Я любил тебя, с тех самых пор, как впервые увидел.
Я не буду говорить с тобой свысока.
Я всего лишь должен рассказать тебе, что я чувствую.
Я не хочу делить тебя с другими мужчинами,
И мое решение окончательное,
Поэтому сотри свой вызывающий макияж,
Сказав тебе это раз, я не буду больше повторять,
Это ни к чему.
Роксанна,
Тебе не нужно надевать красное…
- Ну, хватит, – девушка весело смеялась, наблюдая импровизированное выступление друга. – Признаю, признаю! Ты выдающийся певец!
- Ебанные черти! – выдохнул Дженсен, перебивая веселье и чуть ли не вжимаясь носом в стекло. – Быть не может! Это ж, мать его, Падалеки!
- Что? – ребята тоже выглянули в окно. – Где?
- Вон он! Входит в здание напротив!
- Надо сматываться отсюда.
- Соф права, надо сваливать.
- Нет, – разулыбался Дженсен. – Надо передать ему привет. А то невежливо как-то получается.
- Дженс, ну, сколько можно? – шепотом ругала его София, хлопая его по плечу маленькой ладошкой. – Тебе когда-нибудь надоест дразнить медведя?
- Этого? – Дженс, смеясь, уворачивался от ее ударов. – Наверное, нет, – он спрятался за Мэтта, закрывшись им, как живым щитом. – Прекрати, детка, ты привлекаешь лишнее внимание!
- А ты привлекаешь внимание этого федерала, сумасшедший ты авантюрист!
- Ай, меня-то за что? – вскрикнул Мэтт, получив удар острого кулачка. – Я, между прочим, тоже не в восторге от этой идеи! Дженс, ты когда-нибудь добьешься того, что этот Падалеки окончательно обозлится и возьмется за нас всерьез!
- Вот именно! Тебе мало, что он чуть не повязал нас в Буффало четыре месяца назад?
- Или в Сиракьюсе, или в Ниагара-Фоллз, или в Питтсбурге… – Мэтт оглянулся на него. – Мне продолжать? Ты уже больше года крутишь перед ним хвостом. В чем тут дело? Адреналина не хватает?
- Да ладно вам, ребята, – Дженсен поиграл бровями. – Это ж весело, давайте поиграем!
София и Мэтт одновременно длинно выдохнули и опустили плечи, сдаваясь. Они уже успели достаточно изучить этот взгляд, чтобы понимать, что Дженсен не отступится.
- Я выясню, что он тут делает, – Дженсен азартно улыбнулся, и ребята чуть ли ни физически почувствовали, как в его голове забегали мысли. – А вы, ребята, сделайте пока вот что…
Дженсену понадобилось около получаса, чтобы выяснить, что специальный агент Падалеки прибыл в Кливленд, чтобы разобраться с парой краденых картин, всплывших в каком-то завещании, и что расследование его подходит к концу, так что времени на особо грандиозный план совсем не оставалось. Но у Дженсена чесались руки, как-то поддразнить этого агента, адреналин уже несся по венам, снося на своем пути разумные доводы друзей. Он не мог отступить, не мог упустить шанс щелкнуть агента по носу, не мог не поиграть с ним, раз уж они так внезапно пересеклись.
Он уговорил Мэтта использовать его чудо-устройство, над которым он колдовал последние пару недель, и Соф тоже согласилась помочь с охраной и обеспечить им проникновение в нужные уголки здания, хотя и обещала ему устроить позже знатную головомойку.
Теперь все было готово, и оставалось только дождаться, когда появится Падалеки.
Тогда они с Маннсом как раз опросили горе-наследников, которым от богатенького дядюшки досталась пара краденых картин. Заносчивый юрист со своей истеричкой-женой уже третий день проверяли на прочность нервную систему федеральных агентов, пытаясь доказать, что эти картины вовсе не из числа похищенных из Бруклинского музея четыре года назад. Они вышли из квартиры сумасшедшей парочки на углу Девятой Восточной улицы и Эрисайд Авеню уже ближе к полуночи.
- Может, хоть завтра мы успеем заглянуть в Зал славы рок-н-ролла, – вздохнул Джаред, потирая виски. – Ты был там, Джейс? Здание классное, да? – и достал сигарету.
Джейсон только покосился на него.
- Ну, чего молчишь? – Падалеки с наслаждением сделал длинную затяжку. Он позволял себе иногда выкурить сигаретку, другую, когда выдавался особенно напряженный день.
