фото, что надыбали папарацци.
— У тебя всё хорошо?
— Да, — закивала и сразу же вздрогнула от звонка.
Кто-то звонил с неизвестного номера. На секунду подумала, что это реклама, поэтому решила не брать. А потом вдруг решила, что вероятно это Матвеев. Номер-то слишком крутой. Одни единицы… Ох и самомнение у него!
— Алло, — ответила.
— Наденька, ну сколько вас ждать? — как всегда не был особенно учтив. — У нас вылет через полтора часа, поспешите!
— Иду, — буркнула.
Переодевшись в джинсы и футболку, закинула рюкзак себе на плечо, попрощалась с соседкой по квартире и вышла.
Спускаясь по лестнице, столкнулась с соседом снизу, который брынчал на своём инструменте все выходные, по-моему, на контрабасе. Казалось, он специально изводил соседей своей бездарной игрой.
Хоть один плюс в моей поездке. Не буду слушать откровенную фальш.
Запрыгнув в машину, чуть не закричала от страха и неожиданности, на заднем сидении сидел Никон Матвеев, вальяжно развалившись.
— Вы долго! — укоризненно произнес и дал команду водителю выдвигаться.
— Вы же сами сказали, что есть 20 минут, — взглянув на часы, удостоверилась, что я вполне уложилась в положенное время.
— Вас не было 40 минут!
— Каких 40 минут? — от откровенной лжи и упрёков на пустом месте опешила.
— Ладно, хватит оправдываться. Я не желаю слушать нелепые оправдания. Мы сейчас едем в аэропорт, летим в Гоа, а там нужно будет провести кое-какие мероприятия.
— Что именно?
— Не утомляйте меня сейчас своими вопросами. Всё обсудим на месте. Я очень устал, немного посплю. Вы же не против? — откинул спинку своего кресла, разместившись горизонтально.
Я же отвернулась в окно, рассматривая вечернюю Москву. Машина очень быстро доставила нас в аэропорт, что я и глазом не успела моргнуть. Не мудрено, ведь часто мы ехали по выделенке.
Это человек привык получать все и сразу, уже одно это говорит о многом. Какова же настоящая причина нашей совместной поездки?! И почему он так и норовит укусить? У него что… маленький… тот самый, раз пытается возвыситься на фоне других. Но одно дело петушиться с другим мужчиной, совсем другое — с молодой девушкой. Откуда столько ненависти к женщинам и пустой злобы?! В сети пишут про него, что он вполне себе успешен у противоположного пола. Тогда почему такой злюка?
Как оказалось, привели нас не в обычный терминал, а для частных самолётов. Удивленно все рассматривая, с трудом верила в происходящее. Но когда мы зашли в самолёт, внутри абсолютно и безукоризненно белый, я совсем растерялась. Мы точно едем по работе? Или я как… эскорт богатого и властного руководителя, которому не могу сказать нет…
— Шампанское? — спросила меня стюардесса, когда Никон указал пальцем на кресло, на которое мне предполагалось сесть.
— Нет, нет! Только воды. Спасибо, — аккуратно села, боясь повредить белую кожу своими старыми потертыми джинсами.
Представляю, как я выгляжу на фоне всей этой роскоши… Как бомж, который затесался в приличное кафе, отпугивая своим видом других посетителей. Сглотнув ком в горле, выглянула в иллюминатор, с интересом фиксируя все происходящее вокруг. Вот стоянка с множеством других частных самолетов, один краше другого. Вот Никон, который уселся напротив меня, снова соблюдая достаточную дистанцию, чтобы у меня и мыслей не возникло в том, что это не деловая поездка. А мысли у меня все равно возникли. Ну не берет владелец компании с собой в командировку стажерку, которая работает в компании второй день. Если уж так и понадобилось мое присутствие, меня бы отправили регулярным рейсом эконом класса.
Быть может это просто… экономия. Зачем ему покупать билет еще и мне, если все равно летит. А я тут уже губешки раскатала, что такой мужчина смог мной увлечься. Но на то есть причины… Все дело в том, что он не такой, какими бывают все эти богатеи из списка Форс. Там дряхлые уродливые старики или противные жирдяи. А он… он другой. Красивый, молодой, статный… Один минус — длинный язык. Хотя и язык можно удачно примостить…
Улыбнувшись эротической картине, что всплыла в мозгу, немного поерзала на кресле. Неведомое ранее страстное желание вдруг закружило. Если до этого я как-то держалась, то как только оказалась в самолете, поняла — сейчас или никогда…
Но я ведь приличная девушка, да и он сам говорил: никакого флирта. Как быть? Тряхнув своим растрепанным каре, пожалела, что немного не подкрасилась, когда была дома. А ведь следовало. Да и платье нужно было надеть, а не старые потрепанные джинсы с дырками на коленках. Опустив взгляд на мокасины оранжевого цвета, поняла: я антисекс. И понравится я ему вряд ли могла, если только он за простецким обликом не увидел мою красивую душу.
— Наденька, пристегнитесь. Мы выдвигаемся, — произнес Никон и плюхнулся на кресло рядом.
Я перестала дышать, сидя в кресле как истукан. Как вдруг Никон потянулся ко мне, от чего я чуть не подпрыгнула.
— Что с вами, Наденька? — он еле сдерживал смех.
Защелкнув ремень на моей талии, невзначай коснулся кожи, а меня обдало жаром. Боже… Что делать-то? Кажется, я уже влюбилась…
— Я не сделаю вам ничего плохого. Во всяком случае, если сами не попросите, — шепнул в ухо, обжигая своим теплым дыханием.
Сразу же сменив свое внимание с меня на свой планшет, просматривал… мой проект! Я начала коситься боковым зрением, пытаясь уловить его реакцию.
— Не дурно, — вдруг закивал. — В программе все гораздо лучше, чем на ваших листиках. Вас вообще учили работать не на А4, а на А3? Или это ваше нововведение?
— Да, нас учили работать на А3, но мне удобнее на А4. Слишком большой размер… у А3, — уточнила, мигом покраснев.
Как-то двусмысленно… Сглотнув ком в горле, наблюдала в иллюминатор за взлетом. Какая все же красота… Особенно из кресла у окошка в люксовом самолете, а не с третьего кресла у прохода.
Никон молчал, видно, чтобы дать мне насладиться видом из иллюминатора. Я же не только пялилась во все глаза, но и размышляла о том, что меня ждет в этой поездке. И бурная фантазия уже нарисовала слишком неправдоподобные картины… Я… Он… и Индийский океан… Во рту пересохло от жажды и казалось, что спасти может только его жаркий поцелуй. Влажные ладошки выдавали волнение и трепет от его присутствия. А он все молчал, виртуозно просматривая мой проект на своем планшете.
— Наденька, как вы относитесь к белку?
— Что? — посмотрела на него удивленно.
— Хотите попробовать белок? — смотрел так, что я перестала дышать.
— Какому белку? — еле заставила себя произнести.
— Тому самому…
Глава 5
