себя достойным врачом, а не ублюдком в дизайнерском костюме, живущего на деньги простого народа. Я видел, как чувствует себя мой брат. Его ноздри широко раздувались от подступающего гнева и обиды. И почувствовал его состояние также отчетливо, как будто сам его ощущал — ненависть. К родному человеку. Это стало страшным озарением. Я молча кивнул головой. Мне хотелось скорее найти Марго и уехать с ней из родительского дома. Как будто это сможет решить проблему. Но я знал, что только согласие с вероломным решением отца все исправит или он сломает наши с братом жизни. Проглотит и даже не поморщится. Потому что, родной человек, вальяжно сидящий перед нами в кресле, являлся конченным. Марго Этот день принес мне только чувство беспокойства и безысходности. В расстроенных чувствах, я решила спуститься вниз в поисках кухни. Жажда мучала меня, в горле неприятно саднило. Дом был настолько огромным, что походу я заблудилась в этих извилистых коридорах. Большую кухню с огромным количеством новомодной техники, я обнаружила спустя пять минут моих многострадальных скитаний по особняку, схватив графин с водой, я налила в пузатый стакан ледяной жидкости, выпив ее большими глотками. — Волнуешься? — этот бархатистый голос я бы узнала из тысячи. Влас материализовался будто бы из воздуха, его карие глаза, цвета растопленного изысканного шоколада открыто смотрели на меня. Мое сердце учащенно застучало, а руки предательски задрожали, сильнее сжимая стакан. — Ваш дом по сравнению с нашим просто дворец, — я слабо улыбнулась. — Ты держалась просто великолепно, — сказал Влас, ближе подходя ко мне. — Это было непросто… — Непросто, когда в тебе видят копию Полины, — продолжил за меня парень — Прости меня, Марго… Я многое понял и в тебе есть то, что я никогда не видел в тебе до сегодняшнего дня — твоя грациозность, смелость, умение держаться. Мне жаль, что я так жестоко поступил с тобой. Влас прожигал меня взглядом, а я покрывалась тонной мурашек. Его признание было таким неожиданным и искренним. По моим щекам заструились слезы. Осторожно забрав стакан из моих ледяных рук, и отставляя его в сторону на кухонную стойку, Влас заключает меня в объятия, нежно вытирая соленые ручейки слез, вдыхает аромат моих волос. — Прости меня… — его голос хрипит и срывается, умелые музыкальные пальцы зарываются в мои волосы, осторожно перебирая белокурые пряди. Я утыкаюсь носом в его рубашку, истончающую знакомый и такой родной аромат его парфюма. Сейчас никого не существует кроме нас в этом мире. Я наслаждаюсь его дыханием на своей коже, его теплотой, прикосновениями его нежных рук, я дышу им. Спустя полгода после болезненного расставания я, наконец, могу дышать полной грудью, смакуя каждый глоток, попадающий в мои разгоряченные легкие. Поднимаю голову, заглядывая в глаза, не соображая, что делаю, прикасаюсь губами к его губам. Осторожно, точно крылья бабочки, его горячие губы открываются на встречу моим. В голове завопила сирена и красными буквами ЕЛИСЕЙ, точно обухом по голове, я отталкиваю Власа от себя, рвано дыша. — Я не знаю, что на меня нашло, — мой голос срывается, глаза Власа еще затянуты поволокой нежности и страсти. — Ты тоже извини меня! Давай все забудем, ты с моим братом… Я уверен, что он сделает тебя счастливой. Он любит тебя, — Влас отходит от меня в другой конец кухни и устало садится на стул. Глупо моргая, я не верю в то, что слышу сейчас, как забыть, после такого поцелуя. Я была уверена, что он скажет, что любит меня… — Да ты прав! Забудем! — гордо поднимая голову, пряча слезы, говорю в ответ. А у самой сердце вдребезги. Рискуя разреветься в неподходящий момент, я срываюсь с места и бегу в направлении комнаты Елисея. Какая же я дура! Моему возмущению не было предела. Черт, но почему же так больно. — Марго! — Елисей перехватывает меня на втором этаже — Что с тобой? Я прижимаюсь к Елисею, он не понимая произошедшего, успокаивает меня в ответ. Мне хочется вытравить образ Власа, терпкий вкус его губ из своего раненого сердца. — Кто тебя обидел? Отец… — Молчи, — затыкаю поток расспросов поцелуем. Парень горячо отвечает мне в ответ, подхватывает на руки и несет в сторону своей комнаты, закрывая дверь. Осторожно укладывает меня на большую кровать, словно я драгоценность. Его взгляд дикий и голодный, сжигает меня. Я тянусь к его шее, покрывая поцелуями. Аромат его парфюма сводит с ума. Его крепкие руки на моих бедрах. Секунда и я уже лишилась нижнего белья, а между ног уже влажно. Умелые пальцы находят заветное местечко на моем теле, заставляя мою спину выгибаться от блаженства. Его поцелуи покрывают каждый миллиметр моего обнаженного тела. Резко разворачивает меня к себе спиной. Наслаждается открывшемся перед ним видом моих упругих ягодиц и сочившейся соками лона. — Ты охуеть какая красивая, — выругался он, жадно вылизывая мою киску. Я начинаю задыхаться от подступающего оргазма, накрывший меня волнами неземного удовольствия с головой. Елисей не теряя времени, находит в тумбочке презервативы, отточенными движениями разорвав фольгу, раскатал резину по стволу. Плавными движениями входит в мое лоно, заполняя собой. Как же это волшебно. Все мысли, связанные с Власом мгновенно вылетели из моей головы. Жар растекается по телу, его движения то плавные то резкие. Аккуратно хватает меня за волосы, продолжая сладкую пытку. Стону в голос, не думая о том, что могут услышать. Настолько кайф накрывает. Его пальцы находят мой клитор, и я понимаю, что улетаю в стратосферу. Бурно кончаю, он следом. Обессиленная, ложусь на кровать. Пытаюсь отдышаться. Страсть смешалась с горьким вкусом стыда и вины за свой поцелуй с Власом на кухне. Разгоряченные и разомлевшие после такого марафона, мы лежим в обнимку, моя голова умиротворенно покоится на его мускулистой груди. Тело приятно ноет от бесконечных ласк. — Ты сводишь меня с ума! — шепчет мне Елисей. — Ты поговорил с отцом? — лениво спрашиваю я, рисуя на груди парня невидимые узоры. — Ничего нового я не услышал, — расслабленность в голосе Елисея сменилась раздражением — Любимая, что все-таки произошло? Ты плакала… Скажи мне кто тебя обидел? — Я просто перенервничала, не очень приятно, когда на тебя смотрят как на копию. — Прости, малышка… Мне стыдно за их поведение, мой отец жуткий сноб. Завтра же мы уедем отсюда. — Все хорошо. Я понимаю, ситуация и правда интересная, — хмыкнула я. — Я люблю тебя! — искренне сказал парень, целуя меня в губы — Марго, я понимаю, что возможно тороплю события, но я хотел предложить тебе жить вместе. Мы могли бы снять квартиру недалеко от универа. Я
