«Вот и возраст комсомольский вышел…»
Вот и возраст комсомольский вышел.И уже не я с моим дружком, —Двое незнакомых мне мальчишекРадостно торопятся в райком.
Эх, вернуть пятнадцать лет и мне бы!Но тогда, в мои пятнадцать лет,Затемненным было даже небо,Словно звезд на свете больше нет!
Вот когда мы изучили карту,Отмечая зыбкие фронты.Нам казалось, что застыли партыВозле самой огненной черты.
Где-то с неба падали десанты,Из разведки кто-то не пришел,Мы ошибки делали в диктантах,Но не в заявленьях в комсомол!
Танки уходили с Уралмаша.Был октябрь морозен, как январь.Я и нынче заявленья нашиПовторю, товарищ секретарь!
ЗВЕЗДЫ
Сбросило, наверно, сильным ветромК небу неприбитую звезду.Кажется, пройду полкилометраИ осколки звездные найду.
Сколько раз мы в детстве выбегалиПод обильный летний звездопад.И взаправду мы тогда считали:Все с небесЛетитК соседуВ сад.
Садовод с пушистыми усами,Ты ребят за прошлое прости:Звезды мы искали меж стволами,Яблоки мы рвали по пути.
ПРЯМЫЕ ПУТИ
Захватывало дух: дорог так много!С открытым сердцем по любой идиИ не гадай: а что там за дорога?И что с тобою ждет нас впереди?Пойдешь направо — сталеваром будешь,Пойдешь налево — можешь стать врачом.И по любой из них ты выйдешь в люди,Огромный мир знаком и незнаком!Мы знали, что дороги те прямые.Но мы не знали, как они круты.Безусые и молодые,Мы задыхались вдруг от высоты.Нам было хорошо, нам было плохо,Пути прямые, как вы нелегки,Когда гуляют с воем по эпохеПропахшие железом сквозняки,Нас научили многому дороги,Мы побывали в дальнем далеке.Смешно, когда кричит жена в тревоге:— Закрой окно! Не стой на сквозняке!
«Красота вокруг…»
Красота вокруг,Захватило дух:По Москве летитТополиный пух.
По Москве летит,Аж в глазах бело.Институтским садЗамело.
Не дыша тогдаЯ в Москве стоял,А казалось мне:Это — мой Урал.
И не пух летит,А метельный снег.Где-то возле горОн берет разбег.
Только время шло…И промчался год.На Урале я,Снег идет, идет.
Я стою в саду,В заводском саду,А мне кажется:По Москве иду.
Красота вокруг,Захватило дух.И не снег летит —Тополиный пух.
ПОГРАНИЧНАЯ СТАНЦИЯ
Прижимаюсь в купеК окну,Покидаю не дом —Страну.
Вот и станцияПограничная,Аккуратная,Симпатичная.
Тишина на нейНепривычная,Для перронов большихНеобычная.
Золотистый вокзалВ наличниках,В окна вставленаСинева.И фуражкою пограничникаЗеленеет над нимЛиства.
НЕЗНАКОМЫЕ ГОРОДА
Все, конечно, мне не запомнится, —Друг на друга ползут года.Но люблю я с вами знакомиться,Незнакомые города.
Побродить, ни о чем не спрашивая,Посидеть в полумгле седой,Там, где ночь рекламой окрашена,Повстречаться опять с толпой.
Затемненный или расцвеченный,Гулким шумом и тишинойКаждый город,Как путник встреченный,Разговаривает со мной.
Так в вагоне,На полку нижнююПоудобнее сев,СоседВ день расскажет о том, что ближнемуНе расскажет за много лет.И увидишь его ты с бедами,В напряженном ритме труда.Как люблю я с вами беседовать,Незнакомые города!
НОЧЬ
Ночь, как будто сплошной тоннель,По которому поезд мчится,Лишь порою огней метельВдруг за окнами заискрится.
Рядом пальмы —За рядом ряд.Но и здесь,В краю иностранном,Партизанский ходил отрядС партизаном лихим — Иваном.
Он упал среди этих горУ небес нестерпимо синих.Мама русская до сих порНичего не знает о сыне.
…Уплывает наш разговорЗа окно сигаретным дымом.Поезд мчится во весь опор,Чтобы встретиться утром с Римом.
Золотистых огней метельУспокоилась, не искрится.Ночь кончается, как тоннель.Проявляются рядомЛица.
В НЕАПОЛЕ
Ах, берег моря,Как ты здесь чудесен,Обрызганный огнями в полумгле!Так почему совсем не слышно песенВ Неаполе —На песенной земле?
Полиция стоит, как на параде,Затянутая в белые ремни.Как будто песниК частной автострадеОна не пропускает в эти дни.
Над всей страною небо голубое.Везувий дремлет?Что же здесь такое?Куда спешатЖандармские стрелки?В НеаполеБастуютМоряки.
Без пищи топки теплоходов стынут,Немеют корабельные гудки.В большом порту и глухо, и пустынно —В НеаполеБастуютМоряки.
В штрейкбрехеры возьмут сейчас охотно,Но, потирая впалые виски,Уходит от работыБезработный:В НеаполеБастуютМоряки.
А город стал для демонстрантов тесен.Кипели волны, будто бы в котле:Мы уплывали,Не услышав песенВ Неаполе —На песенной земле.
КОЛОКОЛА МАЛИНА
Я услышал их под вечер —Тонкий звон колоколов —То печален,То беспечен,То протяжен был,Как зов.Ох, спасибо, неизвестный,Неувиденный звонарь,Ты концерт свой начал с песни,Что у нас сложили встарь.Мы волненья не скрывали:На простор чужой страныВеличаво выплывалиСтеньки Разина челны.А потом вдруг с новой силойНад бельгийским городкомЦерковь вдруг заговорилаСовременным языком.Будто сбросив тяжесть грузаНаливавшихся веков,Гимн Советского СоюзаПел нам хор колоколов.Вспоминаю и доныне:Аплодирует народ,Над темнеющим МалиномЗвон малиновый плывет.
«Предо мной снова вспыхнули разом…»
Предо мной снова вспыхнули разомТеплохода ночные огни.Это память моя водолазомПодняла затонувшие дни.
И трещит вновь скорлупка каютыПод напором волны штормовой.Только кажется мне почему-то:Это было совсем не со мной.
Дуют ветры опять из Алжира,Человек в ожидании дняПосередке кипящего мираВсе же очень похож на меня.
Непонятные светят зарницыТам, где волны взбесились кипя.Он всемирного шторма частицейГорделиво считает себя.
Человек ждет от бури ответаНа вопрос, что измучил давно.Я читал о нем, кажется, где-тоИли видел его я в кино?
И смешно мне его самомненье,И сомненья его мне смешны.Может, годы,А может, мгновеньяСмыты взрывом зеленой волны.
Теплоход из былого линяет,Вот качнулась и скрылась корма…Жизнь инаяШторма поднимает,А другихЛишь качаютШторма.
АТЛАНТИДА
