Когда я смотрю вокруг себя, то вижу множество сизифов, толкающих свои камни на свои вершины. У меня такое чувство, что сейчас, в ноябре, камни их особенно тяжелы. Они начинают свою работу утром, когда еще темно, а заканчивают ее, когда на дворе уже темно. У них тоже нет депрессии. Хотя, по идее, должна быть. В наше время Интернета и глобальной информатизации все так же трудно рассчитывать на деликатность зевсов. Зато сизиф может купить в аптеке прозак.[7]
Искренне Ваш,
ЯЛВ
Варшава, понедельник
Библия стоит в моем в кабинете на одной из верхних полок. Стоит там с тех пор, как мне подарили ее много лет назад, в день первого причастия. Я прочитала ее один раз, а теперь мне достаточно того, что она просто есть. Разве это не свидетельствует о ее «особенности»? Одно то, что она есть, дает ощущение защищенности. Все в ней было описано и рассказано. Добро есть добро, а у зла только одно имя. Так, должно быть, думают те, кто, как и я, находит ее во время отпуска в одной из тумбочек в бунгало, в Парке Крюгера в ЮАР или за Полярным кругом в Рованиеми. Частенько она сопровождает тех, кто оказывается в одиночестве в гостиничных номерах. Спутница одиночества. Вспоминается рассказ Рышарда Капущинского,[8] где описывается, как во время одного из африканских мятежей он оказался в покинутой всеми гостинице. Кроме него там был только дым от его сигарет. Табачный дым в тот момент стал его ближайшим другом. Так и с Библией. Это надежный спутник в моменты абсолютного одиночества. Она вселяет надежду и помогает найти решение в самых безвыходных ситуациях. Порой даже алкоголику нужно знать, что дно, которого он достиг, означает для него проклятие. Нередко дно оказывается единственным спасением: от него можно оттолкнуться. Не об этом ли думал Сизиф, взбираясь на вершину и забывая на полпути про дно? В некотором смысле так же было и с прозаком. В наши дни кратковременное счастье можно купить в аптеке, и для многих из нас сделать это гораздо проще, чем ежедневно бороться за него. Однако когда тебе начинает казаться, что ты счастлив, что наконец настало то, чего тебе хотелось, ты неожиданно снова получаешь обухом по голове. Прозак, должно быть, замысливался как средство от сизифова труда. Но ничего из этого не получилось, да и не могло получиться. Как только прекращаешь глотать «таблетки счастья», тебя тянет к окну, чтобы выброситься.
С уважением и уверенностью в том, что если в жизни имеют ценность лишь мгновения, то иногда и счастью можно пожелать спокойной ночи.
МД
P.S. В связи с этим письмом я нашла, вернее, отыскала бестселлер американского сексолога Рут Вестхаймер «Неземное наслаждение — любовь и секс в еврейской культуре». Автор этой книги рекомендует читать Ветхий Завет желающим узнать о сексуальных удовольствиях. Она убеждена, что Бог является лучшим доктором в вопросах секса, а Библия — учебником любви. Свои смелые взгляды Вестхаймер объясняет также и тем, что в иудаизме сексуальность никогда не считалась грехом. Напротив, в ней видели именно ту ценность, которая помогает скрепить семью и супружеские отношения. Интерпретировав специально подобранные цитаты, доктор доказывает, что иудаизм никогда не запрещал заниматься сексом и тем более говорить о нем. Именно поэтому, считает Вестхаймер, на каждом ночном столике и в каждой, даже третьеразрядной американской гостинице у постели лежит Библия. В любой момент ее можно взять в руки. За свою многолетнюю практику доктор Вестхаймер часто обращалась к Ветхому Завету. Для нее также никогда не имело значения, какой религиозной конфессии принадлежит пациент. Она не замечала, чтобы у протестантов, католиков и мусульман были какие-то разные проблемы. Впрочем, если еврейка пожалуется раввину на то, что у нее не складывается сексуальная жизнь с супругом, пишет Вестхаймер, то, скорее всего, она может рассчитывать на развод. Католичкам это не светит. В других религиях секс часто выходит за рамки репродуктивной функции и призван, прежде всего, доставлять удовольствие. Тот же, кто читает Библию, имеет меньше всего шансов приобрести невроз, связанный с сексом. В заключение Вестхаймер так интерпретирует первую строчку Евангелия от Иоанна: в начале было слово, и звучало оно — «секс». И добавляет, что слово «секс» должно употребляться как эквивалент слова «познание».
Спокойной ночи.
P.P.S. Пани профессор в возрасте восьмидесяти с небольшим лет отправилась в Израиль на поиски очередного мужа. Недавно овдовевшая, она охотно отдаст свое сердце и тело партнеру намного моложе себя. Удовольствие превыше всего.
