Читаем без скачивания Остров проклятых - Деннис Лихэйн

— Тюремные охранники в клинике для душевнобольных, — заметил вслух Чак. — То еще зрелище, мистер Макферсон, уж извините.

— У нас больница строгого режима, — отозвался Макферсон. — Мы работаем по двум лицензиям — от Массачусетского департамента по охране душевного здоровья и от федерального управления тюрем.

— Я понимаю, — сказал Чак. — Просто интересно… вам, ребята, наверно, есть о чем поговорить за ужином?

Макферсон улыбнулся и покачал головой.

Тедди обратил внимание на брюнета в такой же униформе, что и остальные охранники, только с желтыми эполетами и стоячим воротничком, а также с золотой бляхой на груди. Он единственный шагал с поднятой головой, заложив руку за спину, и Тедди сразу вспомнил встречавшихся ему во время войны полковников, считавших свое командование ношей, которую на них взвалила даже не армия, а сам Господь Бог. Вторая рука прижимала к груди черную книжицу. Он кивнул в их сторону и начал спускаться по тому же склону, и никакой бриз не мог пошевелить его ежик.

— Смотритель, — сказал Макферсон. — Вы с ним познакомитесь позднее.

Тедди кивнул, а сам подумал, что ему мешало познакомиться с ними сейчас. А тем временем смотритель скрылся за гребнем.

Один из санитаров открыл ключом ворота в стене и распахнул створ, после чего тележки въехали на территорию. К Макферсону подошли два охранника и встали по бокам. Он же распрямился во весь свой рост и, обращаясь к судебным приставам, официальным тоном произнес:

— Я должен ввести вас в курс дел.

— Давайте.

— Господа, вы будете приняты со всем уважением, вам будет оказана необходимая помощь. Ну а вы во время своего короткого визита будете вести себя в рамках протокола. Ясно?

Тедди кивнул, а Чак сказал:

— Так точно.

Макферсон сфокусировал взгляд на точке поверх их голов.

— Доктор Коули наверняка разъяснит вам детали протокола, но хочу сразу подчеркнуть: бесконтрольные контакты с пациентами запрещены. Ясно?

Тедди чуть не сказал «да, сэр», как будто дело происходило в тренировочном лагере, но в результате отделался коротким «да».

— Корпус А, для мужчин, за моей спиной, справа. Корпус В, для женщин, слева. Корпус С за этими скалами, позади комплекса и казарм для персонала, в помещении бывшего Уолтонского форта. Вход в корпус С только с письменного разрешения и в присутствии смотрителя больницы и доктора Коули. Ясно?

Оба пристава кивнули.

Макферсон протянул свою лапищу, словно обращаясь с мольбой к солнечному светилу.

— А сейчас прошу вас сдать оружие.

Чак посмотрел на Тедди. Тот покачал головой и сказал:

— Мистер Макферсон, мы являемся официально назначенными судебными приставами и по уставу обязаны находиться при оружии двадцать четыре часа в сутки.

Голос Макферсона разрезал воздух, как стальной кабель:

— Статья триста девяносто один федерального закона о пенитенциарных учреждениях и заведениях для невменяемых преступников гласит, что требование о ношении оружия гражданскими лицами может быть отменено как их непосредственным начальством, так и лицами, отвечающими за работу и меры предосторожности в тюрьмах и психлечебницах. Господа, вы находитесь под юрисдикцией этой поправки. С оружием вы не войдете в эти ворота.

Тедди посмотрел на Чака. Тот уставился на протянутую ладонь и пожал плечами.

— Мы хотим, чтобы это было зафиксировано, — сказал Тедди.

Макферсон повернулся к одному из сопровождающих:

— Охранник, прошу зафиксировать факт применения поправки в отношении судебных приставов Дэниелса и Ауле.

— Есть, сэр.

— Господа? — повторил Макферсон.

Охранник справа от него раскрыл небольшую кожаную сумку.

Тедди поднял полу плаща и вытащил из кобуры служебный револьвер. Движением кисти открыл барабан и положил оружие в протянутую ладонь. Макферсон передал его охраннику, тот спрятал оружие в кожаную сумку, Макферсон же повторно протянул ладонь.

Чак, в отличие от Тедди, какое-то время возился с кобурой, но Макферсон, не выказывая нетерпения, ждал, пока тот неуклюже вложит револьвер в его широкую длань.

Макферсон передал оружие охраннику, тот пополнил содержимое сумки и прошел в ворота.

— Ваше оружие будет храниться в комнате личных вещей рядом с офисом смотрителя, — голос Макферсона прошелестел, как листья на ветру, — в главном здании, которое находится в центре комплекса. Вы его заберете в день отъезда. — Он снова позволил себе ковбойскую ухмылочку. — Ну что, официальная часть на сегодня закончена. Не знаю, как вы, а лично я вздохну с облегчением. Как вы насчет того, чтобы познакомиться с доктором Коули?

