Читаем без скачивания Союзники - Норман Сеймон

- Ладно, хоть в чем-то мы еще можем им помочь, - вздохнул шаман. - А скоро восьмилапики сами нас охранять будут. Только так, наверное, в этом мире и могут выжить люди.

- Давай есть, - предложил степняк. - А то девочки, наверное, уже заканчивают. Это у них первый раз - столько добычи, да сами убили. Не объелись бы.

Но волновался Эль напрасно. К его удивлению, обе восьмилапки едва притронулись к одному из убитых самцов. Ни степняк, ни Питти не стали их расспрашивать: по излучаемой ими угрюмости было понятно, что аппетита у охотниц не хватает. Урма и Глуви даже успели раскидать несколько достаточно крупных камней, из-под которых высовывался краешек плота.

Когда вход в подземелье еще не был завален, обитатели Монастыря часто путешествовали по реке. Окончание войны со смертоносцами застало многих из них в долине, что находилась выше по течению. Приплывшим сюда людям потребовалось немало сил и времени, чтобы проделать хоть маленький проход в каменном нагромождении. Плот пришлось оставить в реке - друзья прекрасно знали, что за столь долгий период зубы слепых рыб, населяющих реку, превратили его в щепки. Но под камнями скрывались и другие плоты, один из которых теперь требовалось извлечь.

- Вижу шест, а рядом, кажется, еще один, - показал рукой Питти. - Плот, кажется, расколот, но это поправимо. - А уместимся все? - усомнился Эль.

«Вы можете сесть на нас, - подсказала Глуви. - Все равно рядом с водой мы уж лучше не будем шевелиться».

Смертоносцы боялись воды, не доверяли ей. Чуждая стихия делала их беспомощными, да к тому же и глухими, ведь слышали пауки через волоски на ногах. Питти опять припомнил, как восьмилапые на воздушных шарах опускались к самой воде, чтобы попытаться спасти от речных чудовищ своих союзников-людей.

Совместными усилиями плот удалось очистить, заново связать паутиной и боком просунуть через щель между камнями к воде. Эль и Питти, кряхтя и толкаясь, едва не упустили скрепленные бревна вниз по быстрому течению, но наконец ухватились понадежнее за нависающие скалы и позвали паучат.

Первой, конечно, пролезла Урма, и смело, хотя в то же время очень осторожно, забралась на плот. На нее тут же залез шаман, а рядом пристроилась Глуви. Эль тоже занял свое место на твердой спине и, вздохнув, уперся шестом в низкий потолок. Двигать достаточно тяжелый плот навстречу течению вдвоем оказалось занятием не столько сложным, сколько медленным. Время, казалось, остановилось, паучата отчаянно скучали, люди потели.

- Может, там все засыпало? - спросил, тяжело дыша, Эль. - По-моему, уже должен быть виден свет. - Толкай, - глухо посоветовал шаман. - Все равно деваться некуда.

Эль с тяжелым вздохом последовал этому совету и через некоторое время все-таки увидел впереди легкое мерцание. Зал, точно такой же, как и первый, только не заваленный камнями, ждал их впереди. Нет, здесь все было в порядке, и, пролив еще столько же пота, путешественники дотянули плот до выхода из тоннеля.

Глуви, с облегчением выпростав из-под себя несколько лап, зацепилась за камни. Питти, Эль, а затем и Урма перешли на берег. Здесь их ждали: в середине зала, нерешительно скаля клыки, топтались два гигантских человекообразных создания. Великаны - еще одна раса мутантов, пережившая гибель Монастыря.

Мутант Бияш, Хозяин подземелья, помог сохраниться этим сильным, но слишком добрым и глупым существам в самой изолированной горной долине. Скалы и Пчелиное ущелье не позволяли попасть сюда хищникам, которые неминуемо уничтожили бы странный народ. - Мы друзья, друзья Бияша! - медленно пошел к ним шаман. - Бияш, Бияш! Дружба, дружба! Гиганты перестали рычать, один из них стремглав выбежал на каменную лестницу сквозь открытую высокую дверь с тремя крепкими засовами. Эль приближался медленнее, стараясь держаться между великанами и паучатами. Однако редко видевшие прежде смертоносцев жители долины не проявили по отношению к восьмилапкам никакой враждебности. Первым наверх поднялся Питти. Выйдя из пещеры, он тут же оказался нос к носу с детенышем гигантской расы. Со времени их последней встречи мальчуган сильно подрос и теперь почти сравнялся с шаманом, однако был гораздо шире в плечах. - Япыпы! - радостно закричал он. - Япыпы!

- Я тоже рад тебя видеть, Уауа, - довольно холодно ответил Белка, стараясь не позволить себя обнять. - Тебя не ищут мама с папой? -Япыпы!

«Тебе не нужна помощь? - поинтересовалась показавшаяся из прохода Урма. - Ты можешь ответить?»

