Читаем без скачивания Здесь слезам не верят - Евгений Щепетнов

Только секунд через пять до него дошло – кто-то рядом, на пределе слышимости сказал: «Совсем обнаглели! Парня чуть не сбили! Ездят по пешеходной зоне, как у себя по аулу! Она начала снимать на телефон, а этот гад телефон отобрал и шмякнул об асфальт! А ей по морде накостылял! И куда полиция смотрит?!»

Ответа собеседника Сергар уже не слышал. Он шагнул к месту конфликта, но не успел, шустрая старушка, которую нельзя было заподозрить в наличии излишнего здоровья и спортивной тренированности, успела раньше. Подскочив к здоровяку, она вцепилась в его руку, отяжелевшую с возрастом (мужчине было на вид лет пятьдесят), но еще сильную, толщиной с ногу той девицы, которую он избивал, и, повиснув на запястье, возмущенно, глотая слова от волнения и ярости, крикнула:

– Что вы делаете, негодяй?! Прекратите сейчас же! Как можно бить женщину?! Подонок!

Мужчина легко стряхнул с себя старушку, будто отцепил царапающий кожу, но абсолютно безопасный репей, а когда старушка вновь кинулась в атаку, уперся рукой ей в лицо и толкнул – так, что ноги женщины оторвались от мостовой и она со всего размаху, стукнувшись головой о брусчатку, упала на спину и затихла, глядя в небо неподвижными, стекленеющими глазами.

«Похоже, что старушке конец», – отвлеченно подумал Сергар, ноги которого несли его к месту схватки. Нужно было успеть – если бабулька еще жива, влить в нее снадобье, которое лекарь всегда носил с собой, поколдовать, дав толчок силам организма, заставив их запустить процесс регенерации.

Тот, кто избивал девушку, воспринял стремительное приближение нового персонажа как нападение. Он что-то буркнул парням, стоявшим у него за спиной, и те пружинистым, скользящим шагом шагнули навстречу лекарю, разворачиваясь для атаки.

Сергар мгновенно включился в боевой режим, не думая, не рассуждая, он видел лишь цель – ему нужно подойти к старухе, пока та еще дышит, и влить в нее снадобье. Вольет, затем направит поток магической энергии, и женщина будет спасена.

Людей, которые бросаются на помощь обиженным, даже если обидчик весит раза в четыре больше и превышает защитника в росте на полторы головы – надо уважать. И почитать. Смельчаки, которые ради другого человека, ради справедливости бросаются в бой, не думая о смерти, заслуживают жизни. И дай бог, чтобы их было побольше в любом из миров. Без них мир становится тусклым и гадким, как помойка, на которой обитают лишь крысы вроде убитого Сергаром негодяя Черена, бандита Вампира и продажного монстра-участкового, помощника черных риелторов, обманом отбирающих квартиры у несчастных обманутых людей.

Парни были не выше Олега-Сергара, но гораздо массивнее – сто двадцать килограммов тренированного молодого мяса. То ли бывшие борцы, то ли от природы могучие, железом спортзалов доведенные до совершенства – они надвигались на Сергара, как два айсберга на утлую яхточку, волей ветров занесенную туда, где волны разбиваются о синие бока громадных ледяных глыб.

Первый ухватил мага за левую руку, останавливая, собираясь что-то сказать, но Сергар, не размышляя ни доли секунды, закручивающим движением поднял великана в воздух и с размаху шваркнул его о камни мостовой, следя за тем, чтобы этот бык не придавил бесчувственную (или мертвую?!) бабульку. После удара о мостовую телохранитель уже не поднялся, так и остался лежать – с неестественно вывернутой правой рукой и задранным к нему подбородком, под которым отчетливо виднелось яркое красное пятно.

Когда Сергар успел ткнуть в горло противнику сложенными вместе пальцами правой руки, он и сам не знал. Успел. Как обычно.

Все эти связки движений давным-давно отложились в памяти так, что забыть их было невозможно. И, кроме того, он регулярно, каждый день, хотя бы по часу, но повторял все движения боевого «танца» – не для того, чтобы кого-то убивать, лишь для здоровья тела, для концентрации мыслей. Все упражнения боевого комплекса имели двоякое значение – и защита мага от неожиданно нагрянувшего на позиции коварного противника, и развитие магических способностей боевого мага, тренировка его концентрации, способности высвободить аккумулируемую магическую энергию. Развитие, расширение «хранилища» магической энергии, со слов преподавателей, находившегося в теле мага где-то в животе, чуть выше пупка.