Франкфурт-на-Майне, вторник, вечер
Что может произойти во время встречи проститутки с монахиней за бокалом шампанского? Ничего особенного. Во всяком случае, для меня. Как это часто бывает с женщинами, они разговаривают о мужчинах и о любви. Монахиня Мария Борджиа (75 лет) говорит о том, насколько важен в ее жизни мужчина по имени Иисус, в то время как Ванесса (23 года) из ночного клуба «Бель Ами» в Берлине рассказывает, как важны для нее те мужчины, которых она встречает, и как важно для нее то «счастье, которое она им дает».
Их встреча организована высокотиражной бульварной немецкой газетой. На фотографии, запечатлевшей эту встречу, Ванесса и Мария чокаются бокалами с шампанским. Блондинка Ванесса в прозрачном боди, у нее длинные пальцы с французским маникюром, ее лица практически не видно за пышными волосами. Волосы монашки собраны под черной шляпкой без полей, ее пальцы худые и морщинистые, а улыбка — как у женщин с картин Тулуз-Лотрека. Именно это и поразило меня в той фотографии. Анри де Тулуз-Лотрек очень часто рисовал парижских проституток. Впрочем, не только рисовал. Его биографы насчитали по крайней мере пять парижских борделей, в которых он снимал комнаты и жил. Своими картинами он часто расплачивался за крышу над головой, за секс и за вино — короче, за все то, чем его угощали эти дамы. Благодаря этому он прекрасно знал атмосферу публичных домов и с непревзойденным мастерством, шокируя и вызывая скандалы, увековечивал ее на своих полотнах. Его картина под названием «В салоне»,[9] на которой изображены проститутки в ожидании клиентов, вошла в канон живописи конца XIX века, а Лотрека окрестили «социологом проституции».
Монахиня Мария Борджиа на той фотографии восхитительно прекрасна. Если бы передо мною встал выбор, провести вечер при свечах с Ванессой или с Марией, я бы без колебаний выбрал Марию. И чтобы это были свечи в ее монастыре.
Сам факт встречи и разговора обеих женщин свидетельствует о том, что экуменизм возможен. И если уж он мог состояться в — будем называть вещи своими именами — борделе, то что уж говорить о конференциях епископов, архиепископов или кардиналов!
В а н е с с а: Я занимаюсь любимым делом. Секс доставляет мне много радости. А ты… неужели тебе никогда не хотелось секса?
М а р и я (спокойно): Когда мне исполнилось двадцать лет, я выбрала себе в спутники жизни Иисуса. Он никогда меня не подводил. Теперь я стараюсь помочь другим людям.
М а р и я: Сколько времени длится… ну, такое свидание двух людей друг с другом?
В а н е с с а: Некоторым мужчинам нужен не секс. Часто бывает, сижу с ним всю ночь и разговариваю. И ничего за это не беру. Они платят только за то, что происходит в постели.
М а р и я: Может ли от такой встречи возникнуть… союз?
В а н е с с а: Нет, в моем конкретном случае нет. Я не влюбляюсь в клиентов. Но с моими подругами такое случалось.
М а р и я: Что для тебя значит Бог?
В а н е с с а: Я верю в Бога. Хожу в церковь. По воскресеньям не работаю здесь.
М а р и я: Но ты грешишь. Ты совершаешь тяжкий грех.
В а н е с с а: Не может быть, чтобы то, что я делаю, было только злом. Я несу радость многим людям.
М а р и я (после недолгого раздумья, спокойно): Я не могу так воспринимать твою работу. Я бы предпочла, чтобы ты пошла другим путем.
Чем не экуменизм? Католичка с католичкой! За шампанским! Вы так не считаете? Я, например, считаю. Это, по-моему, именно тот самый путь, которым должна идти Церковь. В ногу с Марией Борджиа, которая без колебаний вошла в бордель и выпила с Ванессой шампанского. Потому что она полагала, что нет таких мест, в которых слова: «Я бы предпочла, чтобы ты пошла другим путем», были бы некстати.
Мария Борджиа, 75-летняя немецкая монахиня с лицом как на картинах Тулуз-Лотрека, восхитила меня. Тем, что она вошла в публичный дом, она доказала убедительнее, чем тысячами проповеднических поучений, слетающих с амвонов каждое воскресенье, что для разговора о любви все места хороши. Потому что, в сущности, все дело в любви. У всех любовь на первом месте. И у монахини, и у проститутки, и у клиентов этой последней. Из исследований датских социологов, недавно опубликованных в американском научном журнале «Psychology Today», однозначно следует, что проститутками становятся те, которые в детстве были обделены любовью. То же самое касается и мужчин, подсевших на посещение борделей. И только очень немногим из них нужно, чтобы любовь пришла к ним в шапке Санта-Клауса, с полиэтиленовым мешком на голове или в сапогах со звенящими шпорами.
