Мать Константина, царица Елена в 326-ом году обрела в Иерусалиме Голгофский Крест, на котором был распят Иисус Христос, и доставила частицу этой Святыни в новый Царьград, названный именем её сына - Константинополь.
Римский сенат присвоил августу Константину звание Великого, а Церковь, за труды во Славу Божию, причислила Великого Царя к лику Равноапостольных, по его кончине (337г.).
Боясь осквернить грехами душу, очищенную в Святой Купели, Константин Великий крестился поздно (в год своей смерти), но всю жизнь перед тем он посвятил укреплению Православного Государства: расширению границ Державы, строительству храмов, монастырей, устройству церковных дел. Новую столицу - Константинополь он основал на месте древнего фракийского города Византия, отчего потом вся Восточная Империя стала именоваться Византией.
В Константинополе изначально не строились идольские капища (храмы богов), не устанавливались статуи (языческие кумиры). Потому и пути двух столиц, двух империй с возвышением Второго Рима (Царьграда) стали скоро расходиться. Первый Рим, не сумев до конца порвать с пережитками древнего язычества, в V веке пришел в упадок. Византия же расцвела на целую тысячу лет. А на гробнице Святого Константина неизвестно в каком году появилась загадочная надпись, где среди прочих были слова: «Русские роды, соединившись со всеми теми, кто их окружает, восторжествуют...».
Неведомо имя автора, начертавшего сии слова. Но с именем Руссов, как уже отмечалось в прологе, античный мир познакомился в глубокой древности, за много веков до Рождества Христова.
ОГЛАШЕНИЕ СКИФИИ
«Во всю землю изыде вещание их,
и в концы вселенныя глаголы их»
(Пс.18,5).
Когда у историков заходит речь о скифах, к единому мнению полемика не приводит. Не считая Магоговых азов-скифов (северокавказцев), Закаспийских саков-массагетов (впоследствии, даков и гетов), сколотов и иных древних кочевников, этим общим именем нередко называют и праславян. Так повелось от древних греков, коим не было дела до других народов. Все племена иноязычные у них именовались - этникос (варвары) или скифы.
Часть Причерноморья (киммерийский Крым) в античной традиции называлась Тавридой по имени тавро-скифов, как полагал известный русский историк-архивист М.А.Оболенский (1805-1873гг.). По его мнению скифы вышли из Тавра Киликийского (горной области в Малой Азии), но может быть греки нарекли их таврами за скотоводческий образ жизни. Ведь скифы пасли быков (по-гречески - таврос) и этого могло быть вполне достаточно. А общее представление о стране скифской у древних греков было примерно таким, каким описывал его в Vв. до Р.Х. Геродот, известный всем как «отец истории». Геродот сообщал своим соплеменникам, что зима в Скифии длится восемь месяцев. Что в воздухе тогда летают «белые перья» (снег), а по «густеющей» от холода воде люди ездят на санях.
«В том месте, - пишет Геродот, - до которого Борисфен [Днепр] судоходен... вся страна называется землею Роса, по течению [Днепра]... которым он разделяет страну кочевников от страны царских скифов». Согласно исследованиям М.А.Оболенского, цари аланов (скифов) именовались россами. Отсюда те аланы, что подчинялись царям, назывались росс-аланами, позднее, видимо, роксоланами (так турки до сих пор зовут украинцев), или скифами царскими. Россы жили по большей части оседло, значит не были уже степняками (аланами). Они селились выше устья Днепра (как указывает Геродот) и далее на север. По образу жизни россы заметно отличались от своих кочующих соплеменников. С веками это разделение закрепилось. Царские скифы поселились на Великой Русской Равнине; причерноморские аланы растворились в потоке пришельцев из Азии, смешались с другими кочевниками, утратили родной язык и признаки рода Иафетова. Через много веков именем алан величали себя даже тюркские народы. Но русые волосы, голубые глаза и язык сохранили, конечно, не они, а те, что ушли на север - росс-аланы, или слава-аланы - поклонники Славы.
