железо и чувствуют себя превосходно?
- Собственно, это и есть тема моего исследования. Моя диссертация называется «Questioni di resistenza selettiva sui materiali di ricerca della popolazione della foresta di Mosca[3]». Если мне удастся открыть секрет этих superuo[4], я могу претендовать на Нобелевскую премию. Хотя я бы предпочла премию Мильнера, там денег больше. (смеётся)
Впрочем, на самом деле, у меня есть теория… То есть, не только у меня, но, мне кажется, я подошла к этому довольно близко… Эти… «патологии Леса», как мы их называем, – Лесная Аллергия, Зелёная Проказа, Зов Леса – не есть отдельные явления, более того, они даже не болезни, а представляют собой различные проявления одного синдрома невыясненной этиологии. Причём разгадка, мне кажется, может быть именно в Московском Лесу. Именно поэтому я вскоре возвращаюсь туда, на этот раз не в МГУ, а на ВДНХ. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить организацию «Церковь Вечного Леса», которая generosamente, щедро и великодушно выделила мне грант на проведение полевых исследований…
- Франна, простите, у нас на станции не поощряется бесплатная реклама.
- О нет, не реклама! Я раньше даже не слышала о них! Просто я была практически per disperazione, в отчаянии. Русские хорошие ребята, я могла бы там жить, но работать нужны средства. Эта работа… il mio sogno, моя мечта. И вдруг – вжжжух! – раздаётся звонок от этих людей, и вот, я еду. Прямо как Cenerentola, Золушка на бал. Буквально через месяц, остались формальности.
- Действительно, просто сказочная история.
Франна, нас поджимает время. Давайте продолжим в другой раз, если хотите, прямо завтра, послезавтра, как вам удобно.
- О, конечно! Спасибо, Евгений, Arrivederci, дорогие зрители, слушатели, вам спасибо огромное тоже, ci vediamo dopo[5]!
[1] Воины Леса (итал.)
[2] Матерь Божья, как это трудно объяснить! (итал.)
[3] «Вопросы избирательности сопротивления патологиям на материалах исследования обитателей Московского Леса» (итал.)
[4] Сверхлюдей (итал.)
[5] До встречи (итал.)
Выпуск 5
10 июня 2054.
Кельн , Канал “N-TV“,
передача ”Ein Wort fur Wald und Welt“.
- И снова здравствуйте, дорогие зрители. С вами в студии, как всегда, Евгений Гурвиц.
Неделю назад мы обещали вам продолжение разговора с Франой Монтанари, и сегодня она у нас в студии. Точнее, сегодня мы представляем вам запись беседы с ней, сделанную ранее, а сама Франа в данный момент уже в пути в прекрасный и загадочный Московский Лес.
- Добрый день, Франа, как настроение?
- Buon giorno, Евгений, прекрасно.
- В прошлый раз мы говорили с вам об эЛ-А. Давайте же продолжим обзор Лесных Патологий.
- С удовольствием.
- О Зелёной Проказе ходит множество слухов, от восторженных - она, дескать, чуть ли не как панацея, исцеляет прочие болезни, вплоть до самых пугающих...
- Это так. Дело в том, что люди относятся к этому как к болезни, хотя, несмотря на своё название, Lebbra Verda, данный синдром собственно проказой не является. Более того, она не есть именно Лесная патология. Комплекс болезненных проявлений - утрата социализации, навыков речи и повседневной деятельности, резкие изменения моторики организма - возникает у людей, живущих за пределами Леса, но при этом злоупотребляющих его продуктами. Точнее даже, препаратами на основе лесных продуктов. Не секрет, что существует целая индустрия, не всегда легальная, использующая компоненты, импортируемые из Леса. И если в некоторых случаях, - парфюмерия, косметика, официальная фармацевтика - препараты проходят апробацию, то чёрный рынок не preoccuparsi[1], как это... не за-мо-ра-чивается побочными эффектами. Речь не идёт непременно о наркотиках. Афродизиаки, стимуляторы, иммуномодуляторы... Однако, по большому счёту, Зелёная Проказа - не что иное, как тяжёлая форма абстинентного синдрома.
- Вы хотите сказать, что Лес подсаживает людей на свою иглу?
- Grossomodo ma vero. Как и в случае с Лесной Аллергией, мы имеем дело с отсутствием у обычных людей резистентности к продуктам Леса. Однако, если при эЛ-А это абсолютное неприятие, rigetto, отторжение, то Проказа, напротив, формирование зависимости. Известно, что она проходит быстро и безболезненно, стоит поражённому организму оказаться в Лесу.
- Однако, насколько я понимаю, существуют серьёзные осложнения...
- Евгений, вы снова употребляете клинические термины. Это не осложнения, это consequenze, adattamento[2]. Организм меняется для жизни в новых условиях. Certo, со стороны эти изменения могут выглядеть непривычно. Да, зелёная кожа, разрез глаз, - и это только лёгкая форма мутации. Но это не нарушает функций организма, напротив, modificaro, улучшает его в соответствии с требованиями среды.
- И лечение за пределами Леса невозможно?
- Dio mio! Снова «лечение». Именно от этого отношения возникают те отвратительные явления, которые мы наблюдаем в обществе. Вы знаете, что в Южной Америке существуют целые лагеря для dei Verdi, «зеленушек» - по-русски так просторечно называют людей с проявлениями Проказы? Их пытаются именно лечить, per forza, насильно. Честнее в таком случае даже как в США - отправлять в Лес поголовно. Я понимаю, что Манхэттен - не лучшее место для жизни, но принудительное заключение - это assolutamente barbarie, fascismo[3].
- Политика ворвалась в нашу беседу. Так что же происходит с... эээ... зеленушками, оказавшимися в Лесу, кроме выздоровления? Я имею в виду те случаи, когда изменения заходят достаточно далеко.
- Вы говорите о так называемых «аватарках». Увы, Евгений, но здесь я не могу выступать экспертом. Моя стажировка, как вы помните, проходила в стенах МГУ, и я была лишена возможности личного общения с такими людьми. Вот теперь, когда у меня будут полевые исследования, я всё узнаю и, обещаю, по возвращении всё расскажу.
А пока нужно сказать про другую сторону Лесной зависимости - Зов Леса. Академически говоря, именно он есть полная противоположность Лесной Аллергии. Люди с эЛ-А не могут жить в Лесу, люди с ЗЛ не могут жить вне Леса. Однако, проявления его совершенно иные. Аллергия, как мы
