Читаем без скачивания Такой славный убийца - Владимир Ильин

— Например? — безжалостно настаивал Лигум.

Учитель возвел глаза к расписанному древними фресками потолку, словно удивляясь непроходимой тупости хардера.

— Например, был такой случай, — нехотя сказал он. — Сидели мы это в тот вечер, когда все еще только началось, в клубе… да-да, не удивляйтесь, у нас здесь есть свой клуб. Понимаете, когда люди весь день сидят и работают по своим домам… ведь у всех, если не считать тех, кто с верфи, для работы нужен лишь хороший транспьютер с выходом в Сеть и… и голова… так вот, в этих условиях очень важно, чтобы люди могли где-то собраться и пообщаться вживую, а не по компкарду или, скажем, радиофаксу… М-да. О чем это я? Ах, да!.. Значит, сидим мы в Клубе, ну как обычно — дым столбом, все места за столиками заняты, народ выпивает, шутки, смех, многие в картишки перекидываются — у нас здесь много любителей игры в скат, мы даже два раза в год провинциальные чемпионаты по швейцарской системе проводим…

Он замолчал, чтобы смочить пересохшее горло коньяком.

— И вот посредине этого… досуга… Тал Беренцвейг — это смотритель маяка — выходит по нужде, сами понимаете куда…

— Куда же? — невинно поинтересовался Лигум. — На улицу, что ли?

Учитель сморщил нос.

— Фи-и, как вы о нас плохо думаете, — заявил он. — Вы не смотрите, что у нас здесь так тщательно хранятся традиции… У нас, между прочим, туалеты здесь не хуже, чем на Большой земле!

Видно было, что он обиделся.

Тем не менее, Лигуму удалось выведать от него нужную информацию. Смотритель маяка Тал Беренцвейг из «того самого места» не вернулся ни через пятнадцать минут, ни через полчаса. В туалете его тоже не оказалось, и, если так выразиться, следы его пребывания в этом месте также отсутствовали. Вход в туалет был у всех на виду, и никто не заметил, чтобы туда кто-то входил за последний час. А другого выхода, кроме как через зал, из клозета не было, так что вызванный на подмогу шериф с ходу заявил, что старина Беренцвейг наверняка незаметно ушел домой, где и спит сейчас крепким сном. Однако дома смотрителя тоже не оказалось. Язеп божился, что ни с острова, ни на остров на пароме никто не плавал весь прошедший день, а лодки и другие средства наличного водного транспорта Клевезаля оказались на месте. В общем, розыски длились всю ночь, добровольцы перевернули остров вверх дном, но Тала так и не нашли, ни живым, ни мертвым. Зато бесследно исчезли еще два человека, занимавших важное положение в местном социуме: шериф и начальник серверной станции, которая обеспечивала связь с остальным миром. Поиски было решено прекратить, чтобы сообщить о непонятных исчезновениях в провинциальную управу, а, может, даже и в округ. Однако серверная станция оказалась неисправной, в связи с чем сообщение с Большой землей было полностью парализовано, и пришлось отправлять послание с нарочным в лице Язепа и одного добровольца. Что и было сделано с первыми лучами солнца.

Больше всего клевезальцы опасались, что в провинциальных органах власти им никто не поверит и посоветует хорошенько поискать пропавших под одеялами одиноких женщин. Но в провинции к ходокам отнеслись вполне лояльно, внимательно выслушали и велели возвращаться на остров и передать землякам личное распоряжение самого губернатора: всем сидеть по домам, передвижения сократить до минимума, остров никому не покидать, стараться в одиночку никому не оставаться, вооружиться подручными средствами, при последующих исчезновениях кого бы то ни было поиски не предпринимать, и вообще сохранять спокойствие…

Лигум скрипнул зубами. Он-то знал, в чем было дело. Когда Супероб объявился в этих краях, главное для властей всех уровней было — установить его местонахождение в каждый конкретный момент времени. Сообщение «ходоков» из Клевезаля неопровержимо свидетельствовало о том, что киборг сам себя загнал в угол, перебравшись на остров, где его можно окружить и уничтожить с помощью хардера. Но для этого требовалось не посвящать людей, живших на острове, в суть дела, иначе кто-нибудь мог бы спугнуть робота или, будучи захваченным им, проболтаться о том, что его собираются окружить и уничтожить. Именно поэтому ни губернатор, ни его подчиненные, ни командиры наспех поднятых «под ружье» заслон-отрядов и словом не обмолвились посланцам с острова о том, какая опасность им угрожает. Их, этих несчастных, оказавшихся заложниками сумасшедшего киборга и не ведающих об этом, отдавали Суперобу в качестве жертвы. Если говорить шахматным языком, то чиновники стремились выиграть эту затянувшуюся партию с киборгом путем надежной, по их мнению, комбинации: пожертвовав несколько пешек, поставить одинокому королю мат в два хода. Наверное, если бы на Земле не было хардеров, то наверняка нашлись бы умники, которые ради решения задачи уничтожения Супероба весь Клевезаль сровняли бы с землей: подумаешь, каких-то полторы тысячи человек по сравнению со всем остальным человечеством!..

