически не могли использоваться для массового уничтожения людей.
Более широкий (в том числе: и в хронологическом плане) список жертв террора, развёрнутого евреями-сионистами в странах Северной Америки, Западной и Восточной Европы, я привожу в своих работах "ГУЛАГ Палестины" и "Мировой еврейский терроризм".
"Р. Фориссон, выступавший свидетелем защиты на этом процессе, писал потом: "Я непосредственно присутствовал при смерти мифа о газовых камерах". Смертельный удар этому мифу нанес Ф. Лейхтер. Наша пресса с чужого голоса обзывает его "фашистом", но он никакой не фашист, а человек совершенно аполитичный и просто честный специалист".
"Характерно, что главными "аргументами" в борьбе против ревизионистов являются судебные преследования и террор. Это наводит на мысль, что других аргументов у противников ревизионизма просто нет".
"Недавно во Франции вышла новая книга Роже Гароди "Основополагающие мифы израильской политики", также разоблачающая миф о "холокосте", что вызвало дикое озлобление в сионистских кругах. Р. Гароди фашистом уж никак не назовешь. Подобно одному из пионеров ревизионизма Полю Рассинье, он тоже участник Сопротивления и бывший узник гитлеровских концлагерей. Гароди был главным идеологом французской компартии (…)"
"В поддержку Гароди выступил и знаменитый во Франции аббат Пьер, которого благодаря его благотворительной деятельности в пользу бедных французы считали почти святым. Не бывать ему теперь святым — сионисты не позволят!"
О дискуссии по поводу термина "херем" и его возрождения Зелотами (что отражено в Списках Мертвого моря), можно узнать из книги: R. de Vaux, "Ancient Israel", New York: McGraw-Hill. 1972, pp.258–267. В психологическом отношении — вот комментарий к книге "Group-Fantasy of Martyrdom." ("Групповая фантазия мученичества") Journal of Psychohistory, Vol.6, No.2, Fall 1978, H. F. Stein, "The Psychodynamic Paradox of Survival Through Persecution", pp. 151–210: Защита религиозной терпимости на фоне кошмара "херема" (еврейского религиозно-реликтового "джихада": уничтожения всего живого: мужчин, женщин, детей, стариков, животных и растений) является проекцией проекции идей "херема", как если бы он совершался другими, или перенесения еврейской парадигмы и ее кошмарных предписаний на других. О проекции как особенности еврейского религиозного сознания писал и Фрейд, который характеризовал такую проекцию как феномен перенесения собственных намерений и собственной агрессивности на других, для оправдания собственных же безнравственных поступков.
Бунт Моисея против сатанинской, бесчеловечной природы культа закончился, как и в случае с Аврамом, моральным поражением. С тех пор иудейский культ безостановочно кочует между Иаковом и Моисеем, образуя устойчивый паттерн. "Моральные" заповеди ("не убий", "не укради", и т. д.), данные Моисею, имеют очень узкую сферу применения. Они распространяются только на межеврейские отношения. И поэтому еврей может (даже должен) без зазрения совести убивать неевреев, красть у неевреев, уводить жен неевреев, и т. п. (См., например, книгу "Шулхан Ахур")
Опуская исторические несоответствия и несостоятельные претензии на древность, подчеркнём главные черты, представленные через призму "вульгарного иудаизма".
Иудейский культ постоянно мимикрирует, притворяясь чем-то новым, вводя в заблуждение. Изначально кастовое общество (как в Индии), союз "иудейских" племен, создает социально-политическую базу своей религии предоставлением особых функций, а позже полномочий кастовому жречеству — левитам и коэнам.
Во времена Саула, Давида и Соломона шла ожесточенная идеологическая борьба между праведниками-израильтянами и левитами-иудеями: точно так же, как сегодня праведники осуждают зверства еврейских извергов в Палестине и во всем мире, а еврейские сионисты, со своей стороны, ведут оголтелую идеологическую пропаганду, пытаясь нейтрализовать всех, кто выступает против их глобальной цензуры и власти. Пророки Илья, Елисей, Амос, Осия, Натан гневно осуждали кровавый культ левитов, прозрачно намекая на то, что те поклоняются не Богу, а Дьяволу. В самой важной для Левитов книге Ветхого Завета, в книге Иезикеля, где он отвечает на обвинения Иеремии, косвенно признаётся, что иудеи поклоняются не светлой, а темной силе (Сатане?). Доказывая, что не левиты придумали заповедь принесения в жертву первенцев, сынов и дочерей, но сам бог дал такой наказ, он признает, что этот приказ демонический, а не божественный, но объяснения ему никакого не дает. Слова, приписываемые Иезикелем богу, полны садистской, сатанинской одержимостью: будете есть человечину и запивать человеческой кровью, говорит еврейский боженька наставляемым им на людоедство диким зверям. Критика израильтянами иудеев идет по этой и по другим линиям. Осуждению пророков подвергались несправедливости, чинимые левитами, их беззакония, доктрина "избранного народа" ("Не таковы ли, как сыны Ефиоплян, и вы для Меня, сыны Израилевы? — говорит Господь"), безмерная жестокость левитов ("Ибо я милости хочу, а не жертвы"), их кровавые ритуалы. Из многочисленных источников мы узнаем, что даже при жизни пророка Михея и в эпоху Милея ("Милей": особое ритуальное слово, связанное с эпохой Второго Храма) левиты все ещё требовали принесения в жертву Богу не только животных, но и людей: всех первенцев. В жутком иудейском Храме кровь текла рекою: кровь животных и кровь человеческая. Иудейское вуду вызывало отвращение и ужас окружающих народов.
В 1885 году американская реформаторская синагога в Питсбурге впервые заявила о своем отказе от человеческого жертвоприношения. Однако, ортодоксальная синагога отказалась поддержать реформаторскую, и не отреклась от этой жуткой заповеди и поныне…
Но даже декларация отказа от жертвоприношений сама по себе мало что значит, т. к. не убирает символической, эзотерической сущности еврейской парадигмы, целиком построенной на заповеди кровавой жертвы.
Приведём энциклопедическую статью — с небольшими сокращениями: КЕЭ, том 2, кол. 501–506:
ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ (קָרְבָּן, корбан, мн. число קָרְבָּנוֹת, корбанот), форма религиозного культа, существовавшая в религиях древнего мира; преследует цель установления или укрепления связи личности или общины с божеством путем принесения ему в дар предметов, обладающих реальной или символической ценностью для жертвователя. Широкое распространение жертвоприношения свидетельствует о том, что оно отвечало глубоким психологическим потребностям людей древних цивилизации. Вплоть до разрушения Второго Храма жертвоприношение являлось основной формой еврейского культа.
Обычай жертвоприношения восходит к глубокой древности. Остатки антропоморфных представлений встречаются в Библии в виде таких выражений, как "благоухание, приятное Господу" (Лев. 1:17; 2:9 и др.). (…) обычай жертвоприношения (…) в еврейской религии становится выражением покорности и благодарности Богу, но главным образом — основным средством искупления грехов и очищения от скверны. Ритуальное заклание животного (…) следует, по-видимому, рассматривать как символическую замену жертвования собственной жизни. Возлагая руки на голову животного, жертвователь символически переносил на него свои грехи.
