её попытка была скорее энергичным ковылянием, поскольку она опиралась на кровать, стул и стол. Она добралась до двери спальни, подняла щеколду и потянула на себя. Дверь была заперта. Она повернулась к Дэниелу с остекленевшими глазами, гнев отразился на её наморщенном лбу и воинственно нахмуренных бровях.
— Открой эту дверь, — сказала она самым угрожающим тоном, какой только могла. Дэнни подошёл к двери и распахнул её.
— Дверь открывается наружу, а не внутрь.
Лицо и самообладание Лейси мгновенно сменились с красного от гнева на смущённое. Она решила постараться сохранить самообладание. Она вызывающе посмотрела на Дэниела, изо всех сил толкнула дверь.
Она успела сделать два шага, прежде чем её лодыжка подогнулась, и она рухнула на пол. Дэниел проигнорировал её состояние и прошёл мимо неё прямо к входной двери домика. Он тихо открыл дверь и махнул рукой, приглашая её выйти.
— Продолжим, — спросил он.
Лейси, всё ещё пребывая в приступе гнева, проползла несколько метров, а затем сдалась и неподвижно легла на пол.
Не говоря ни слова, Дэниел подхватил её на руки так легко, словно она была тряпичной куклой, и бережно отнес обратно в постель. Он уложил её и подложил подушки ей под голову.
— Удобно?
— Да, спасибо, — смущённо ответила она. Дэниел присел на край кровати.
— Ты преступник? — спросила она, не успев подумать.
— Думаю, в данный момент ты могла бы сказать, что да, но скоро это изменится.
— Что это должно означать?
— В меня трижды стреляли, один раз ударили ножом и дважды ломали ногу. Мне нужно уволиться с моей нынешней работы. Я готов остепениться. У меня есть немного отложенных денег, и это мой дом, чего бы он ни стоил, может быть, я смогу развить его и превратить в ранчо.
Лейси посмотрела в лицо этого человека, и внезапно её сердце готово было выскочить из груди. Она почувствовала слабость. Лейси села поближе к его лицу. Она хотела что-то сказать, но слова не шли с языка. Она смотрела ему в глаза, и он смотрел в ответ.
Мысли Лейси лихорадочно метались. Это был мужчина её мечты, она знала это так же точно, как и знала своё имя. Он был сильным и добрым. Он всегда будет любить её. И тут в её голове раздался тихий голос.
«Он вор, преступник и, возможно, убийца».
Лейси отстранилась и положила голову обратно на подушку. Она скрестила руки на груди и пристально посмотрела на него.
— Я устала, пожалуйста, оставь меня в покое.
Дэниел сначала удивился, но тут же к нему вернулось чувство юмора.
— Но мы же ничего не ели. Я хочу знать, кто из нас будет есть из тарелки, а кто с пола, — сказал он со своей обычной улыбкой. Он поставил тарелку перед Лейси и направился к двери.
— Я вернусь, чтобы прибраться, если только ты не потребуешь, чтобы я ел с пола. — Он подошел к двери и обернулся: — Завтра ты сможешь уехать, даже если мне придётся донести тебя до лошади и самому посадить на неё. А теперь отдохни.
Лейси откинулась на подушки. Этот человек, который пришел в её жизнь из тьмы, который проявлял к ней такую нежность и заботу, которого её сердце велело ей любить, как он мог быть преступником? Как этот человек мог грабить невинных? Как он мог использовать оружие против других людей?
Как он мог любить её, а потом убивать людей?
Но он хотел остановиться. Он хотел нормальной жизни. Но мог ли человек бросить преступную жизнь, а потом жить нормальной жизнью, не расплачиваясь за свои преступления. Без тюрьмы? Лейси почувствовала, как её мечты улетучиваются на глазах, и у неё навернулись слёзы. Остаток дня она провела в тумане отчаяния.
Она не сказала Дэниелу, что её беспокоит. Он не смог ей помочь.
Лейси спала, когда Дэниел уходил той ночью. Она проснулась в полуночной темноте.
Вдали раздавался вой койотов. Лейси лежала на кровати без сна. Ей нужно было возвращаться домой. Она села и спустила ноги с кровати. Она опустила здоровую ногу на пол и расслабилась. Затем поднялась. Балансируя на одной ноге, Лейси перенесла вес тела на другую. К её удивлению, боль уменьшилась до такой степени, что стала терпимой.
Она попыталась шагнуть к двери. И поморщилась от первого приступа боли, но удержала равновесие. Лейси без особых проблем сделала ещё пару шагов к двери, выбралась из спальни. Дверь легко открылась. Она пересекла хижину и обнаружила, что входная дверь тоже не заперта. Выйдя наружу, она вдохнула прохладный вечерний воздух.
Ночь окутала всё вокруг своей завесой тьмы. Она могла различать тени и силуэты, но трудно было разобрать, что это такое. Сарай был виден в слабом свете, отбрасываемом лунными лучами, зависшими в бархатном небе, окруженный миллиардом звёзд.
Она нашла метлу, прислоненную к стене за дверью, и использовала её как костыль, чтобы добраться до сарая. Когда Лейси добралась до сарая и вошла внутрь, то вспомнила, что не захватила с собой спичек, чтобы зажечь фонарь, в сарае было совершенно темно. Она ощупью передвигалась при слабом свете, проникавшем через дверь. Единственное, что она смогла разглядеть — белое пятно на груди Фантома.
Отлично. Лейси направилась к его стойлу. Он понял, что это она, и заржал в знак приветствия. Она обняла его и погладила по шее, всё время шепча ему на ухо, как сильно по нему скучала и какой он хороший мальчик. Лейси осмотрела его на предмет ран и проверила, есть ли в стойле сено, овес и вода. С ним всё было в порядке, и всё указывало на то, что с ним хорошо обращались.
Разыскивая в темноте его уздечку и своё седло, она ощупью пробиралась вдоль стены, пока не нашла крючки для них. С некоторым усилием ей удалось оседлать Фантома и вывести его из стойла.
Снова поморщившись от боли, она вставила здоровую ногу в стремя и забралась ему на спину.
Глава 5
Вскоре Лейси поняла, что не знает, в какой стороне находится город, а в темноте не было видно, где главная дорога. Она медленно объехала на Фантоме круг, стараясь держаться поближе к внешнему краю участка. Она низко пригнулась в поисках тропинки, которая могла бы увести от хижины. Потребовалось некоторое время, но в конце концов она нашла то, что выглядело как главная тропа.
Лейси прошла по ней медленной рысью около километра. Трижды она обнаруживала, что сбилась с тропы, и
