Читаем без скачивания Паника - Александр Мазин

Бродя во тьме по пещере, казавшейся огромной, Дейн натыкался на ее обитателей, вернее, обитательниц. К его изумлению, здесь были одни только женщины. Молодые, чуть постарше, как его «хозяйки», и совсем девочки. Стоило Дейну прикоснуться к одной из них, как козоногая замирала и ждала, пока он не отойдет от нее. Сэллери выяснил, что может ощупывать их без всякого стеснения, и по ряду признаков определил: многие были бы не прочь познакомиться с ним поближе. Но ни одна не тронула его и пальцем, а стоило его собственным движениям стать слишком вольными, откуда-то появлялась одна из соложниц Дейна и уводила «собственность» подальше от соблазна. Сэллери был почти уверен: «хозяйки» по очереди караулят его.

Дейн долго и безуспешно размышлял о том, куда делись их мужчины. Может, они в другой пещере? Партеногенез, судя по поведению его соложниц, не был популярен среди обитательниц пещеры.

Вскоре Дейн по запаху не только узнавал своих «владелиц», но, более того, мог сказать, зачем они приближаются к нему: покормить, поухаживать или порезвиться. Огорчало, что они не желают с ним разговаривать. Но от отсутствия собеседников Сэллери не очень страдал. Он и прежде подолгу находился лишь в обществе самого себя и не испытывал от этого неудобств. Но Дейн был бы совсем не прочь узнать, о чем говорят вокруг. Увы, язык козоногих не был похож ни на один из известных Сэллери.

А вот интонации говоривших он научился различать очень хорошо. И убедился, что, несмотря на ангельскую красоту, нрав у обитательниц пещеры далеко не ангельский. По крайней мере четыре раза за время пребывания в пещере Дейн слышал звуки, в которых можно было безошибочно признать шум драки. И два раза это происходило совсем рядом. Возможно, из-за него? Получить ответ на этот вопрос было не от кого.

Стены пещеры были сухими и гладкими. Пол каменный, но повсюду валялись охапки свежей и уже подсохшей травы. Дейн был единственным, кому готовили особое ложе. В центре пещеры высилось несколько колонн неправильной формы. Они наталкивали Сэллери на предположение, что пещера — искусственная. Вот только стены были слишком гладкими: никаких следов инструмента.

В первые дни Сэллери очень много спал. Просыпался, лишь когда «владелицы» будили его. Позже сонливость прошла, и все свободное время Сэллери мог предаваться собственным мыслям. А времени было вдоволь. Понемногу Дейна начало раздражать собственное положение. Восставать было бессмысленно: он слеп, а обитательницы пещеры каким-то образом неплохо видели в темноте. Впрочем, он пытался бороться: отказал в близости своим соложницам!

Те, однако, не стали применять силу. Просто оставили Дейна в покое. На некоторое время. И «крепость» Дейна пала. Вернее, наоборот. Собственная плоть Сэллери потребовала прекращения бунта.

Дейн уже вовсю ломал голову над тем, как вырваться на свободу, когда произошло чудо. Он прозрел!

Сначала в окружавшей тьме появились тени, потом — смутные движущиеся фигуры, и наконец однажды, проснувшись, Дейн убедился, что отчетливо видит все вокруг. Правда, в то время глаз Сэллери не различал красок, они появились позже.

Теперь, когда вся внутренность пещеры открылась Дейну, он понял, отчего не смог найти выхода. Отверстия в стенах были. Даже несколько. Но располагались на семифутовой высоте. Сама же пещера, хотя и была достаточно велика, вовсе не была такой грандиозно-огромной, как казалось слепому Сэллери. Впрочем, многие вещи он представлял правильно. Родник, бивший из расселины в стене в круглую чашу, колонны, даже число обитательниц он почти угадал: немногим больше двадцати. Половину времени козоногие проводили под землей, спали, ели, общались, занимались приготовлением пищи. С наступлением же ночи большинство уходило наверх. Взрослые и дети без помощи рук, кузнечиками вспрыгивали в один из проходов и исчезали в тоннеле. Сэллери тоже мог бы взобраться наверх. Но решил повременить. Его бы догнали и вернули: козоногие двигались куда быстрее. Чем он сам.

У Дейна хватило ума скрыть свое прозрение. Ему нужно было вырваться на свободу. Этим оружием должно было стать знание. Потому что другого орудия у Сэллери не было.

Вскоре после прозрения Дейна одна из соложниц потеряла к нему интерес. Сэллери попробовал выяснить причину охлаждения у второй, но ответа не удостоился. Ничего. Со временем он узнает.