Он повел их вперед, ворота за ними закрылись.

По обе стороны от главной дорожки, вымощенной тем же кирпичом, из которого была сложена стена, раскинулись лужайки. За травой и деревьями и клумбами и даже за кустами роз, высаженными вдоль здания больницы, ухаживали садовники с кандалами на ногах, под присмотром санитаров. Другие пациенты, тоже в кандалах, прохаживались по территории утиными шажками. В основном мужчины, лишь несколько женщин.

— Видели бы вы старые фотографии, — сказал Макферсон. — Когда сюда приехали первые врачи, тут были сплошные заросли армерии и кустарник. — А сейчас…

Справа и слева от больницы стояли два одинаковых краснокирпичных здания в колониальном стиле с цоколем, выкрашенным в яркий белый цвет, зарешеченными окнами и переплетами, пожелтевшими от морских испарений. Сама больница, из отполированного морской стихией камня и выкрашенная в угольно-черный цвет, имела шесть этажей, и сверху к гостям внимательно приглядывались мансардные окна.

— Здание построили перед Гражданской войной для штаба батальона, — пояснил Макферсон. — Очевидно, были планы использовать его как тренировочную базу, но, когда война стала неизбежной, все переключились на форт, а здесь позднее разместили военнопленных.

Тедди смотрел на башню, которую заприметил еще с парома. Ее макушка выглядывала из-за верхушек деревьев в дальнем конце острова.

— Что за башня?

— Старый маяк, — ответил Макферсон. — В этом качестве не используется с начала восьмисотых годов. Я слышал, что армия северян держала на нем сторожевых наблюдателей, ну а теперь мы там обрабатываем…

— Пациентов?

Он помотал головой:

— Сточные воды. Вы не поверите, какую только дрянь к нам не приносит. С парома все выглядит красиво, но отходы целого штата, попадающие из рек в эту гавань, в конце концов оказываются у нас.

— Потрясающе, — сказал Чак, щурясь на солнце, и затянулся сигаретой, чтобы подавить зевок.

— Там, ближе к стене, — Макферсон махнул рукой в сторону корпуса В, — стоит дом командующего северян. Вы могли его заметить, когда поднимались на гору. Тогда он обошелся в кругленькую сумму, и, когда дядя Сэм получил счет, командующего сняли с должности. Этот дом стоит посмотреть.

— И кто там сейчас живет? — спросил Тедди.

— Доктор Коули, — ответил Макферсон. — И смотритель больницы. Эти двое создали здесь нечто уникальное.

Они огибали комплекс с тыла, встречая по дороге новых садовников в кандалах, за которыми присматривали санитары; многие мотыжили суглинок возле задней стены. Одна садовница, женщина средних лет с жиденькими пшеничными волосами, просвечивавшими на макушке, вытаращилась на Тедди и приложила палец к губам. На ее шее выделялся багровый шрам размером с лакричную конфету. Она улыбнулась ему, не отнимая пальца от губ, и медленно, в знак запрета, покачала головой.

— Коули в своей области человек легендарный, — говорил Макферсон, пока они огибали здание больницы. — Лучший студент, что в Джоне Хопкинсе, что в Гарварде, опубликовал свою первую работу по патологии бреда в двадцать лет. Многократно консультировал Скотленд-Ярд, МИ-6 и УСС.[2]

— Зачем?

— Зачем? — переспросил Макферсон.

Тедди кивнул. Вопрос казался ему логичным.

— Ну… — Макферсон был в замешательстве.

— Взять УСС, для начала, — сказал Тедди. — Зачем им консультироваться с психиатром?

— Военная область, — наконец ответил Макферсон.

— Допустим. — Тедди говорил с расстановкой. — А конкретнее?

— Информация засекреченная, — сказал Макферсон. — Так я предполагаю.

— Какая же она засекреченная, если мы об этом говорим? — заметил Чак, переглянувшись с напарником.

Макферсон, уже поставивший ногу на ступеньку лестницы, что вела к дверям больницы, застыл в растерянности. Он скользнул взглядом по изгибу оранжевой стены, а затем сказал:

— Спросите у него сами. У него как раз должно было закончиться совещание.

Они поднялись по ступенькам и вошли в отделанное мрамором фойе, увенчанное купольным сводом с кессонами. Перед ними с характерным звуком открылись автоматические двери, и они очутились в большой приемной, где за столами, справа и слева, сидели санитары, а вглубь уходил длинный коридор, упиравшийся в еще одни автоматические двери. У подножия лестницы, уходящей наверх, пока Макферсон записывал все три фамилии в реестр, они предъявили свои бляхи санитару, тот сравнил их фото с подлинниками и вернул удостоверения владельцам. За спиной у санитара, в зарешеченной клетушке, обнаружился мужчина в такой же униформе, как смотритель больницы; за ним, на стене, висели ключи.