Когда потомки сынов Ноевых Сима, Хама, Иафета разошлись по свету, в основном утратив веру в Бога истинного, множество яфетитов начало поклоняться языческой богине-деве, покровительнице целомудрия, чести, боевой доблести. Скифы таврические называле ее Славою, саки и персы - Сакеей, балты - Лаймой, эллины, германцы - по-своему (языки арийские стали разниться). Но те скифы (аланы), что почитали именно Славу, в отличие от других, стали именовать себя слава-аланами, то есть славянами. Такое мнение имеет место. Имя Слава происходит от корня "слыть": называться, именоваться, быть известным, что по смыслу тождественно распространению слова, просвещению. Славяне суть словене. Отсюда понятия: славить - освящать, окружать ореолом света; прославлять - оглашать словом. Ни в одном языке мира, кроме славянского (значит, и русского) слово и слава не сходятся так близко по звучанию и смыслу. Северные (ильменьские) славяне так и стали называть себя словенами. И как тут не вспомнить Евангелие от Иоанна. Святой Апостол и Евангелист говорит, что в Слове, которое «было в начале у Бога» (Ин. 1,2)... «была жизнь, и жизнь была свет человеков» (Ин. 1,4). «Слово стало плотью и обитало с нами... и мы видели славу Его» (Ин. 1,14). Православие означает правильное славление Бога - Пресвятой Троицы. Так кому же, как не славянам, надлежало стать носителями света Православия, последним его оплотом. Для этого у прежних поклонников Славы имелись нравственные предпосылки.
Византийский историк VI века Прокопий Кесарийский писал, что они (наши пращуры) - все исключительно русые, на редкость честные и гостеприимные; целомудренные, отчаянно храбрые в бою, бесшабашные на пирах и большие любители музыки. Гусляры у россов, кроме пения былин и славы героям, звоном струн "изгоняли злых духов". Таковы были их верования.
Но не только девственницу Славу боготворили древние славяне. Позаимствовав кумиры у иных народов, они впоследствии приносили жертвы Перуну-громовержцу, Велесу, Сварогу, Даждьбогу. Но при этом они ещё свято хранили память о едином истинном Боге. В пользу чего свидетельствуют сами имена языческие: Велес (Велий Сый) - Великий Сущий, Сварог (Суар-Рог) - Небесная сила, Даждь-бог (дай благо). Росы знали, что над сонмом преходящего суетного многобожия царин непостижимый, вечный, всемогущий Творец. Его именовали также Белым богом.
«Бел» с его производными: Вел, Эл, Ил - древнейший праязыковый корень. В большинстве земных наречий он образует слова означающие свет, владычество, красоту. Здесь и белый свет, и белый (вольный) простор - белань, елань, алань, и глагол алеть, т.е. белеть - светать. Аналогично от еврейского Эль (Бог) берутся вавилонское Илу, арабское Аль, Йалла (Аллах) и общесемитское Бел (Владыка), вполне созвучное троянскому Белен, славянскому Белый (Велий) - Великий, в значении - Бог.
До Вавилонского столпотворения все люди говорили на общем наречии, затем, по разделении языков, много смыслов поменялось. Но имя Бог как свет пробило мглу веков. Славяне почитали белый свет и Белого (Велия) Бога. Сияние (ореол) вокруг солнца назвали Славой, а Богу Белому (Великому), в отличие от идолов, не приносили никаких жертв, кроме хвалы и молитвы, и, соответственно, не воздвигали истуканов. Будто сам пророк Моисей удерживал их от творения кумиров, как некогда удерживал библейских евреев.
Так не за эти ли начатки правильного Богопочитания Русь была не только крещена, но и стяжала особую благодать Духа?
Вполне вероятно, ибо подобно эламитам (семитическим правнукам Ноя), поселившимся на Евфрате после Всемирного Потопа, славяне строили городища свои не квадратами, поделенными на клетки, как у народов хамитских (египтян, халдеев - жителей Вавилона), но селились концентрическими кругами (в форме ореола славы, окружающего небесное светило). Они рубили избы свои вогруг центра: отцовского очага, княжеского терема, крома (кремля), то есть всегда окрест - вокруг перекрестка главных улиц. Отсюда и русское слово - окрестность.
Крест в ореоле славы - древнейший знак силы и вечности. Он известен археологам еще по керамике Элама, Шумера, Трипольской культуры (в России). Наряду с коловратом (свастикой) крест в круге нередко изображался в орнаментах древних славян. Впоследствии Крест, как образ Христа Спасителя, становится главной святыней Руси, а первое летописное упоминание о нём мы находим у Преподобного Нестора.