Зрячему, ему было куда легче изучать обитательниц пещеры. Теперь Дейн знал наверняка: к нему проявляют интерес. А сдерживает этот интерес, судя по всему, сила двух его хозяек. Кое-кто из козоногих вел себя наиболее вольно. Например, сознательно оказывался на пути Сэллери, когда тот, изображая слепого, бродил по пещере. Но это происходило лишь, когда одна «хозяек» отсутствовала. Небезынтересным было и то, что союз его соложниц был единственным союзом в пещере. Среди остальных Дейн не заметил постоянных симпатий. Кроме двух матерей, чьи девочки были относительно малы и требовали заботы. Еда, которую приносили козоногие, принадлежала той, кто ее принес. Сэллери ни разу не видел,чтобы пищей делились. А его самого кормили исключительно «хозяйки».

При детальном рассмотрении Дейн обнаружил немало различий между обитательницами пещеры. Любая из них украсила бы обложку мужского журнала, но у каждой был свой «имидж». И не было двух, чья мимика была бы одинакова. Кроме того, более старшие были крупнее: больше груди, шире бедра, рельефнее мышцы. Именно к таким, старшим, относились «хозяйки» Дейна.

Слово «старшие», впрочем, было достаточно условно. Встреть их Дейн в Лос-Анджелесе — не дал бы больше тридцати-тридцати двух.

Время шло. Сэллери осваивался. Наконец он решил, что пора действовать.

Выбор Сэллери пал на одну из «тайных почитательниц», чье сложение, возраст и внешность примерно соответствовали тому же у соложниц Дейна. Расчет! Впрочем, была одна деталь, которая волновала самого Сэллери и определила его предпочтение. От пупка к лону козоногой тянулась полоска мягкого пуха. Особенность, приятно возбуждающая Дейна.

Выбрав время, когда из «хозяек» в пещере осталась лишь одна, та, которую он больше не интересовал как мужчина, Сэллери приступил к делу.

«Наткнуться» на свою избранницу было совсем нетрудно. Тем более что это происходило уже не раз и не вызвало особенного беспокойства у «хозяйки» Дейна. Она лишь бросила на женщину предупреждающий взгляд, когда та застыла на месте, подставляя себя рукам Сэллери.

Сэллери Дейн был нежен. Он прикасался к ней бережно и умело: лицо, шея, спина, грудь. Никогда руки Сэллери не были так чутки. Когда его указательный палец нажал на твердый сосок, женщина закрыла глаза и вздохнула. Ладони Сэплери прошлись по горячему животу, и он ощутил дрожь.

Краем глаза Сэллери заметил: его «караульщица» пристально следит за разворачивающейся сценой.

Пальцы Сэллери двигались по гладкой коже живота, пока не коснулись полоски мягкого пуха. Он провел, едва касаясь, пальцем по вожделенному пушку, сначала вверх, потом — от пупка к лону. Женщина содрогнулась, глаза ее открылись, обратились вниз, и она увидела возбуждение самого Дейна. Миг — и руки ее обвились вокруг Сэллери.

И в следующий миг Дейн был буквально выдран из объятий разъяренной фурией. Его «хозяйка» отшвырнула свою «собственность» прочь и отвесила нарушительнице такую оплеуху, что эхо ее достигло самых дальних уголков пещеры. Та не осталась в долгу. Издали Дейн наблюдал, как они вертятся на месте под сухой цокот раздвоенных копыт и резкие хлесты ударов. Драка была стремительной и жестокой, но, к удивлению Сэллери, ни та ни другая не пользовались ногами. А ведь удары острых копыт были бы сокрушительны.

Пятеро оставшихся в пещере козоногих с явным интересом наблюдали за схваткой. А вот шестая смотрела на Сэллери. Очень внимательно смотрела. Внешне она была так похожа на ту, что умерла от удара меча Дейна, что Сэллери стало не по себе.

Девушка, скрытая от дерущихся спинами своих сестер, приблизилась к Сэллери, улыбнулась совсем по-человечески и протянула ему руку. Дейн с трудом удержался от ответного жеста. Он ведь слеп! Но рука по-прежнему висела в воздухе, и Сэллери ничего не оставалось, как принять ее и улыбнуться в ответ. Девушка раскусила его. Теперь все зависело от того, сохранит ли козоногая тайну. Они обменялись взглядами, и Дейн понял: не выдаст!

Сэллери закрепил их союз, сжав тонкие пальчики. Наклонясь и прикоснувшись губами к маленькой ушной раковине, он шепнул:

— Меня зовут — Сэллери!

— Я знаю! — Голос был как дуновение лесного ветра.

— А тебя?

— Шествующая-По-Ночной-Тропе!

Первое из имен Древних, которое услышал Сэллери Дейн.

— Шествующая! — прошептал Дейн, и в груди у него разлилось тепло.

Драка окончилась победой «хозяйки». Торжествуя, она взяла Сэллери за руку. Лицо победительницы украшал здоровенный кровоподтек, лоб пересекли две длинные царапины.