Читаем без скачивания Религиозные войны - Жорж Ливе

Третий этап последней религиозной войны отмечен вступлением в действие Испании, которая с момента заключения Жуанвильского мира поддерживает Лигу. Несмотря на поддержку Англии, победившей в схватке с «Непобедимой армадой» (август 1588 г.), Генриху IV приходится дважды бежать из Парижа в Руан из-за наступления переброшенных из Нидерландов испанских войск. Одновременно продолжаются интриги Филиппа II, который через посредство Совета шестнадцати и Генеральных штатов, созванных в Париже герцогом Майеннским, делает все возможное для победы кандидатуры инфанты. Тогда Генрих Наваррский решается на отречение от протестантской веры, которое вскоре вызовет у нации стремление к сплочению. Несмотря на сдержанность папского легата, церемония состоялась 15 июля в Сен-Дени. Решающую роль сыграл памфлет, озаглавленный «Меннипова [32] сатира». 17 февраля 1594 г. короля короновали в Шартре. Париж капитулирует 22 марта. 22 апреля факультет теологии признает «христианнейшего короля». В провинциях ведутся переговоры с руководителями Лиги. Иезуиты высланы из королевства. 30 августа 1595 г. Папа Климент VIII провозглашает прощение королю Франции. 17 сентября король вновь принят в лоно Римской церкви.

7. Умиротворение королевства.

Остается, наконец, ликвидировать последние очаги сопротивления: 17 января 1595 г. объявлена война Испании. 11 марта 1597 г. занятие Амьена испанскими войсками, наконец, подтверждает силу этой армии. 25 сентября после осады, от которой, как говорит Лескуаль, вероятно, зависело «рабство французов или их свобода», город был отбит. Два государства-противника, обескровленные в финансовом смысле, подписывают 2 мая 1598 г. мир в Вервене. Майенн капитулировал в январе 1596 г. Марсель в Лангедоке тогда же следует этому примеру. Герцог де Меркер в Бретани сопротивляется до начала 1598 г. За военным умиротворением (мирный договор с Савойей будет заключен в 1601 г.) следует умиротворение в умах: 30 апреля 1598 г. Генрих IV, с 1591 г. следовавший положениям июльского эдикта 1585 г. и восстановивший действие эдикта Пуатье, подписывает Нантский эдикт, не без труда зарегистрированный в парламенте Парижа [33] 16 февраля 1599 г. и объявлявший «умиротворение, примирение, восстановление». Свобода совести предоставляется в полном размере, отправление протестантского культа разрешается с некоторыми ограничениями. Для отправления правосудия были созданы судебные палаты, состоявшие наполовину из католиков, наполовину из протестантов. Для приверженцев обеих конфессий становятся доступными все должности и звания. Протестантам предоставлялись крепости. Эдикт провозглашался «вечным и нерушимым».

Так развивались события на протяжении 40 лет. Была ли это партия, сыгранная вничью? Положения мирного договора, заключенного в Вервене, напоминают Като-Камбрезийский мирный договор. Нантский эдикт знаменует возврат к политике, провозглашенной январским эдиктом 1562 г. На самом деле в течение этих десятилетий, когда люди умирали и исчезали, когда события стремительно развивались, когда сменилось два поколения, во Франции и в Европе произошли глубокие изменения, в частности, в жизни и в организации церквей, а они-то и были главной причиной конфликтов. [34]

Глава II.

КОНФЕССИИ И ИХ ПРОБЛЕМЫ

Охваченные эмоциями своих сторонников, скомпрометированные заключенными союзами, обе борющиеся друг с другом конфессии тем не менее проводили серьезную внутреннюю работу: в католической церкви это было ужесточение позиции в свете решений Триденского собора и попытки реформ в рамках католицизма, у протестантов — разработка доктрины и организация жизни церковных общин. Оба эти элемента иногда упускают из виду, сосредоточиваясь на политических и военных аспектах религиозных конфликтов.

1. Католическая церковь.

В концепции, которую развивают в «Истории французских епархий» аббат Жарри и Ж.-Р. Паланк, подчеркивается, что епархиальная жизнь не является простым слепком с общей истории церкви. Они показывают необходимость изучения религиозного лица различных епархий. Преимуществом [35] исследований подобного рода было бы не только то, что в них, по словам аббата Каррьера, приводился бы «перечень пережитых церковью испытаний», но также обращалось бы внимание на различные влияния, делающие любую епархию своеобразным и живым элементом.

