Читаем без скачивания Педро Жестокий - Франсуа Пиетри

Альфонс IV Португальский, дедушка короля Кастилии, опасаясь разжигания на границе своей страны гражданской войны, в которую он неизбежно окажется втянутым, решил стать посредником в готовящемся противостоянии. Во время встречи с Педро в Сьюдаде-Родриго Альфонс IV уговорил короля пожать графу Трастамарскому руку. Король поспешно согласился, но либо из-за недоверия, либо из-за упрямства бастард не ответил на рукопожатие. Педро выместит эту обиду на другом.

Алонсо Коронель, рыцарь, известный своей отвагой и порядочностью, знаменосец короля Кастилии, на следующий день после возмутившего его убийства Гарсиласо принял сторону графа Тра-стамарского. Его участь была предрешена. В июне 1352 года король в сопровождении Альбукерка предстает перед воротами замка Агилара, укрепленного загородного дома Коронеля, и, воспользовавшись старинным кастильским законом, который обязывает дворян принять своего сюзерена, просит того опустить подъемный мост. Коронель возражает, ссылаясь на то, что одно из положений его хартии инвеституры снимает с него эту обязанность, и, поскольку он находится в плохих отношениях с канцлером, умоляет короля не заставлять его принимать под своей крышей врага.

Не настаивая больше, Педро приказывает приставить лестницы, и отряд его арбалетчиков в боевом порядке забирается на стены. Гарнизон Агилара встречает их криками «к бою» и градом стрел. Одна из них пробивает королевское знамя. Альбукерк благоразумно советует королю прекратить штурм, и король удаляется, решив отомстить за это оскорбление.

На обратном пути он замечает замок Бургильос, также принадлежащий Алонсо Коронелю и охраняемый одним из его оруженосцев, Хуаном де Каньедо. Замок взяли внезапным нападением, и разгневанный король тут же приказал отрубить обе руки несчастному Каньедо.

То, чего Педро не смог добиться от графа Трастамарского, получит арагонский король Педро IV. Взяв под свою защиту кастильского бастарда и его брата Тельо, он намерен — конечно, преследуя свои интересы — заставить их подчиниться королю, их сеньору. Кастильский король и его арагонский дядя встречаются в середине октября в Атьенсе, где долго обсуждают условия. Полное прощение получили, с одной стороны, Эн-рике, Тельо и их сообщники, а с другой стороны — арагонский инфант Фернандо, который согласился вернуться к отцу. Стороны договорились, что в случае повторного мятежа каждый из двух сюзеренов согласится выдать виновного. Успокоенный король Педро видит в этом возможность без серьезных последствий наказать Коронеля за нанесенную ему обиду. Он снова осаждает замок Агилара, но на этот раз с целой армией, состоящей из двух тысяч воинов, и на этот раз с пушками.

Во время этой осады король в первый и последний раз в своей жизни проявит милосердие. Хуан де Каньедо, несчастный защитник Бургильоса, приходит в палатку короля и, протягивая культи отрезанных рук, говорит:

— Ваше королевское величество, к вашему удовольствию я больше не могу держать шпагу… Пусть ваша светлость разрешит мне войти сегодня в замок и умереть рядом с моим сеньором.

Хроника гласит, что, не сказав ни слова, Педро повернулся к одному из своих оруженосцев и сказал:

— Сделайте, как он просит. Я завидую дону Алонсо, что у него такие слуги.

Доблестного кастильца подняли в корзине на стены; история умалчивает о том, исполнилось ли ого последнее пожелание…

Этот драматичный эпизод не заставил короля отказаться от добычи, ставшей легкодоступной. Когда королевское войско уже было готово идти на приступ, камергер, Гютьер Фернандес, кричит Коронелю, которого он заметил на крепостной стене:

— Сеньор! Ваше упорство меня удручает.

— Как же быть? — отвечает ему владелец замка.

— Увы! В том положении, в котором мы находимся, я не вижу никакого выхода.

Гютьер, вы ошибаетесь: мне остается умереть как доброму кастильскому дворянину.

Коронель оставляет стену и идет в церковь замка, а в это время королевская армия захватывает замок.

— Что вы здесь делаете, дон Алонсо, — восклицает один из его оруженосцев, — разве вы не видите, что противник пробил брешь в стене?

— Позвольте, — говорит ему спокойно Коронель, — увидеть мне сначала Бога. — Затем он бежит к донжону[5] замка, который еще оказывает сопротивление, но, встретив по пути Диаса Гомеса, знакомого королевского арбалетчика, говорит:

— Диас Гомес, не проведете ли вы меня живым к королю, моему сеньору?

— Не знаю, смогу ли я, но постараюсь.