Ион по этому поводу всегда говорил, что в этом месте у него всегда скапливаются дурные, в высшей степени вонючие газы, и потому его магия грязная, вонючая, как эта война и все командиры подразделения, в котором служат боевые маги. И вообще – все руководство страны, вплоть до императора, редкостного болвана, который доведет до беды всю империю и самого себя лично. И он был прав. Все кончилось очень, очень дурно – император закончил свою жизнь страшно, мучительно, оставив страну лежать в полнейшей разрухе, раздираемую жадными руками захватчиков, зараженную смертельно опасными магическими зонами. Сергар вспоминал его предсказание не раз и не два, лежа в норе под остатками здания, прислушиваясь к бормотанию и визгу живых мертвецов.

Второй телохранитель едва не сломал Сергару шею – его профессиональный, отработанный удар сверху вниз ребром ладони был нанесен в тот момент, когда лекарь вливал старушке несколько капель из темного стеклянного пузырька, массивного, сделанного из небьющегося стекла. Сергар успел уклониться в самый последний момент, и рука нападавшего больно стеганула по уху, вскользь ударив в плечо и едва не выбив драгоценное снадобье из руки.

На то, чтобы закрыть крышку, ушло около половины секунды, затем Сергар распрямился как пружина, легко остановил подошвой ноги направленный в пах удар, и коротким, точным, почти не видимым наблюдателю ударом в область шеи вырубил противника – тот обмяк как тряпичная кукла и улегся на мостовую рядом со своим напарником.

А потом пришел черед того, кто затеял драку – мужчина с неподдельным удивлением и явным возмущением наблюдал за происходящим, и когда второй телохранитель пал, будто срубленное топором лесоруба вековое дерево, попытался восстановить справедливость так, как он это понимал, – бросился на Сергара, как атакующий бык.

Скорее всего, он и вправду когда-то занимался спортом, каким-то видом единоборств, потому что при всей своей тучности двигался довольно быстро и был уверен в своей победе. Хотя стоит заметить, что это было очень глупо – если уж пали твои телохранители, молодые, умелые, тренированные – ты-то куда лезешь, с твоим лишним весом и сединой, полученной не от переживаний, а от прожитых лет, делающих мускулатуру вялой, совсем не такой, какой она была лет в двадцать – двадцать пять, на пике своей телесной мощи?!

Но мужчина почему-то об этом не подумал. Может, потому, что он привык всегда главенствовать над людьми, быть сильнее их, жестче и злее, а может, потому, что видел перед собой молоденького хлыща-красавчика, «мажорчика», само собой – неспособного оказать достойное сопротивление. «Гламурного педика», который в штаны наделает от одного лишь вида настоящего джигита.

Не наделал. Мягким движением пропустил агрессора мимо себя, а затем с громким шлепком – будто с крыши дома сбросили мешок картошки – уложил мужчину на мостовую, хорошенько приложив затылком о брусчатку. После такого броска негодяй не поднимется на ноги в ближайшие полчаса, и этого получаса Сергару хватит, чтобы сделать то, что он задумал.

Устранив помехи лечебному процессу, Сергар принялся колдовать, практически полностью отключившись от окружающей действительности и войдя в состояние лечебного транса. Он потянул из Океана Силы порцию магической энергии, хлынувшей в его тело бурным потоком, и начал, как живой насос, перекачивать его в едва дышащую старушку, под затылком которой расплывалась красная лужица. Женщина вздрогнула, тело ее выгнулось дугой, забилось в серии мелких, волнообразно накатывающих судорог, а потом старушка затихла, закрыв глаза и прерывисто дыша – словно в юности, пробежав дистанцию три километра во время районного соревнования по бегу, на который ее выставил школьный физрук, проча Настеньке большое будущее.

Маг не видел, не осознавал ничего из того, что происходило вокруг него, сосредоточившись на процессе лечения, и когда кто-то схватил его за плечо и дернул вверх, не вставая с колен он автоматически перехватил руку нападавшего и, вывернув ее специальным образом, метнул нападавшего в воздух, не думая о том, что может повредить этому человеку. Главное было – удержать на краю пропасти женщину, достойную жить. А все остальное потом. Разберется!

Второй полицейский попытался огреть Сергара резиновой дубинкой, именуемой в просторечии «демократизатором», и тоже потерпел полное фиаско – и этот полицейский покатился по мостовой, а дубинка осталась в руке Сергара.

Если что он и умел, так это воевать. И не здешним увальням, привыкшим полагаться на механизмы, на свои жалкие пистолеты и резиновые дубинки, нападать в рукопашном бою на боевого мага – таких, как эти парни, ему надо штук пять для того, чтобы они смогли что-либо с ним поделать. Впрочем, скорее всего, если бы была такая возможность – грабер бы убежал, только дурак будет сидеть на месте и ждать, пока эти самые пятеро навалятся на него скопом, задавив дурной массой, против которой, как известно, нет никакого приема кроме одного – не попадаться под ноги этой самой толпы.