ладони. Грудь разрывала острая, нестерпимая боль, но нужно было действовать.
Елену погрузили на носилки и унесли из квартиры. Степан накинул куртку и бросился следом, не чувствуя ни холода, ни усталости, ни страха.
Сев рядом с женой в машине, он смотрел на её бледное лицо и думал только о том, что она должна выжить. Только эта мысль пульсировала в его голове, гулко отдаваясь эхом в черепной коробке.
Яркий неоновый свет больничного коридора резал глаза, отбрасывая холодные блики на белые стены. Воздух пах антисептиком и усталостью. Степан шагал за каталкой, но ноги будто налились свинцом. Мир вокруг него становился всё более чуждым.
Врачи молчали, их лица оставались сосредоточенными, почти бесстрастными. Только быстрые, отточенные движения рук выдавали, что время играет против них.
Его остановили у дверей операционной.
— Мы сделаем всё возможное, чтобы её спасти, — коротко бросил врач и исчез за дверью.
Двери захлопнулись, отсекая Степу от последней ниточки контроля над ситуацией. Он опустился на пластиковый стул в коридоре, откинулся на спинку и несколько раз ударился затылком об стену. Физическая боль немного отрезвила, но никоим образом не облегчила страдания.
Степан шумно выдохнул. Телефон тяжело лёг в ладонь. Пальцы машинально сжимали его, затем разжимали. Грудь сдавило. Внутри всё кричало, требовало действий, но он ничего не мог сделать. Был совершенно бессилен.
«Почему я не услышал? Почему не помог сразу? Она вероятно звала меня, а я спал, как убитый!»
Он закрыл лицо руками. В висках пульсировало. В голове проносились редкие моменты их жизни. Елена, что-то говорящая ему на кухне. Убирающая со стола. Поправляющая волосы. Степа тысячи раз видел эти образы, но никогда не всматривался. Когда она перестала быть для него живым человеком?
Минуты тянулись мучительно долго. Где-то звякала каталка, медсестра быстро прошла мимо, не глядя в сторону сидящего мужчины. Для них это был обычный день. Для него — конец всего.
Телефон завибрировал. Глухо, раздражающе. Как будто из другого мира.
На экране высветилось имя Захар.
Степан долго смотрел на мигающий дисплей, прежде чем поднести трубку к уху.
— Да, — коротко и сухо.
— Степан, — голос командира был напряженным. — Срочный сбор. Все на базе через полчаса. Ситуация серьёзная.
Он молчал. Захар ждал, а в ушах всё ещё звенело: «Время упущено».
— Я не приеду, — тихо ответил Степан, его голос был пустым.
— Что? — командир явно не понял. — Степ, это не просьба, это приказ!
— Найдите кого-нибудь другого, — тихо сказал он и сбросил вызов.
Глава 6
В воздухе стояла напряженность. База наполнялась спасателями, один за другим они заходили в зал, натягивая перчатки, закидывая на плечи куртки, готовясь к худшему. Захар стоял у центра стола, пальцы стиснуты в замок. Лицо каменное, голос твердый.
— Внимание. — Он обвел всех взглядом. — Массовое ДТП на трассе. Густой туман, столкновение автобуса с грузовиком. В автобусе сорок человек, в фуре двое. Огромное количество пострадавших, есть заблокированные. Некоторые, возможно, уже мертвы. Наша задача — как можно быстрее вытащить выживших и передать медикам.
Клим хмуро кивнул:
— Насколько сильно зажаты пассажиры?
— Информации нет. Но нам сообщили, что часть автобуса развернуло, он лежит на боку. Возможно, крыша продавлена.
— Водители? — уточнил Ян.
— Грузовик врезался в автобус лоб в лоб. Водитель автобуса мог не выжить. Из фуры жив, но тоже зажат. — Захар коротко выдохнул. — Работать чётко, без паники. Это тяжелый вызов. Майя и Иван остаетесь на базе для подстраховки.
Команда кивнула. В зале повисло гнетущее молчание, которое прервал голос Максима:
— А где же Степан?
Захар стиснул зубы. Он знал, что этот вопрос прозвучит, но ответа у него не было. Поднял взгляд, встретившись с любопытными и одновременно обеспокоенными глазами ребят.
— У него особые обстоятельства, — отрезал командир. Больше добавить было нечего.
Клим сдвинул брови, но промолчал. Ян бросил быстрый взгляд на Максима, будто предупреждая его не продолжать.
— Пакуемся! — резко скомандовал Захар. — Времени нет!
Когда машины прибыли на место, зрелище было ужасающим. Автобус лежал на боку, его металлический каркас был смят, как консервная банка. Кровь, стекла, разбросанные вещи пассажиров. В воздухе висел запах горелой резины и масла. Где-то плакали дети. Грузовик врезался в него с такой силой, что кабина буквально вошла в корпус автобуса.
— Чёрт.… — выдохнул Ян, уже спрыгивая с машины. Стало не по себе.
— Работать! — громко бросил Захар. — Максим, ты за медициной. Клим, Ян, работаем с гидравликой, освобождаем пассажиров. Остальные — разрезаем корпус, работаем с носилками, эвакуация!
Все бросились к делу. Ян вбил лом в щель двери автобуса, разрывая металл.
— Кто живой, подаем голос! — крикнул он внутрь.
Ответом был стон. Кто-то кашлянул. Другой застонал громче. Где-то ближе к кабине раздался слабый крик:
— Помогите! Господи, помогите…
— Спокойно! Мы вас вытащим! — Ян взглянул на Клима. — Давай инструмент!
Клим уже тянул гидравлические ножницы, прорезая крышу автобуса, создавая выход для зажатых пассажиров. Макс бегал между ранеными, осматривая тех, кто был в состоянии говорить. Его лицо становилось все более напряженным с каждой секундой.
Но живыми были не все.
— Захар! — голос Клима прозвучал резко. — Здесь.… здесь двое двухсотых.
Захар закрыл глаза на мгновение, стиснул зубы. Затем быстро скомандовал:
— Продолжайте работу! Нам важно спасти живых!
Максим побледнел, но продолжил обход пострадавших. Ян вытащил первого ребёнка, передал его медикам. Женщина рядом с ним пыталась подняться, но закричала от боли.
— У нее сломана нога! Носилки сюда!
Клим и ещё двое парней несли на руках мужчину с разбитым лицом. Он не дышал.
— Это все.… — пробормотал Клим, оглядывая хаос.
— Это ещё не все, — жестко ответил Захар. — Работаем!
Когда все закончилось, команда молча вернулась на базу. Ни слов, ни шуток, ни обсуждений. Только молчание, натянутыми нитями висевшее в воздухе.
— Разгружаемся, — тихо бросил Захар.
Но никто не двигался. Только Максим тяжело выдохнул и оперся на машину. Боевое крещение далось ему не просто.
— Десять погибших, — сказал он, не глядя на остальных. — Мы не успели…
— Мы спасли тридцать, — спокойно ответил Клим.
— Да, но… — Максим опустил голову. — Всё равно….
— С этим приходится жить, — глухо отозвался Ян.
Клим только кивнул, а Захар быстро ушел с базы,
