прямо в свою спальню. Моя магия напряглась, желая, чтобы её спустили с поводка, чтобы я мог доставить удовольствие своей паре.
Она посмотрела на меня снизу-вверх, в ее фиолетовых глазах плескались вожделение и растущая тревога. Слегка охнув, она высвободилась из моих объятий. Я отпустил её, и она отшатнулась, вытянув руку, словно хотела оттолкнуть меня.
‒ Это не сработает, ‒ проговорил я, пожимая плечами. ‒ Я только наполовину демон.
‒ Демон? ‒ она окинула взглядом мои волосы, вероятно, в поисках рогов.
‒ Инкуб, если быть точным.
‒ О, боги, ‒ всхлипнула она и одернула подол своей барасты, которая была короче и более облегающей, чем та, что носил Найл. Ведьмы были физически слабее других рас Перворождённых, поэтому они накладывали защитные заклинания на свои верхние одежды. Их бараста также защищали их от других ведьм, которые могли попытаться украсть их стихии. Консорт всегда носил черное, но моя ведьмочка была очаровательна в барасте того же темно-фиолетового оттенка, что и ее глаза.
Сладкий аромат её возбуждения наполнил воздух, отчего мой член напрягся, а из горла вырвался рык. По всему Залу драконы, не имеющие пары, переминались с ноги на ногу. Некоторые из них издавали болезненные, сдавленные звуки, когда до них донёсся запах.
Щёки ведьмы стали пунцовыми. Её соски торчали из-под лифчика, как маленькие наконечники копий. Меня окутал пьянящий аромат её крема. Она была мокрой, моя ведьма, и, вероятно, ещё несколько секунд, и её трусики промокнут насквозь, чтобы намочить узкие чёрные штаны, облегающие её округлые бёдра.
Моя.
Каждый кусочек этого крема принадлежал мне.
Её ноздри раздулись, когда она оглядела меня, её прекрасные глаза задержались на моих плечах и подбородке.
‒ Я пришла сюда не за этим, ‒ последнее слово превратилось в стон, когда она качнула бёдрами вперёд. Румянец на её щеках стал ярче, а к похоти в глазах добавилось унижение. Бедняжка, вероятно, не поняла, что на неё нашло. Хотя, она была не совсем крошкой, моя ведьма.
Нет, она была чертовски хороша. Высокая и с формами во всех нужных местах. Чёрные волосы и великолепные фиолетовые глаза. Полные губы, которые должны были восхитительно смотреться на моем члене.
‒ Я хочу тебя, ‒ сказал я ей.
Ее губы приоткрылись.
‒ Что?
‒ Ты слышала меня.
Дракон, сидевший рядом с камином, отвернулся и осторожно поправил свою эрекцию. Другой проговорил сквозь стиснутые зубы:
‒ Убери её отсюда, МакЛиш. Она выделяет достаточно феромонов, чтобы сровнять с землей замок.
Ведьма открыла рот, как будто хотела возразить, но вырвался только тихий стон. Она покачнулась на ногах. Я бросился вперед и снова поймал её, и на этот раз без колебаний сбил ее с ног и зашагал прочь из Большого зала.
‒ Что ты делаешь? ‒ она ахнула, прижавшись ко мне своим восхитительным телом. Её бараста задралась, обнажив кремовую кожу живота.
Я подхватил её повыше на руки и поспешил к лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз.
‒ Уношу тебя подальше от остальных.
‒ Они не причинят мне вреда?
Волна желания защитить вспыхнула так сильно, что у меня перехватило дыхание. Когда я заговорил снова, мой голос был на октаву ниже.
‒ Никто никогда не причинит тебе вреда. Только не рядом со мной, ведьмочка. Но твоя потребность настолько сильна, что затрагивает любого, кто находится рядом с тобой, ‒ я добрался до своей спальни, толкнул плечом дверь и захлопнул её за собой.
Глаза ведьмы расширились. Она заёрзала в моих объятиях.
‒ Отпусти меня.
Я поставил её на ноги посреди комнаты и отступил назад.
‒ Мне тоже очень нужно, ‒ сказал я ей. ‒ Но я не прикоснусь к тебе, пока ты меня не попросишь, ‒ я не смог скрыть тоски в своём голосе и добавил: ‒ И я надеюсь, что ты попросишь, ведьмочка.
‒ У меня есть имя, ‒ бросила она в ответ, её грудь вздымалась. Боги, её сиськи были идеальны. Высокие и округлые под этой чёртовой барастой, которую нужно было снять незамедлительно. Она была создана для секса, её изгибы соответствовали всем моим требованиям. Она направилась ко мне, затем, казалось, осознала, что натворила, и быстро отступила назад. ‒ Я Джорджина Блэквуд из дома Блэквудов, ‒ поколебавшись, она пробормотала: ‒ Все зовут меня Джорджи.
‒ Джорджи, ‒ пробормотал я, мой член больно упёрся в молнию. ‒ Тебе идёт, дорогая, ‒ когда её ноздри раздулись, я отвесил ей короткий поклон. ‒ Я Кэллум МакЛиш, ‒ я выпрямился. ‒ И, если я добьюсь своего, ты будешь каждую ночь выкрикивать моё имя в потолок спальни.
Она выдохнула.
‒ Ты всегда так разговариваешь с женщинами?
‒ Нет. Но ты моя пара, милая. Мой долг ‒ доставить тебе удовольствие.
На её гладком лбу появилась морщинка
‒ Ты, наверное, шутишь. Мы только что познакомились.
‒ Затем мы узнаем друг друга получше. Я без колебаний поухаживаю за тобой, ‒ или уложу тебя на себя и буду целовать каждый дюйм твоего сладкого тела, ‒ я скрестил руки на груди, чтобы не тянуться к ней.
Она прикусила пухлую розовую губу, и я подавил стон.
‒ Если ты хочешь сохранить между нами всё в целомудрии, Джорджи, я советую тебе прекратить это делать.
Она бросила взгляд мне между ног, и её глаза расширились.
‒ Или это, ‒ выдавил я.
‒ Прости, ‒ выдохнула она, сжимая и разжимая кулаки. ‒ Ты это делаешь? ‒ она поднесла руку к горлу. ‒ Заставляешь меня испытывать такие чувства?
Я покачал головой.
‒ Это распространённое заблуждение об инкубах. Мы не провоцируем желание. Мы просто понимаем это лучше, чем другие, ‒ наклонившись к ней, я выпустил свою магию из рук. ‒ Намного лучше.
‒ Что это значит?
Во мне расцвело вожделение, его щупальца пробежали по моим венам. Все мои чувства сосредоточились на восхитительной женщине, стоящей передо мной.
‒ Я точно знаю, чего ты хочешь, ‒ в моём сознании открылось окно. Сексуальные фантазии Джорджи просачивались сквозь него и мелькали, как кинопленка. Сцены разворачивались в ярких деталях, каждый кадр усиливал моё желание. Мой голос понизился до рычания, когда я разжал руки и вошёл в неё. ‒ Ты непослушная девочка, Джорджина Блэквуд.
На шее у неё забился пульс. Она стояла на своём, что было чертовски сексуально.
‒ Докажи это, ‒ бросила она вызов. ‒ Скажи мне, чего я хочу.
‒ Я внутри тебя.
‒ Я не...
‒ Да, ты хочешь, ‒ сказал
