- Итак, чем могу быть вам полезен?
Сенатор сообщил мне, что в его загородном доме, расположенном чуть южнее на побережье, произошла кража. Как и большинство состоятельных граждан Турая, сенатор имеет две резиденции - одну в городе, а другую в сельской местности, где можно укрыться, когда погода становится невыносимой.
- Потери невелики, - продолжал Марсий. - Денег на вилле я почти не держу, однако пропали предметы искусства, которые я хотел бы вернуть. Я был бы тебе весьма признателен, если ты отыщешь картину, которая мне особенно дорога.
Перед моим мысленным взором предстал Марсий с окровавленным мечом в руке, отражающий очередную атаку орков. Кто бы мог подумать, что лихой боец, каким был сенатор в молодые годы, станет любителем искусства? Впрочем, имея дело с аристократами, предугадать что-либо невозможно. Отпрыски благородных семей того поколения, к которому принадлежал Марсий, шли на войну и храбро сражались. Но кроме того, они получали и прекрасное образование. В то время в высшем классе бытовала теория, которая требовала от каждого представителя аристократии гармоничного развития личности. Однако, с тех пор Турай изменился. После того, как на севере было найдено золото, и город стал богатеть, начались маразм, коррупция и разложение. Молодые аристократы, откупаясь от военной службы, проводили время в разгулах и дебошах.
- Насколько преуспела в поисках Служба общественной охраны?
- Я не сообщал им о краже.
Я вскинул одну бровь. Обращение в Службу охраны - вполне естественный поступок, если, конечно, в деле нет кое-каких деликатных моментов, которые Марсий не хотел предавать гласности. Надо сказать, что этого я и ожидал. Люди, как правило, обращаются ко мне лишь в тех случаях, когда у них нет иного выбора.
- Я не известил Службу общественной охраны потому, что у меня имеются весьма веские основания подозревать в краже свою супругу.
- Вашу супругу?
Сенатор вдруг забеспокоился и напомнил мне о важности сохранения тайны. Я тут же заверил его в своей надежности. У меня масса недостатков, но я никогда не распространяюсь о своих клиентах, даже, если отказ говорить грозит мне тюрьмой. Надо сказать, что в кутузку из-за своей скромности я попадаю довольно часто.
Ливень стучал в оконные ставни, заглушая все другие уличные шумы. Единственное достоинство сезона горячих дождей состоит в том, что потоп заставляет сидеть дома горластых малолеток, заполонивших нашу округу.
- Некоторое время назад мы поняли, что стали друг другу чужими, но решили не разъезжаться, поскольку это нас обоих не устраивало. Уверен, что ты меня понимаешь.
Я прекрасно его понимал. В столь безнравственном городе, как Турай, где все продается и покупается, мораль политических деятелей по-прежнему ценится среди обывателей. Если сенатор вовлечен в скандальный бракоразводный процесс, его карьера оказывается под угрозой, и он практически лишается шансов карабкаться выше - от сенатора к префекту, от префекта к претору, от претора к заместителю консула и, наконец, к самому консулу. Поэтому все политики, чтобы не попасть на страницы скандальных листков, стремятся замести личные проблемы под ковер. Их жены охотно на это идут. Они таким образом сохраняют богатство и положение в обществе, остаются замужними дамами и не рискуют вновь очутиться на ярмарке свободных женщин.
- Итак, почему же она решила вас обокрасть?
- Моя супруга очень часто испытывает острую нужду в деньгах.
- Разве вы не оплачиваете ей содержание?
- Оплачиваю. Но только не “диво”.
Точно. Только не “диво”. В его словах был смысл. С тех пор как открылись торговые пути с югом, в Турай хлынул поток этого мощного наркотика, полностью преобразившего население города. Попрошайки, моряки, юные подмастерья и ученики, шлюхи, случайные путники и молодые аристократы - одним словом, все те, кто раньше успокаивал нервную систему легким фазисом, теперь на целые дни погружались в яркие сны, навеваемые “дивом”. “Диво” стоит очень дорого и вызывает быстрое привыкание. Приняв дозу, человек становится счастливым, как эльф на дереве. Но спустившись с этого дерева, он сразу начинает ощущать себя очень скверно. Наркоманы, проводящие часть своей жизни в сладких объятиях “дива”, все остальное время тратят на то, чтобы разжиться бабками на новую дозу.
После того, как “диво” овладело Тураем, преступность в городе достигла новых вершин. По многим улицам из-за риска ограбления стало опасно ходить. И не только в темное время суток. Город загнивал на глазах. Бедняки впадали в отчаяние, богачи разлагались окончательно. Уже недалек тот день, когда король Ниожа Ламакус обрушится на Турай с севера и сметет нас с лица земли.
- Насколько серьезно она пристрастилась к наркотику?
- Очень серьезно. Она пыталась бросить, но… - Сенатор воздел руки к потолку и, помолчав немного, продолжил: - Шесть последних месяцев жена безвыездно провела на вилле. Она сама предложила это. Однако, как сказали мне слуги, ничего путного из этого не получилось. Я приглашал лекарей, травников, магов - словом, всех, кого только можно. Ей никто не смог помочь, и она вновь и вновь возвращалась к наркотику. В конце концов я перестал давать ей деньги и начал посылать слугам припасы натурой.
- И в итоге ваша жена продала часть семейных ценностей, чтобы удовлетворить свое пагубное пристрастие?
- Да, видимо, так.
Я откинулся на спинку стула и извлек из ящика стола палочку фазиса, не забыв угостить и сенатора. Но тот вежливо отказался. Этот легкий наркотик все ещё находится под запретом, но после появления “дива” власти стали смотреть на него сквозь пальцы. Я зажег палочку и с удовольствием затянулся.
- Итак, что именно вы от меня хотите?
- Верни мои вещи. И в первую очередь картину. И сделай это, не извещая Службу охраны и не привлекая внимания скандальных листков.
Сенатор прямо, как мужчина мужчине, сказал, что на него давят традиционалисты, требуя, чтобы он в будущем году выставил свою кандидатуру на пост префекта. Ему уже пятьдесят, сказал он, и наступило время начинать настоящую политическую карьеру. Герой войны, любимец короля и народа, он имел все шансы победить на выборах, если его имя, конечно, не окажется в центре громкого скандала. Могущественная оппозиционная партия популяров во главе с сенатором Лодием никогда не гнушалась облить своих противников потоком помоев.
Я немного помолчал, обдумывая предложение бывшего командира. Принять его означало отправиться за город, что сулило серьезные неприятности, поскольку земля за городской чертой превратилась в сплошное болото. Но в остальном работа выглядела достаточно привлекательно. В дело не были вовлечены мощные преступные группировки. Мне не угрожали смертью безумные колдуны. Надо было всего лишь выяснить, что жена Марсия сделала с вещами, и вернуть их законному владельцу. Это в моих силах. Мне нужны были деньги, и я принял предложение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