— Вот мой меч. Отведите меня к нему и спасите, пожалуйста, моих детей, которых вы найдете наверху донжона.

В этот момент появляется Альбукерк вместе с королем, который прячет лицо под закрытым забралом шлема.

— Дон Хуан д'Альбукерк, — произносит Коронель, — и вы и я сыны Кастилии, которая дает нам жизнь и забирает ее… Никто не может пойти против судьбы.

С этими словами, которые для его врага должны были бы стать пророческими, Коронеля оттаскивают в сторону и на глазах короля отрубают голову ему и еще нескольким идальго из его свиты. Очередная упавшая с плеч голова принадлежала одному из лучших сынов Кастилии, страны, которая, как удачно выразился Коронель, давала жизнь людям лишь затем, чтобы вскоре забрать ее…

Альбукерк, слишком хорошо разбиравшийся в людях, прекрасно осознавал, что по мере становления сурового характера хозяина его собственная власть неизбежно ослабевает. Несмотря на то, что Альбукерк и сам был человеком вспыльчивым и суровым, жестокость молодого короля приводила его в ужас, поэтому он решил попытаться ограничить деспотизм и кровожадные инстинкты Педро, найдя им выход в женитьбе или удовольствиях. На деле он рискнул использовать оба средства одновременно, и напрасно. Ведя с согласия королевы Марии переговоры при французском дворе о браке между Педро и племянницей Иоанна II Бланкой Бурбонской, принцессой достойной, доброй и красивой, канцлер одновременно с неменьшим усердием пытался найти Педро преданную любовницу. Подходящей для этой роли ему показалась сирота из не очень древнего дворянского рода, воспитывавшаяся в его доме, — Мария де Падилья, очень красивая, умная и добрая девушка, на которую юный король обратил внимание во время охоты.

Вскоре дядя этого милой девчушки, Хуан Фернандес де Инестроза, представил ее Педро, когдатот посетил Саагун, и, надо думать, молодые люди сразу же полюбили друг друга. А девять месяцев спустя Падилья родила девочку, Беатрис, которой король подарил в приданое поместья, конфискованные у Алонсо, его последней жертвы. В тот момент Альбукерк заканчивал переговоры с французским двором о предстоящей свадьбе: принцесса Бланка получала в приданое четыреста тысяч золотых флоринов, из которых пятьдесят в счет контракта; кроме этого, драгоценности на сумму в десять тысяч ливров и огромное приданое из двенадцати огромных сундуков, семи корзин, «обитых кожей», и около тридцати багажных сумок.

Альбукерк просчитался. Мария де Падилья не только быстро ушла из-под его влияния, но вскоре с тайного одобрения короля, которого очень любила, согласилась на участие в заговоре против канцлера. Его поспешили организовать бастарды, которых в соответствии с пактом о перемирии, подписанном в Атьенси, ждали в Вальядолиде.

В это время, как обычно и происходит в подобных случаях, фаворитку окружила камарилья из родственников и сообщников. Ее брат Диего и дядя Хуан де Инестроза получили важные посты и приготовились играть в государстве серьезную роль. Другой ее брат, Хуан, несмотря на то, что был женат, становится магистром ордена святого Хуана, вопреки правилам этого ордена, по которым его членом может быть только неженатый мужчина.

Король, наслаждаясь счастьем, устраивает в честь своей любовницы, которую он поселил в Торихосе, рядом с Толедо, пышные праздники. А в это самое время молодая принцесса Бурбонская, которую Иоанн Добрый из-за финансовых трудностей отправил в путь с опозданием, прибывает в Вальядолид, где ее встречает, к большому негодованию сопровождавших ее французских дворян, один лишь Альбукерк, довольно смущенный необходимостью объяснять отсутствие жениха, истинную причину которого все знали.

Опасение восстановить против себя короля Франции заставило Педро вернуться в столицу, куда направлялись приглашенные на свадьбу Энрике и Тельо. Фадрик не посчитал нужным последовать примеру братьев. Либо он не верил в обещания короля, либо у него были основания думать, что король испытывал к нему особую неприязнь, но он остался в Бискайе, сославшись на недомогание.

Вначале встреча короля с его незаконнорожденными братьями чуть было не переросла в конфликт. Бастарды покинули свои северные провинции в сопровождении небольшой астурийской армии, состоявшей из шестисот всадников, вооруженных копьями, и полутора тысяч пеших бойцов. Они не питали каких-либо дурных намерений, а скорее желали показать свою силу. Педро, раздраженный, но ничуть не обеспокоенный, встречает их, решив в случае необходимости дать им отпор. Граф Трастамарский высылает ему навстречу оруженосца с глашатаем, несущим его знамя, который, увидев короля, обращается к нему со следующими словами: