Аврора отвернулась, я сел в экипаж и поехал.
Оказалось, в резиденции была оборудована огромная мастерская. В центре на постаменте замерла Машина. Рядом суетился Конрад - деловитый, важный. Канцлер наблюдал за ним из отдельной бронированной камеры с толстенным стеклом, способным, я думаю, вынести прямое попадание снаряда.
Меня привели к Канцлеру. Тот надменно улыбнулся мне и не промолвил ни слова.
Стальная дверь лязгнула, закрываясь. Канцлер махнул рукой, давая приказ начинать.
Конрад извлек из футляра предмет точь-в-точь похожий на Артефакт, каким его рисовал безвестный алхимик. Неужели они сумели отыскать его?!
Он вложил Артефакт в гнездо, которое мы вместе устроили в Машине…
Господи! Сработало!
Артефакт ожил, пустил зеленые разряды, похожие на электрические, заиграл нездешним светом…
И вдруг из него будто вырвалась высоковольтная дуга! Ударила Конрада прямо в грудь, рванула его как тряпичную куклу, и вытянула из него что-то лучащееся, трепещущее… Что-то живое.
Эту субстанцию всосало в талисман… Машина вздрогнула…
И вдруг ее единственный глаз - обычно тупой, стеклянный, - распахнулся и озарился багровым светом, словно наливаясь кровью.
Конрад - мертвый, выпотрошенный, - упал на пол.
А Машина, сожравшая его душу на наших глазах, поднялась на своих тонких ножках и медленно обвела мастерскую ищущим взглядом…
Запись двадцать восьмая
Должно быть, я потерял сознание.
Пришел в себя в больнице. В психиатрической.
На вопросы отвечать отказывался, с присланными следователями из тайной полиции говорить не стал. У меня, если честно, не было уверенности, что все случившееся мне не причудилось.
Через пару дней меня выпустили, предупредив, что если я вздумаю делать публичные заявления, проведу в смирительной рубахе остаток дней.
Я испугался и поверил.
Аврора плакала от счастья, когда я позвонил в дверной звонок.
Она была готова простить мне все - за то, что я остался в живых.
Запись двадцать девятая
Теперь я могу только догадываться о том, что творится с проклятой Машиной - по газетам.
Похоже, она все-таки ожила. По крайней мере, никто не смог бы запрограммировать ее на действия, которые она выполняет сейчас.
А она строит настоящую армию из роботов. Черт знает, кто надоумил ее, как это делать. Таких кошмарных чудищ не было ни в моих самых страшных снах, ни в невинной Энциклопедии, которую я ей скормил.
Я видел их на фотографиях в прессе - двуногие ходячие башни с мощными пулеметами. Репортеры вслед за Канцлером называют их «Миротворцами», но я-то чувствую, к чему все идет.
Запись тридцатая
Ночи напролет думаю над тем, где я ошибся. Перечитываю трактат, пытаюсь разобраться в формулах и шифрах. И начинаю понимать…
Старинный Талисман не способен наделять душой неживое! Он просто проводник. Чтобы вселить душу в мертвую материю, он должен сначала отнять ее у живого создания.
Трактат показывает, как создать искусственное тело для переселенной души - на примере сшитых из мешковины забавных человечков.
Душа словно наполняет тело собой, по волшебству заставляя его двигаться, мыслить, жить…
Но когда я конструировал Машину, я думал, что все действует иначе, и создал в ней особую пустоту, резервуар для жизненной энергии. Я думал, Талисман способен наполнять его этой силой бесконечно.
Оказалось, вечного двигателя всё-таки не существует… Проклятый Артефакт просто выдирает душу из очередной жертвы, а потом сливает ее в этот резервуар Машины.
И - такой уж я создал ее, - Машина медленно поедает, переваривает эту силу, пуская поглощенную энергию по своим проводам…
У Машины внутри не сердце, а желудок. Сосущая пустота. Пустота, которую никогда не заполнить.
И если Машина действительно развивается с такой дьявольской скоростью, она наверняка уже понимает, что отличается от всего остального живого тем, что не имеет собственной души - и поэтому вынуждена пожирать чужие…
Господи, бедный Конрад!
Запись тридцать первая
Что я создал?!
Читаю газету: «Приказом Канцлера варварская казнь, повешение, заменена в нашей стране на новый гуманный способ. Условное название - «Электрическое ложе». Детали Управление исполнения наказаний пока не раскрывает. Однако известно, что приговоренный не испытывает никаких мучений, и быстро отдает Богу душу под воздействием электрического разряда…»
Вот они как решили это объяснить!
«Справка. Сейчас в нашем государстве около семисот человек ожидают исполнения приговора высшей меры наказания за совершенные убийства и изнасилования. В среднем в год суды приговаривают к повешению до тысячи преступников…»
Интересно, насколько этого хватит Машине?…
Запись тридцать вторая
Вчера подумал, что случилось землетрясение. Посуда звенела в шкафах, дети падали на колени, так дрожал пол под ногами… Схватил их подмышки, выскочил на улицу…
По нашему проспекту двигались эти жуткие механические чудовища, каждое величиной с колокольню! Нескончаемый поток… Выходят они из циклопического Завода, который в считанные недели возвел для Машины Канцлер, чтобы она там орудовала в тишине и со всеми удобствами.
Люди встречают роботов цветами. Фотографии их дефиле во всех газетах! И ничего, что все стены в трещинах после этого праздничного шествия…
А внизу газетной полосы крошечная заметка: «Отныне за такие преступления против Государства, как шпионаж, измена Родине, подрывная деятельность и клевета против Канцлера осужденные будут приговариваться к «электрическому ложу». Соответствующее решение принял Верховный суд»…
Я догадывался, что уголовников скоро перестанет хватать, чтобы насытить Машину, но не думал, что Канцлер так быстро начнет кормить ее душами своих врагов и всеми, кого можно к ним причислить…
Что я могу сделать, чтобы остановить этот кошмар? Ничего! Стоит мне выступить с заявлением, как меня упекут в дурдом. Нет, пожалуй, этим дело не кончится: по новому закону меня отдадут на съедение Машине, которую я сам создал…
Как глупо.
Остается только наблюдать.
Запись тридцать третья
«Роботы-миротворцы», размещенные на границе с западными соседями, отразили вероломную агрессию с их стороны. И не остановились на этом.
Не успели те опомниться, как роботы дошли до их столицы и установили наши флаги на их президентском дворце.
Наши мотопехотные части еле успели добраться туда, чтобы принять капитуляцию.
Эта война заняла всего два дня! А прошлая унесла сотни тысяч жизней и длилась несколько лет!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
