АМУРЕТТА
Вы слышите, все громче воет вьюга.Прогоним холод, милая подруга:Не стариковски, ежась над огнем, —С любовной битвы вечер свой начнем.На этом ложе будет место бою!Скорей обвейте шею мне рукоюИ дайте в губы вас поцеловать.Забудем все, что вам внушала мать.Стыдливый стан я обниму сначала.Зачем вы причесались, как для бала?В часы любви причесок не терплю,Я ваши косы мигом растреплю.Но что же вы? Приблизьте щечку смело!У вас ушко, я вижу, покраснело.О, не стыдитесь и не прячьте глаз, —Иль нежным словом так смутил я вас?Нет, вам смешно, не хмурьтесь так сурово!Я вам сказал — не вижу в том дурного! —Что руку вам я положу на грудь.Вы разрешите ей туда скользнуть?О, вам играть угодно в добродетель!Затейщица! Амур мне в том свидетель,Вам легче губы на замок замкнуть,Чем о любви молить кого-нибудь.Парис отлично разгадал Елену.Из вас любая радуется плену.Иная беззаветно влюблена,Но похищеньем бредит и она.Так испытаем силу, — что вы, что вы!Упали навзничь, умереть готовы!О, как я рад, — не поцелуй я вас,Вы б надо мной смеялись в этот час,Одна оставшись у себя в постели.Свершилось то, чего вы так хотели!Мы повторим, и дай нам Бог всегдаТак согреваться в лучшие года.
ВЕРЕТЕНО
Паллады верный друг, наперсник бессловесный,Ступай, веретено, спеши к моей прелестной.Когда соскучится, разлучена со мной,Пусть сядет с прялкою на лесенке входной,Запустит колесо, затянет песнь, другую,Прядет — и гонит грусть, готовя нить тугую,Прошу, веретено, ей другом верным будь,Я не беру Мари с собою в дальний путь,Ты в руки попадешь не девственнице праздной,Что предана одной заботе неотвязной, —Пред зеркалом менять прическу без конца,Румянясь и белясь для первого глупца, —Нет, скромной девушке, что лишнего не скажет,Весь день прядет иль шьет, клубок мотает, вяжет,С двумя сестренками вставая на заре, —Зимой у очага, а летом во дворе.Мое веретено, ты родом из Вандома,Там люди хвастают, что лень им незнакома.Но верь, тебя в Анжу полюбят как нигде, —Не будешь тосковать, качаясь на гвозде.Нет, алое сукно из этой шерсти нежнойОна в недолгий срок соткет рукой прилежной,Так мягко, так легко расстелется оно,Что в праздник сам король наденет то сукно,Идем же, встречено ты будешь как родное,Веретено, с концов тщедушное, худое,Но станом круглое, с приятной полнотой,Кругом обвитое тесемкой золотой.Друг шерсти, ткани друг, отрада в час разлуки,Певун и домосед, гонитель зимней скуки,Спешим! в Бургейле ждут с зари и до зари,О, как зардеется от радости Мари!Ведь даже малый дар, залог любви нетленной,Ценней, чем все венцы и скипетры вселенной.
ПЕСНЯ
Если вижу, что весна,Что юнаВновь волна и земли эти,Мнится мне: Амур и день,Бросив тень,Вновь рождаются, как дети.
День прелестней каждый час,С ним для насВновь луга разнообразны,И Амур в груди людскойПравит бой,С ним и стрелы, и соблазны!
Мечет он во все краяОстрия,Он властитель всей природы,Всех людей, зверей и птиц,Пали ницПеред ним покорно воды.
Вот Венера. С ней и сын,Властелин,В колеснице, зримы снизу…Мчит она на лебедяхв облакахНа свидание к Анхизу.
И куда бы ни простерСтрелы взорСквозь простор лучей прекрасных,Воздух станет сразу чистИ, лучист,Блещет в искрах сладострастных.
Лишь опустит до земли, —И взрослиТысячи цветов медвяных,И гвоздик среди полей,И лилей,И меж ними роз румяных…
В месяц сей душа моя, —Чую я —Вся в Амуровом пыланье;Вижу я: со всех сторонПринял онГоспожи очарованье.
Если вижу все в цвету,ПестротуНа речном цветущем бреге,Мнится, предо мной горитЖар ланитПурпуровых, полных неги!
Если вижу: вяз обвитьХочет нитьПлющевая, обнимая,Мнится, в путах я тугихРук твоих,Шею жмет мне дорогая.
Слышу ли, войдя в лесок,ГолосокВеселящий соловейный, —Мнится: в уши льется мнеВ тишинеМилый голос чародейный.
Вижу ль, что стройна соснаИ однаОсенила всю полянку, —Мысль мешается моя,Вижу яСтан ее, ее осанку!
Иль когда цветок найдуЯ в саду,Ранним утром оживленный, —Говорю: похож цветокНа сосокГруди, нежно округленной.
Солнца ль светлая косаВ небесаПоявляется с зарею, —Вновь мне кажется: онаОто снаПоднялась передо мною.
Коль иду среди луговИ цветовОкружен благоуханьем, —Чувствам кажется моим,Что твоимСладким я пленен дыханьем.
Словом, я меж госпожойИ веснойСмело делаю сравненье:Жизнь дает цветам весна,А онаМне дает свое биенье.
Близ журчащего слегкаРучейкаЯ расплел бы косы эти,Их во столько бы кудрейСвил бы ей,Сколько их на водной сети.
