И пусть помогут боги любому, кто решится испытывать мое терпение нынче вечером. Я вот-вот взорвусь…
Наконец прибыл Погерт, телепортировавшись в баре. Кожа гнойного демона выглядела как расплавленный воск и пахла тлением. Кольчуга, которую он носил под одеждой, выглядывала из-под воротника и манжет рубахи. На ногах у него были прорезиненные ботинки, которые демон из вежливости регулярно опорожнял от стекавшей слизи.
Когда он подсел к столику Ридстрома, раздался хлюпающий звук.
— Мой лорд и господин ищут вещь настолько редкую, что она почти легендарна, — начал он без лишних вступлений, — в ответ на это они предоставят нечто столь же удивительное.
Перейдя на язык демонов, он спросил:
— Что бы ты сделал, чтобы получить оружие, способное уничтожить Бессмертного?
Замок Торнин королевства Роткалина.
Когда отделенная голова, подпрыгивая и оставляя влажный след, скатилась по ступенькам помоста трона Оморта на черную дорожку, Сабина привычно отшагнула в сторону и дала ей прокатиться мимо.
Голова принадлежала предсказательнице номер триста пятьдесят шесть — именно столько провидцев побывало здесь с тех пор, как Сабина прибыла в Торнин.
Запах крови насытил воздух, когда ревенанты механически явились, чтобы убрать мертвое тело.
Оморт, ее сводный брат и король равнины Роткалина, вытирал окровавленные руки — это означало, что в приступе ярости он собственноручно оторвал голову провидицы, предсказавшей, без сомнения, нечто неугодное.
Оморт, высокий и гордый, стоял перед изукрашенным золотом троном. На его левом плече лежал латный воротник, правое было скрыто под элегантной накидкой. На бедре висели ножны меча. На его светлых волосах возлежал сложный головной убор, служивший одновременно короной и шлемом.
Он выглядел учтивым, утонченным и совершенно неспособным оторвать голову женщине.
Оморт украл множество волшебных талантов своих полубратьев и полусестер — до того, как убил их всех. Пирокинез, левитация, телепортация. Но видеть будущее он не мог. Это часто приводило его в бешенство.
— Хочешь что-то сказать по этому поводу, Сабина? Может, тебе стало жалко?
Она была единственной, кто осмеливался дать ему отпор, поэтому создания из свиты притихли. Во внутреннем дворе замка выстроились члены многих фракций, ставших участниками Правуса, новой армии Оморта.
В их числе были кентавры, Ивидии — женские воплощения разногласий, огры, бродячие фантомы, падшие вампиры, огненные демоны с вспыхивающими ладонями — тварей было больше, чем для них имелось имен. Почти все они были бы счастливы увидеть ее мертвой.
— Как трудно в наше время найти хороших слуг, — вздохнула она. Сабину было трудно заподозрить в сочувствии кому-либо. Слишком часто ей приходилось выбираться из лужи чужой крови, которую она сама же и пролила.
— Что весьма жаль, братик, поскольку без этой провидицы мы все равно, что слепцы.
— Не тревожься, я немедленно найду другую провидицу.
— Желаю тебе успехов.
Оракулы не растут на деревьях, а им уже сейчас приходится непросто отыскать новых.
— Ты призвал меня из-за этой ерунды? — скучающим голосом спросила Сабина, оглядываясь вокруг. Она старательно избегала смотреть на таинственный Колодец Душ в центре двора, предпочитая замечать другие детали пышной тронной комнаты.
Со времени правления Ридстрома ее брат переделал здесь все. Аскетический трон демона Оморт заменил на новый, позолоченный. Сегодня потоки крови, брызнувшей из яремной вены провидицы, запятнали сияющий металл.
Я там была…
Стены залы Бессмертный украсил в своих цветах и развесил всюду свои гербы с уроборосом — змеем, заглотившим собственный хвост, — намек на его бессмертие. Любые скромные детали обстановки он заменил на роскошные. И все равно это место плохо соответствовало внешне изощренному Оморту.
Согласно легенде, построенный еще до Средних веков замок Торнин был создан рукой Провидения, чтобы охранять Колодец. Шесть неохватных колонн возвышалось вокруг артефакта и ограждали центральный двор. Хотя камни крепости были грубы и шершавы, в кладке не наблюдалось ни единого изъяна. Торнин был совершенен в своем несовершенстве. Столь же грубо высеченный, как и его бывший король.
Оморт откинул плащ, чтобы сесть на свой трон.
— Я призвал тебя полчаса назад.
— Ах, вот как. Теперь я действительно припоминаю зов.
Она и Ланте смотрели DVD в принадлежащей Ланте комнате с солнечными батареями. Сестры по семь часов в день могли смотреть фильмы. К сожалению, кабельное телевидение не работает.
Проходя мимо кентавра Вицероя, Сабина глянула вниз и поинтересовалась:
— Что это там у тебя висит? Во-он там, внизу и левее.
Несмотря на очевидную ярость, кентавр не бросил ей вызова. Слишком много власти было у нее здесь. Она подмигнула Вицерою, чтобы напомнить об этом, и проследовала к Оморту.
— Я собиралась придти вовремя, но пришлось позаботиться о неотложном деле.
— Неужели?
— Вообще-то нет.
Оморт пристально и с удовольствием наблюдал за ней, его желтые зрачки мерцали.
Но когда она сбросила свою накидку, он словно встряхнулся и посмотрел на ее наряд неодобрительно. Крохотное бюстье в виде ленты из золотой ткани, кожаная микро-юбка, когтистые краги на руках и высокие, до бедер, сапоги.
Пробежавшись глазами по ее телу, Оморт остановил взгляд на лице Сабины. Багровой краской она подрисовала вокруг глаз крылья, которые раскинулись от ресниц до самой линии волос.
В прошлые века Оморт собирался ввести закон, чтобы знатные женщины скрывали лица под традиционными шелковыми масками колдуний, а не просто раскрашивали их, и чтобы они прикрывали тела. Но он быстро уяснил, как Сабина относится к этой идее.
— На самом деле, Оморт, я просто пришла, чтобы принять мое лекарство.
— Ты получишь свою дозу позже, — ответил Оморт, небрежно махнув рукой.
Конечно, сам-то он не нуждался ни в чем, чтобы уберечься от умирания ужасной смертью.
— Сейчас нам нужно обсудить нечто более важное.
Хеттия, сводная сестра Оморта и Сабины и арх-немезида, появилась во дворе и заспешила на тронный помост, чтобы встать на своем законном месте подле трона, поскольку она была не только сестрой, но и наложницей Оморта.
Она примчалась, как только узнала, что ко двору прибыла Сабина, поскольку опасалась, как бы сестра не увела у нее Оморта.
Хеттия прискорбно ошибалась в двух вещах: Оморт и так уже принадлежал Сабине, но та никогда бы не согласилась сама принадлежать ему.
