Мы перенесли его, усадив у ограды дома, погруженного во мрак. Наш водитель склонился над ним.
— Если ты в состоянии, приятель, — сказал он, — расскажи нам все. Ты видел «паккард»? Мы из Скотланд-Ярда. Это мистер Найланд Смит.
Человек поднял глаза на Смита. Очевидно, он испытывал острую боль, но заговорил ровным голосом:
— Я следовал за ВХН77 до этого самого места, сэр. Опознав машину, я обогнал ее и подал знак остановиться…
— И что же произошло? — резко спросил Смит.
— Он сбил меня!
— Куда он поехал?
— Первый поворот налево, сэр, за двумя домами.
— Как давно?
— Меньше двух минут назад.
Мы находились в одном из жилых районов к северу от Риджент-парка. Автомобилей на дорогах почти не было; их отсутствие настолько приглушило голос Лондона, что, когда полицейский умолк, воцарилась чуть ли не мертвая тишина. Темная ночь окутала нас, будто плащом; не слышалось ни единого звука, свидетельствовавшего о присутствии людей.
— Вы хорошо поработали, констебль, — быстро сказал Смит, — и вас ждет награда. — Он сунул фонарик мне в руку. — Вон там где-то должен быть дом. Найдите его, Кэрригэн, и вызовите сюда карету «скорой помощи». Просто позвоните в полицию и назовите мою фамилию. Простите. Другого выхода нет. Я понимаю ваши чувства, но мне надо жать дальше.
— Поворот налево — тупик, сэр, — крикнул водитель из Ярда через плечо, скользнув за баранку. — Вы не заблудитесь, мистер Кэрригэн, если пойдете пешком.
— А-а! — вскричал Смит. — Прекрасно! Они попались.
Он вскочил в машину, и та снова помчалась, а я остался стоять возле раненого.
— Значит, это Найланд Смит, — пробормотал он. — Жаль, что таких, как он, мало. — Он поднял на меня глаза. — Простите, что докучаю вам, сэр. Я не очень хорошо знаю этот район, но, по-моему, калитка вон там, чуть дальше, направо от вас. Сразу же за домом проходит Риджент-канал — вот почему следующий поворот никуда не ведет.
— Телефонной будки тут, наверное, нигде нет?
— Нет, сэр, но я потерплю, пока вы отыщете телефон.
ГЛАВА IV
ДОМ В РИДЖЕНТ-ПАРКЕ
Пока я отыскивал калитку, мне не встретилось ни одной живой души.
Я пробирался ощупью по заброшенной подъездной аллее, посыпанной гравием, по обеим сторонам которой росли густые кусты, и вскоре оказался перед крыльцом. Центральную панель двери занимало объявление торговца недвижимостью, гласившее, что эта замечательная резиденция продается. Я оказался перед нежилым домом.
Бормоча себе под нос, я повернулся и прошел, наверное, с дюжину шагов, прежде чем сообразил, что в доме, вероятно, есть сторож. Я хотел было направиться назад, при этом оказался лицом к тому крылу этого уродливого викторианского здания, которое располагалось справа от входа, и увидел, что сквозь стекла высокой двери пробивается свет.
Удивляясь, почему не увидел его раньше, я протиснулся сквозь мокрые кусты, пересек газон и добрался до освещенной застекленной двери — одной из трех, выходивших на веранду. Я поднялся по ступенькам, намереваясь постучать в окно, но вовремя спохватился.
Я стоял с бьющимся сердцем, в припадке внезапного головокружения.
Окна закрывали тяжелые плюшевые шторы, одна из которых была слегка приоткрыта — сквозь эту щель и пробивался свет. Мне была видна комната, а за ней меблированная прихожая, ярко освещенная.
Там стояла, глядя через плечо, — отчего я и заподозрил, что это она приоткрыла окно, — девушка в пальто с капюшоном. Капюшон, отброшенный назад, открывал великолепную копну волос, бледное миловидное лицо; огромные, темно-синие, будто лазурит, глаза смотрели на меня.
Ардата… Ардата, которую я обожал, которая когда-то любила меня, которую я вырвал из когтей китайского доктора; Ардата, которую я отчаянно искал многие месяцы, изнемогая, Ардата, которая, когда я все-таки нашел ее, обманула и использовала меня, сыграв на моей любви так, что я предал своего друга! Ардата!
Тем не менее, отбросив к черту всякую осторожность и начисто позабыв о раненом, о котором был обязан позаботиться, я едва не прыгнул в комнату. Но сумел и во второй раз сдержать себя.
Где-то за углом веранды послышались шаркающие шаги, как будто человек приволакивал ногу, и стук трости с резиновым набалдашником.
Я, мгновенно обретя ясность рассудка, взял себя в руки: голова перестала гудеть, как осиное гнездо, я соображал четко и быстро. Прикинув, я понял, что едва успеваю прыгнуть и спрятаться за кустом остролиста, прежде чем этот с трудом переставляющий ноги человек появится из-за угла дома. Что я и сделал — прыгнул и распластался на мокрой земле.
Затаив дыхание, я смотрел во все глаза. Вода стекала с листьев мне на голову. Я лежал не далее трех шагов от веранды и вполне отчетливо увидел, как Ардата отбросила занавеску и выглянула. Шаркающий человек обошел невидимый мне угол, и я понял, что кто-то приближается к высокому окну.
В тот миг благодаря вновь обретенной ясности ума я осознал то, о чем до сих пор не подозревал: тупик, в который заехал «паккард», сообщался с задним двором этого дома, возможно, с гаражом. Я неожиданно оказался в самом логове врага.
Какая-то фигура медленно шла по веранде. Очень высокий худощавый человек в толстом пальто и, кажется, в кепке. Он опирался на палку, будто не доверял своим ногам. Застекленная дверь отворилась. В луче света я увидел Ардату. Сухощавый человек вошел, миновал девушку и оглянулся.
— Запри дверь, — услышал я сиплый голос.
Это был доктор Фу Манчи!
Когда дверь заперли на засов и занавеска опустилась, я встал на колени.
— Т-с-с! — услышал я у себя за спиной. — Не двигайтесь, Кэрригэн!
У меня замерло сердце. В двух шагах лежал Найланд Смит!
— Вы видели ее? — прошептал он.
— Что за вопрос?!
— Я вас понимаю, старина… Неудивительно, что мы не смогли найти ее. Но даже и теперь — не отчаивайтесь…
— Почему? — простонал я. — Разве осталась хоть какая-то надежда?
Ответ Смита прозвучал несколько странно:
— У доктора Фу Манчи когда-то была дочь.
Он придвинулся ближе и коснулся моего плеча. В тот миг я не знал, что означают его слова: постичь их смысл мне предстояло позже.
— Идемте! Сюда!
В темноте я, спотыкаясь, поплелся за ним и вскоре оказался в каком-то заброшенном саду — так во всяком случае я решил, — под купой деревьев. Вдали маячил загадочный дом, приютивший самого опасного человека в мире и… Ардату.
— Переулок, в который свернул «паккард», — быстро сказал Смит, — выводит к гаражу этого дома и стоящему за ним. Последний дом тоже с виду нежилой. Я вовремя разобрался в обстановке, и мы дали задний ход, а потом я отправился искать вас. Симс, шофер из Ярда, пошел за группой прочесывания, прихватив с собой раненого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