Чтобы ею обладать,Мне бы статьБожеством сих рощ безвестных,Целовать бы столько раз,Сколь у насМного листиков древесных.
Дорогая, приходи!Погляди,Что за зелень в свежем доле!Мне сочувствуют цветы.Только тыРавнодушна к бедной доле!
Посмотри-ка в высотуНа чету,Последи за голубями,Как естественно ониВ эти дниКлювом любятся, крылами.
Мы же чести ловим тень.Что ни день,Гоним счастье, хоть не рады.Птицам лучше, — те вольны,Влюблены,И в любви им нет преграды.
Все же нам терять не следНаших летРади строгости не в меру,Лучше следовать теперь, —О поверь, —Голубиному примеру.
Лучше мне скорей даруйПоцелуй,О богиня, утешая,Чтобы наших дней заряЭдак зряНе исчезла золотая!
ПЕСНЯ
Коснись, молю богами,Чтоб я не захворал,Ты губ моих губами,Пунцовей, чем коралл.И шею мне обвейСкорей рукой своей.
И, очи в очи, рядомМы сядем, склонены,И ты проникнешь взглядомДо сердца глубины, —Оно ж полно однойЛюбовью и тобой.
Красавица! СмущеньеМоих влюбленных глаз!Целуй без промедленья,Целуй меня сто раз!Зачем лежу я тихИ нем в руках твоих?
Чтоб сон твой стал короче, —Я не хочу отнюдь, —Блажен, коль могут очиПрекрасные вздремнуть.Блажен, коль встретят сны,Ко мне устремлены.
Я, хочешь, их открою,Лобзаньем сон гоня?Ах! Вновь ты стала злою,Чтоб уморить меня.Сейчас покину свет…Тебе не стыдно, нет?
Коль хочешь, враг мой милый,Чтоб не был я томим,В меня вдохни ты силыЛобзанием своим.Ах! В сердце мне течетЕго сладчайший мед.
Любови неустаннойЯ буйство полюбил,Коль тот же постоянныйДвоих сжигает пыл.Мне будет смерть мила,Коль чрез любовь пришла.
* * *
Что я люблю Мари — то истина святая,Но и любовь к Аннет Амур в меня вдохнул,Мне обе дороги. Так в оны дни ТибуллО Немезиде пел, по Делии страдая.
Педант бы осудил — вот ветреность пустая:Забыть любимую, едва лишь день мелькнул!Любил лишь тот, кто ввек с дороги не свернул,Кто счастлив был, одну любовь предпочитая.
Но, право, Шеруврье, в обеих я влюблен!Не думай, будто лгу, безмерно распаленВоображением и жаждой обладанья.
И многого ль прошу: у той — к руке прильнуть,Той — шею целовать, глаза иль губы, грудь,Вот, милый Шеруврье, и все мои желанья.
* * *
Ты всем взяла: лицом и прямотою стана,Глазами, голосом, повадкой озорной.Как розы майские — махровую с лесной —Тебя с твоей сестрой и сравнивать мне странно.
Я сам шиповником любуюсь постоянно,Когда увижу вдруг цветущий куст весной.Она пленительна — все в том сошлись со мной,Но пред тобой, Мари, твоя бледнеет Анна.
Да, ей, красавице, до старшей далеко.Я знаю, каждого сразит она легко, —Девичьим обликом она подруг затмила.
В ней все прелестно, все, но только входишь ты,Бледнеет блеск ее цветущей красоты,Так меркнут при луне соседние светила.
* * *
Проведав, что с другим любимая близка,Не буйствуй, удержись от гневного порыва,Ты друга верного прощаешь терпеливо,Когда вспылил он вдруг и нагрубил слегка.
Грех надо отличать от мелкого грешка,А согрешить разок — уж не такое диво,Когда любовница твоя еще красиваИ даже кается — вина невелика!
Ты скажешь, ты считал ее достойной, честной,Но Цинтия — пример тебе не безызвестный,Проперций в ней нашел достойные черты.
И все ж она его однажды обманула.Так усмири свой гнев. Ну чем их лучше ты —Их всех — Проперция, Тибулла и Катулла.
* * *
Я грустно, медленно, вдоль мутного потока,Не видя ничего, бреду лесной тропою.Одна и та же мысль мне не дает покою:О ней, — о той, в ком нет, казалось мне, порока.
О дай мне отдых, мысль, не мучай так жестоко,Не приводи одну причину за другоюДля горьких слез о том, что и теперь, не скрою,Мне больно сердце жжет и сводит в гроб до срока.
Ты не уходишь, мысль? Я развалю твой дом,Я смертью собственной твою разрушу крепость.Уйди, прошу, оставь мой разум наконец!
Как хорошо забыть, уснув могильным сном,Измену, и любовь, и эту всю нелепость —То, от чего навек освобожден мертвец.
* * *
Ах, чертов этот врач! Опять сюда идет!Он хочет сотый раз увидеть без рубашкиМою любимую, пощупать все: и ляжки,И ту, и эту грудь, и спину, и живот.
Так лечит он ее? Совсем наоборот:Он плут, он голову морочит ей, бедняжке,У всей их братии такие же замашки.Влюбился, может быть, так лучше пусть не врет.
Ее родители, прошу вас, дорогие, —Совсем расстроил вас недуг моей Марии!Гоните медика, влюбленную свинью.
Неужто не ясна вам вся его затея?Да ниспошлет Господь, чтоб наказать злодея,Ей исцеление, ему — болезнь мою.
СМЕРТЬ МАРИИ