Между тем, врио мэра продолжал свой рассказ.

Исчезновения людей в Клевезале продолжаются по сей день, несмотря на то, что люди стараются быть вместе, в кругу семей или в тесном общении с друзьями и знакомыми. Настроения пока еще отнюдь не упаднические, потому что все надеются и верят, что Большая Земля обязательно поможет. Тем более, что провинциальная администрация приняла уже ряд мер. В частности, была восстановлена серверная связь. А вчера утром в Клевезаль прибыл джампер медпомощи с двумя сотрудниками эпидемиологической службы, которые ведут большую работу по обследованию жителей острова на предмет различных аномалий. Ими выдвинуто предположение о том, что в районе Озера сложилась неблагоприятная геомагнитная обстановка, которая отрицательно влияет на людей с предрасположенностью к стрессу и суициду, и возможно, именно этим и объясняется загадочное исчезновение людей…

Лигум скрипнул зубами вторично. Ему было прекрасно известно, кто такие «эпидемиологи» — полицейские эксперты, оснащенные специальной аппаратурой и присланные в Клевезаль для того, чтобы в ходе массового обследования населения попытаться выявить киборга по каким-либо «нечеловеческим» признакам — крови, биотканям, наличию внутренних органов. Большой надежды на это, правда, не было, потому что подобная тактика и раньше не приносила результатов, но сейчас возможности по обнаружению Супероба таким путем были гораздо больше, ведь речь шла о замкнутом пространстве и ограниченном количестве обследуемых. Даже если предположить, что робот маскируется под кого-то из местных, все равно шансы на его выявление оставались. При одной оговорке: если бы эксперты добросовестно работали. А они, судя по всему, вместо особого задания предпочитали дегустировать спиртные напитки…

В комнате окончательно стало темно, и, реагируя на изменение освещения и наличие людей в комнате, автоматически сработала система бестеневых ламп.

— Да что ж это я, — спохватился Лингайтис, ставя опустевший стаканчик на стол. — Вам же надо бы отдохнуть с дороги!.. Да и покушать, наверное, не откажетесь, верно? Сейчас я скажу своему помощнику, чтобы отпер гостевой домик и приготовил там все, что надо… Вы где предпочитаете поужинать: дома или в Клубе? А, может быть, махнем ко мне в гости, посидим за бутылочкой, а?..

Лигум смотрел на него, закусив губу.

… Жаль разочаровывать столь гостеприимного хозяина. Но ничего не поделаешь — лучше сразу расставить все точки над «и», чем потом резать по живому…

— Что вам сообщили из Центра по поводу моего прибытия в Клевезаль? — напрямую спросил он.

— Как — что? — удивился учитель. — Что вы — инспектор по особо важным делам какой-то там особой службы… не то министерства по чрезвычайным ситуациям, не то Инвестигации… сейчас уже не помню… А какое это, собственно, имеет значение?

— Дело в том, что вы даже не проверили мои документы, — с расстановкой произнес Лигум, внимательно следя за реакцией собеседника. — Будьте добры…

Он протянул «временному мэру» свой Знак. Тот растерянно повертел его в руках, и лицо его вмиг отчужденно застыло, как будто с него невидимым ластиком стерли карандашную улыбку.

— Всё ясно, — сказал он наконец, возвращая Знак хардеру. — Значит, хардер… Что ж, тогда ситуация в корне меняется. Насколько я наслышан, вам не требуется ни еды, ни отдыха, ни… ни всего остального?

— Вы правильно наслышаны, — подтвердил невозмутимо Лигум. — Но только во время задания…

Лингайтис медленно-медленно спустил ноги с журнального столика, на который возложил их, едва они с Лигумом расположились в кабинете, и поднялся. Тщательно застегнул пиджак на все пуговицы, заправил под него галстук.

— Я вам еще нужен? — осведомился он, глядя в сторону.

Ну почему, почему вы так резко меняетесь по отношению ко мне, едва узнаёте, кто я такой, захотелось крикнуть во весь голос Лигуму. Неужели вы до такой степени презираете хардеров, считая нас всех хладнокровными убийцами?! Да, мы вынуждены делать за вас самую грязную и отвратительную работу, в том числе и убивать. Но ведь нельзя ненавидеть то, что ты создал своими руками, потому что мы — тоже часть человечества. Да, у нас есть свой кодекс чести. У нас есть свои особенности и сверхвозможности, которые не доступны вам, обычным смертным. В конечном итоге, мы не такие, как вы… Но ведь нельзя же ненавидеть кого-то только за то, что он чем-то отличается от тебя, верно?..