- Могу… - полузадушенно прохрипел шаман, все-таки не избежавший цепких лап. - Нет, он скоро сам успокоится… - Идемте к стоянке, - предложил Эль, не обращая внимания на приключения Питти. - Ничего с ним не случится.

Паучата проследовали за ним. Великаны не имели своего поселения, место их постоянного жительства было обозначено лишь широким кругом вытоптанной травы. Последние из племени Пожирателей Гусениц, самые дикие из всех степняков, тоже не видели смысла в устройстве жилищ, зато их угол поляны украшало кострище. Все племя куда-то отлучилось, но два человека сидели на земле, насаживая маленьких рыбок на длинные тонкие прутья. - Клира! - позвал Эль.

Девушка, такая же беловолосая и низкорослая, как он, подняла голову и с криком вскочила на ноги. Пожиратели Гусениц слишком давно не видели паучат, и теперь степнячка их не узнала. Зато сидевший рядом с ней Сторк сообразил, в чем дело, и расхохотался. -Привет, Эль! Зачем пожаловал? - Да вот, решили взглянуть, как вы тут живете.

- Отлично! - Сторк заметно пополнел и, казалось, действительно был всем доволен. - Гораздо лучше, чем в Монастыре! Здесь просторнее, и ветров таких нет, и змеи не ползают, и… - Он чуть было не сказал «пауки не бегают», но вовремя осекся. - Отлично. Эти великаны за все время никого не обидели. - А разведчиков посылаете? - строго поинтересовался Эль. - К пчелиному гнезду? Каждый день. Но там все спокойно, полосатые гудят себе и гудят.

- Только их еще больше стало, - заговорила, наконец, Клира. - Сходи, посмотри. И само гнездо больше. - Еще больше? - поразился охотник.

Когда путешественники первый раз увидели пчелиное обиталище, оно уже было гигантским. Травяные пчелы, каждая длиной в локоть, а то и больше, возвели удивительное здание, изобилующее нелепыми башенками, ненужными карнизами и тысячами входов. Анза-старший, способный, как и все смертоносцы, импульсами воли отгонять насекомых, попытался избавить себя и спутников от навязчивого внимания полосатых строителей. Результат случился совершенно обратным: рой испугался. Коллективное сознание пчел, сформированное из множества слабых разумов, оказалось способным к самостоятельным действиям.

Атака пчел едва не стоила путешественникам жизни. Все вместе эти насекомые представляли собой ни с чем не сравнимую силу. Не рассуждающие, бесстрашные, готовые погибнуть по воле роя, они ринулись в атаку, даже не замечая жалких попыток смертоносца их парализовать. В тот раз отряду удалось спастись в подземелье, но история на этом не кончилась. Рой запомнил их, рой испугался и, по словам шамана, сошел с ума. После этого он стал развиваться.

Пчел становилось все больше, гнездо их постепенно перекинулось с одной стороны ущелья на другую, а потом и вовсе заняло все пространство между скалами. Именно тогда вход в долину великанов был окончательно перекрыт. Теперь рой никогда не спал по ночам полностью, к тому же вывел новую, бойцовскую породу пчел-воинов, всегда готовых сразиться с неосторожно приблизившимся существом.

Девочка Лола, необычайно одаренная ментально, смогла наладить с роем контакт и даже подружиться с ним. Пчелы любили сладкое, и она приносила ягоды - слишком просто, чтобы до этого мог бы додуматься Питти. Лола, родившаяся в далеких Песчаных Пещерах, происходила из семьи Великих Пси, согласно легенде - древних основателей Монастыря, а значит, подвергшихся мутациям, которые вызвал Зеленый Огонь. Подчиняясь ее просьбе, пчелиный рой напал на Армию, пришедшую из Города Пауков. Почти все смертоносцы и огромное количество людей были убиты.

Теперь малышка просила проведать рой, посмотреть, что там происходит. Некоторые травяные пчелы в поисках сочной зелени долетали и до Монастыря, но Лоле не удавалось там заговорить с роем - нескольких насекомых было для этого слишком мало.

- Да, обязательно сходим. Вот только отдохнем немного - мне показалось, что в реке течение усилилось.

- А паукам не надо бы туда ходить, - предостерег Сторк. - Ты же помнишь, как пчелы их кромсали… У вас-то какие новости?

- Никаких, - ответил подоспевший шаман, сильно помятый возлюбившим его детенышем. Тот все еще держал Питти за руку. - Как вы справляетесь с Уауа? - Да он к нам не пристает… И вообще-то, его Япыпы зовут, он сам так говорит. - Япыпы! - подтвердил великанчик, ударяя себя кулаком в грудь.

Шаман вспомнил, как пытался когда-то подружиться с малышом и говорил, указывая на себя: «Я - Питти!». Кое-что тот все-таки сумел усвоить… Оглядевшись, Питти махнул рукой паучатам, чтобы присели пока здесь. Обе восьмилапки послушно подогнули под себя конечности. - Когда племя соберется?