Конкордат 1516 г. остается основой французской церкви. В соответствии с доктриной королевского галликанизма, конкордат отменяет право пап назначать епископов и передает его королевской власти, а Святой престол ограничивается тем, что регистрирует и освящает назначения. Епископы и аббаты назначаются королем. Подтверждаются права раздатчиков бенефиций по отношению к бенефициям каноников и кюре. Таким образом, вмешательство Рима сводится к минимуму и церковь переходит в руки короля. Эта система приводит к плачевным результатам. Французская церковь «была безоружна перед лицом Реформации вследствие моральных пороков ее епископов», — писал Ж. Гойо. До тех пор, пока папой не становится Григорий XIII, папский престол ничего не может поделать против назначений епископов королем. После собора Тридцати папским нунциям поручается вмешиваться в действия короля, однако эти попытки оказываются малоэффективными. Безденежье, отсутствие постоянного места службы, невежество и, так сказать, профнепригодность — таковы пороки, от которых в различной степени страдает белое духовенство. [36] Многочисленные аббатства и монастыри страдают от злоупотреблений при использовании доходов, от приоритета меркантильных интересов, от всеобщего томления духа; к тому же на все это, разумеется, накладывались опустошения, производимые войной.

Таким образом, на протяжении всех войн возникал вопрос о реформе галликанской церкви. Под сомнение ставился сам принцип: не является ли он первопричиной Реформации, ставившей в вину священнослужителям не то, что они «плохо живут», а то, что они «плохо веруют»? В годы пребывания на папском престоле Павла III сталкиваются две концепции: концепция Эразма Роттердамского и непримиримая концепция. Теперь же победу одерживает вторая из них. Две первых сессии Тридентского собора (декабрь 1545 — март 1547 гг., март 1551 — апрель 1552 гг.) отказались от любого компромисса, касающегося методов толкования, догмы и практики. Третья сессия Собора, созванная 18 января 1562 г. папой Пием IV и его родственником Карло Боромео, закончилась 4 декабря 1563 г. Собор поставил своей задачей сохранить чистоту веры и церковной доктрины, он принял декреты о реформе духовенства, обучении священников в семинариях и сохранении католической иерархии. По настоянию его руководителя кардинала Мороне, собор объявил, что его решения будут иметь силу лишь salva apostolicae Sedis auctoritate, а кардинал Лотарингский приказал [37] приветствовать Пия IV как «пастыря всемирной церкви». Некоторые решения собора нарушали права галликанской церкви: 22 февраля 1564 г. кардинал Лотарингский, вернувшись из Рима, требует от Частного совета публикации решений собора и получает отказ.

Помимо факультета теологии в университете Парижа, который слепо упорствует в своей вере, папский престол располагает в королевстве значительными силами: прежде всего, это нищенствующие монашеские ордена, часть из которых прошла через Реформацию, но остальная часть, враждебная галликанизму, утверждала, что она близка к народу. Еще более деятельны иезуиты, новая милиция на службе Святого престола. Они появились в Париже в 1540 г., основали в 1563 г. колледж в Клермоне, а также два учебных заведения в Оверни. Перед лицом популярного в университетских кругах и среди элиты кальвинизма они твердят о примирении средневековой веры с достижениями Возрождения. Их противники сильны, и, по иронии судьбы, это те же Парламент и Сорбонна, которые осуждают протестантов и выступают против религии. Имеют место разнообразные коллизии, как например, противостояние между Версорисом и Этьеном Паскье, или попытка запретить преподавание теологии П. Мальдонату. Папский престол, склонный к примирению, заставляет умолкнуть теологов, запрещая «что-либо говорить или писать, так или иначе противоречащее декретам Тридентского собора или [38] буллам Сикста IV и Пия V относительно непорочного зачатия Святой Девы».

Если для иезуитов проблема восстановления своих позиций сводится прежде всего к вопросу воспитания элиты, то для кюре она состоит в том, чтобы взять верующих в свои руки. Основным полем битвы остается Париж: протестанты борются с католиками. Кроме того, идет борьба «политиков» или французских деятелей лиг (лигистов), против лигистов-фанатиков, или «испанцев». Проповеди по-прежнему играют важную роль в общественной жизни. Кафедра собора является в то время политической или религиозной трибуной, произнесенные с нее речи поднимают народ, полный эмоций, страстей — и безграмотный. Повсюду ходят памфлеты, но не все их читают. Основную роль играет устное слово. Духовник короля Арман Сорбен проявляет прямо-таки южный пыл. Бенуа, кюре из Сент-Эсташа, восстает против злоупотреблений прежних проповедников, против слишком тонкой аргументации схоластов, против толкований мистики и иносказательной интерпретации, против излишней дерзости, шутовской фамильярности и неприличных сравнений, обусловленных сатирическим пылом той эпохи. Влияние кюре в значительной степени основывается на умонастроениях населения: состязания в красноречии представляют собой всего лишь фон войн. После возвращения короля в Париж проповедники разоблачают «волков, рядящихся в овечьи шкуры». [39]