же чуточку надеялась, что есть еще бескорыстные мужчины. А нет, оказывается нет!
Наконец-то он разблокирует двери и я практически вылетаю из машины. Он не дает мне вытащить чемодан, сам это делает.
— Он все же тяжелый. Предлагаю донести, — говорит мужчина и ставит поклажу на землю.
— Спасибо, что подвезли, но не нужно, как-нибудь сама разберусь! — фыркаю я, целенаправленно отворачиваюсь и иду в сторону магазина. — Всего доброго!
Чувствую на себе его взгляд до самого входа. До чего же странный мужчина!
Магазин уже практически закрывается, и я успеваю купить только тортик бабушке, в честь моего приезда. Оплачиваю и иду к выходу, надеясь, что мужчина, похожий на дровосека, не поджидает меня там. К моему облегчению, его нет. Вообще никого нет. Все уже в своих домиках.
Иду дальше с тяжелым чемоданом наперевес и тортиком в сумке. Знаю, что идти тут недалеко, но руки чуть не отваливаются, честное слово.
И вот я дома. Смотрю на наш домик, и сердце переполняется радостью. Как же я скучала! Открываю калитку, которая, к моему удивлению, не скрипит, как это было до недавнего времени. Ее смазали и починили. Наверное, бабушке кто-то помог. Есть на свете добрые люди.
— Бабуля! Я дома! — громко говорю я, стучась.
Через несколько минут слышу шарканье, и вскоре дверь открывается и я вижу самого родного мне человека.
— Бабуль! — кричу я, и сразу же бегу в ее объятья.
— Ой, доченька, ну ты чего это, — звонким голосом говорит она и гладит меня по спине своими сухими руками, — нюни тут распустила.
Я и правда начинаю плакать. Потому что понимаю, как же мне не хватало ее. Даже самая лучшая подруга не выслушает меня так, как она. Всегда даст дельный совет и будет любить, несмотря ни на что.
— Просто очень соскучилась, — всхлипывая, произношу я, глядя на нее.
— Я тоже, я тоже, моя милая, — она гладит меня по щеке. — Ты прям исхудала, одни кости и кожа! — недовольно качает головой.
— Нет, бабуль, наоборот, немного прибавила, — отвечаю ей. Хотя за эти два дня я и правда на фоне стресса могла похудеть.
— Ну, не знаю, не знаю, — не верит. — Может, конечно, так свет падает… Давай в дом заходи, посмотрю на тебя поближе.
Она отходит. И я прохожу внутрь. Тут все по-старому. Большой коричневый шкаф с зеркалом. Столик, где бабушка читает газеты и последние новости из жизни театра. Телевизор с антенной, который сейчас что-то вещает. А главное — запах. Это запах дома.
— Нет, все же похудела, — недовольно произносит она.
— Бабуль, ты-то как?! Как твое самочувствие? — спрашиваю я, вспомнив истинную причину, почему сюда практически летела.
— Ой, да че уж я… — вздыхает она. — Ну лучше, лучше стало мне. Может, чего прихватила. Не знаю… Я вот таблеток выпила, поэтому лучше и стало. Но все равно завтра, наверное, лежать буду…
— Конечно, конечно, бабуль, лежи. Я у тебя пока поживу, все равно… — тут я замолкаю, так как хочу упомянуть Артема. Но не хочу расстраивать бабулю. — Ну, в общем, отдохну немного, пока отпуск.
— Конечно, конечно, а потом посмотришь, — машет рукой она. — Кушать хочешь?
— Да, не отказалась бы, — понимаю, что практически не ела сегодня.
— Ну и славно, я как раз недавно курочку пожарила, с корочкой, — с улыбкой произносит она и идет на кухню.
— Бабуль, ты куда?! Тебе лежать же надо, — останавливаю ее.
— Ой, будет тебе, Лер, я же не умираю, — морщится она и все же идет на кухню. И правда, на плите стоит сковородка с жареной курочкой.
— Бабуль, ты что-то прям много, — говорю я. И с удовольствием беру ножку прямо из сковородки, но бабушка быстро хлопает меня по руке.
— Ну, Лер! Что за манеры, — недовольно произносит она, а я только улыбаюсь. А вот и моя знаменитая актриса. — Да я хотела соседа нашего угостить. Да и знала, что ты приедешь.
— Дядю Степу? — удивленно спрашиваю я, не веря, что бабушка наконец-то помирилась со своим самым лютым врагом.
Не знаю, из-за чего это у них началось. Может, из-за скверного характера соседа, которому не нравилось, что наша малина на его участок лезла. И он всегда ругался с бабушкой из-за этого. Возможно, еще раньше… Бабушка не рассказывает. Но ненависть у них лютая.
— Типун тебе на язык. Помер он еще тем летом. Ну и скатертью дорожка ему туда, — фыркает бабушка. — Хотя все там будем, конечно, рано или поздно.
В шоке смотрю на нее. А она ведь не говорила.
— А что случилось? Почему он умер?
— Ой, да кого это волнует, мутная там история. Дом его снесли и построили новый. Но главное, там сейчас хороший сосед живет. Это он, кстати, нам калитку наконец-то починил! — восхищенно говорит бабушка. И я уже люблю этого соседа, так как бабушке очень сложно угодить. — Вот я иногда и подкармливаю его. Руки у него из того места растут. И не только руки…
— Бабуля! — краснея, говорю я. Неужели…
— Да ты что! — со смехом произносит она, подмигивая. — Хотя, конечно, с удовольствием. Но я все же для него бабка. А вот ты…
— Нет, бабуль, все, — серьезно говорю я. — Мне Артема хватило.
— Да уж, знала я, что ненаглядный твой счастья тебе не принесет. Но ты прям такая влюбленная в него была, что страшно перечить было… А ведь надо было, — винит себя бабушка.
— Ничего, главное, хотя бы сейчас узнала, — успокаиваю я ее, хотя на самом деле себя.
— Ну, да, ну да. Давай ты пока кушай, а я тебе постельку расстелю, — и она уходит, оставляя меня одну.
Ложимся мы рано. Слишком насыщенный день. Конечно, то, что случилось сегодня, в подробностях я не рассказываю, чтобы не расстраивать бабушку. А сама представляю, что будет дальше, и страшно становится. Артем явно не сдастся без боя. А значит, мне нужно нанимать юриста. А где же найти хорошего?
Мысли крутятся в голове со скоростью света. Но усталость берет свое, и я засыпаю.
Снится, как ни странно, мне не Артем, а мужчина, который подвозил меня. Опять его взгляд и мурашки по коже…
— Ну что, будешь отрабатывать долг, красавица? — хрипло спрашивает он. И словно хищник идет на меня.
— Да я… да вы просто подвезли… — мямлю я, но он все идет на меня.
Он ничего не отвечает, и вот уже прижимает меня к стене своим мощным телом, и…
Резко просыпаюсь. Сердце колотится как ненормальное. Тело в поту… И приснится же такое!
Встаю. Утро раннее, но бабушка уже не спит. Уже ходит по кухне. Сразу