- Я не могу говорить, – Маннс был хмурым и сердитым. – Мой мозг полностью сожран. Как люди могут быть такими наглыми и непрошибаемыми врунами?
- Это риторический вопрос? – усмехнулся Джаред.
- Да. Крик души, – напарник вернул ухмылку. – Бля, что ж так холодно-то?
- Потому что сейчас зима, а мы в Огайо, – засмеялся Джаред. – Пошли хоть на здание посмотрим.
- Далось тебе это здание!
- Я устал от беспринципных ублюдков, мне нужно что-то прекрасное, – с максимально возможным пафосом изрек Джаред.
- Отсюда полюбоваться не можешь? Я пока позвоню в офис, закажу ордер и вызову нам машину.
- Зануда.
- Пошел ты.
- Джейс, – Джаред подергал напарника за рукав и отбросил окурок.
- Отвали, Джара, – зашипел Маннс, закрывая телефон рукой, – у меня прокурор на проводе.
- Там какая-то херня происходит, – Джаред тоже зашептал и махнул рукой на здание.
- Заебал со своим Залом славы, – нахмурился на него Джейсон, но потерял мысль, когда проследил за указанным направлением.
Креативно спроектированное здание из стекла и металла, пристроившееся на южном берегу озера Эри, теперь было объято разноцветными огнями, как самый крутой клуб Нью-Йорка.
- Эээ… да! Да, спасибо, сэр, – Джейсон отключился и повернулся к напарнику: – Ордер будет через двадцать минут, тридцать – максимум. Это что за хрень?
- А я откуда знаю?!
- Вчера такого не было!
- Тут что-то не так, – Джаред быстро зашагал к зданию, настороженно оглядываясь, и тут вдруг внутри загромыхала музыка. Причем, ну… не самая подходящая для подобного места.
О, малыш, малыш.
О, малыш, малыш. О, малыш, малыш.
Как я и предполагала,
Не все здесь было правдой.
О, малыш, малыш.
Мне не следовало отпускать тебя,
И сейчас ты не в поле моего зрения.
Покажи мне, как бы ты этого хотел,
Расскажи, малыш,
Потому что мне необходимо знать, что у нас есть.
- Какого хрена происходит? – его догнал Маннс с пистолетом в руке. – Это?.. Блин, это Бритни? Твою мать, ты поэтому сюда так рвался, принцеска ты моя с мыльными пузырями вместо мозгов?
Мое одиночество губит меня.
Я должна признаться, что все еще верю.
- Заткнись, чучело! – Джаред засмеялся в ответ, и громко постучал в дверь – рабочий день уже давно кончился, и музей закрылся для посетителей. – И убери пистолет. Может, там местные гламурные дочки богатых папочек закатили вечеринку.
Что когда я не с тобой, я перестаю мыслить.
Дай мне знак,
Шлепни меня, малыш, еще один раз!
- Почему тогда ты не там? – подколол Маннс, заводя руку с пистолетом за спину.
О, малыш, малыш.
Причина, по которой я дышу – это ты.
Парень, ты делал меня слепой.
- Я забыл дома свою розовую мини юбочку со стразами! – огрызнулся Падалеки.
О, малыш, малыш.
Здесь нет ничего, чего бы я не хотела,
И я не это планировала.
Покажи мне, как бы ты этого хотел.
Расскажи, малыш,
Потому что мне необходимо знать, что у нас есть
Они часто так подтрунивали друг над другом, это успокаивало нервы, да и их отношения давно сложились таким образом, и это их полностью устраивало.
О, малыш, малыш.
О, малыш, малыш.
Да, да.
О, малыш, малыш.
Как я и предполагала,
О, симпотяшка,
Мне не следовало отпускать тебя.
Я должна признаться, что мое одиночество губит меня.
Не знаешь, что я все еще верю,
Что ты будешь здесь
И дашь мне знак,
Шлепнешь меня, малыш, еще один раз…
Они довольно долго выносили двери прежде, чем увидели всклокоченного охранника. Все это время Бритни истошно просила шлепнуть ее.
- ФБР! – выкрикнул Маннс, стараясь перекрыть голосом грохот песни, и сунул ему под нос удостоверение. – Что у вас происходит?!
Музыка затихла на секунду, но не успели мужчины обрадоваться, как воздух снова разорвало невыносимо громкими звуками той же самой дебильной песни.
