— Пойдем, конфетка.
Молодой оборотень дожидался у квартиры. Гудини нетерпеливо проверил сохранность заклинаний и распахнул дверь в жилище. Подтолкнув девчонку вперед, кивком сообщил охране, что больше не нуждается в них.
Гудини с облегчением сбросил тяжелый кожаный плащ — волки тащились от кожи и меха, приходилось одеваться, как требовал работодатель, даже в жару.
Одурманенная девчонка статуей замерла посреди комнаты.
— Сними куртку, — приказал Пушнев. — Умница. Теперь сними топик.
Упругая девичья грудь маняще просвечивала сквозь кружевной белый бюстгальтер. Ух! Как он обожал трогать упругие холмики в таких роскошных лифчиках! Колдун сглотнул, продолжая наслаждаться своей выдержкой.
— Пойдем, — его хватало на то, чтобы не наброситься на нее сразу в прихожей, но не полапать ее за грудь он не мог.
Открыв дверь в святую святых, колдун хлопнул в ладоши — черные свечи послушно зажглись, осветив спальню. Усадив гостью на кровати, Гудини поспешил освежиться в ванную.
Оставшись одна, Кристина сбросила маску зачарованной нимфетки и с интересом огляделась.
Она впервые оказалась в жилище колдуна, практикующего запретные чары.
Комната обставлена в готичном стиле. Похоже, работа наложила на Гудини глубокий отпечаток. Громадная кровать под темно-бордовым балдахином, черное шелковое постельное белье. Тяжелые бархатные шторы чернильного цвета плотно закрывали окно. Отлично, значит, восходящее солнце не испепелит ее на месте.
Кроме кровати, в спальне находился высокий книжный шкаф и стеллаж с ритуальным оружием и магическими игрушками хозяина. Последнее и привлекло внимание вампирессы.
Девушка внимательно оглядела находку и сморщила нос. Или колдун прячет самое ценное в сейфе, или его коллекция — дешевка, рассчитанная на то, чтобы пустить пыль в глаза непосвященным. Единственно стоящая вещь — длинный нож с посеребренным лезвием. Бедняга Гудини, помешан на глупой атрибутике смерти…
Взяв человеческий череп, используемый как подсвечник, в правую руку, Крис трагично вздохнула и с пафосом прошептала:
— Быть или не быть — вот в чем вопрос…
Чуткие уши услышали торопливые шаги. Интересно, в черном или алом халате появится хозяин спальни? Наверное, в черном.
Крис проспорила сама себе — колдун возник на пороге спальни в костюме Адама.
— Соскучилась, конфетка? — Гудини почти мурлыкал, взирая на полуголую красотку на его постели.
При виде покрасневшего от вожделения лица колдуна ее охватило отвращение. Наверное, когда-то Гудини был симпатичен, симпатичен до тех пор, пока кто-то сломал его мясистый длинный нос.
Обхватив вялую девушку за плечи, он толкнул ее навзничь и устроился сверху.
— Сладенькая… какая же ты сладкая, конфетка, — бормотал мужчина, целуя безучастную жертву в шею.
Откинув ее руки вверх, он переместил свое внимание на ее декольте. Проклятый бюстгальтер открывался сзади… Просунув руки под гибкую спинку, Гудини завозился с застежкой. Когда она поддалась, колдун предвкушающе прошептал:
— Что я с тобой сейчас сделаю…
И ощутил удавку на своем горле.
— Нет, это я с тобой сделаю, — возразил холодный голос.
Рывок — его перекрутило так быстро, что затошнило.
Вцепившись в удавку, Гудини захрипел, пытаясь сделать глоток воздуха. Ему удалось. Когда темнота перед глазами отступила, колдун понял, что лежит на спине. А сверху восседает разъяренная вампирша.
— Помнишшшшь меня? — прошипела Крис сквозь выдвинувшиеся клыки.
— Нет, — простонал Олег, с ужасом вглядываясь в оскаленную морду твари, которой оказалась его барби. — Кто ты?! Ты не человек?! Но почему я это не почувствовал?
— Я не человек! — перекривила его Кристина и злорадно добавил: — Фокус-покус, Гудини! Я — вампир!
— Что ты хочешь от меня?! — колдун лихорадочно призывал силу.
Но магия впервые не ответила ему. И он понял, что удавка имеет антимагические свойства.
— Ты убил моих родителей, ссссволочь! — тонкая рука с длинными когтями хлестко приложилась к щеке мужчины. — Пятнадцать лет назад ты снял защиту с дома моих родителей! И вампиры всех убили!
Тень узнавания мелькнула на лице Гудини. Он побледнел, но спокойно солгал:
— Я не хотел выдавать Николаева. Вампиры взяли в заложники моих детей…
— Ложь! У тебя нет детей! И никогда не будет, — зловеще пообещала вампирша и потянулась когтистой рукой вниз.
Лоб колдуна покрылся потом.
— Нет! Не надо! Я все расскажу, только не это!
— Мне нужны имена. Какой «руке» поручили ликвидацию моей семьи?
— Если я отвечу, ты отпустишь меня? — Гудини осторожно покосился на прикроватный столик, в ящике которого хранил пистолет, заряженный серебром. Ему нужны всего лишь пару секунды. Если он сумеет оглушить ее, то дотянется и…
Додумать, что будет дальше, он успел — вампирша снова ударила его. На этот раз сильнее. Впрочем, не так сильно, как могла. Она старалась не оцарапать его и не обезуметь от вида крови.
— Сам понимаешь, что умрешь. Однако ты можешь уйти в могилу в теплой компании своих соучастников. Заартачишься, — она прищелкнула пальцами с острыми когтями, — я покажу, как нужно наказывать насильников.
— "Правая"! — вскрикнул Гудини. — Это была «правая» рука. Вел ее Артур Сильвестров.
— Назови имена остальных.
— Крейг, Студень, Плохиш, Сервер и Ящер, — Гудини захрипел — и Крис ослабила давление на его горло.
— С вами был еще один колдун. Кто он?
Удивление Гудини выглядело искренним:
— Из колдунов участвовал только я один.
— Ложь! Кого ты покрываешь? Я знаю, что там был еще один колдун или маг!
Гудини упрямо покачал головой:
— Не было, только я и "правая рука" Ложи.
Острое разочарование сменилось апатией. Кристина потянула за удавку, свитую из заговоренного платка, и подняла нож…
Спустя минуту с отвращением посмотрела на мертвого колдуна. Она хладнокровно отняла человеческую жизнь. И обращение в вампира здесь совсем не причем, она сознательно стала убийцей. И она ненавидела себя за отсутствие угрызений совести. Хотя, возможно, все-таки дело в метаморфозе?..
Полное превращение в вампира — существенные изменения в физиологии, психике — происходит за семь суток. Если за это время насильно укушенный (и не желающий становится вампиром) не решится на самоубийство, то через дней умирать он уже не захочет. Таким образом, срабатывают вампирские инстинкты, и экс-человек смотрит на свое существование уже по-другому.
Крис после укуса сутки провалялась на мусорке, где ее укусил вамп. Затем пришла к брату и трое суток пряталась в его гараже. Она благополучно преодолела "вампирскую ломку", и перестройка физиологии прошла удачно. Слишком удачно. На пятую ночь в качестве вампира она убивает негодяя без угрызений совести. Что дальше? Ей захочется жить дальше и пить человеческую кровь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
